Не присылай цветов - Сандра Браун

Она подмигнула подруге, взглянула на себя в зеркало и начала подниматься по лестнице на второй этаж, где располагался кабинет директора магазина.

— Здравствуй, Алисия. Тебя уже ждут. Проходи, — обратилась к ней секретарша, по обыкновению унылая, как гробовщик.

— Спасибо.

Призвав на помощь все свое самообладание, Алисия толкнула тяжелую дубовую дверь и вошла в святилище. Ее встретили густые клубы сигарного дыма и сердечные приветствия начальства.

Алисию любезно усадили в кресло, предложили кофе, вежливо расспросили о прошедшем отпуске и лишь после этого задали самый важный вопрос.

И снова она чуть не поддалась своей всегдашней привычке полагаться на кого-то, а не быть хозяйкой собственной судьбы. В конце концов, она взрослая женщина, мать двоих чудесных сыновей, она умна, полна творческих идей и крепко стоит на ногах! Горько проплакав несколько часов, проклиная свою злую судьбу, Алисия после долгого безжалостного самокопания пришла к выводу, что не нуждается в Пирсе Рейнольдсе. Отныне она будет полагаться только на себя.

— Мое время и способности стоят недешево, — откровенно заявила она. — Мне нужно на триста долларов больше, чем вы предлагаете.

После небольшого совещания ее условие было принято.

— Итак, джентльмены, отныне у вас новый модельер. Не желаете ли выслушать кое-какие мои соображения? — обратилась Алисия к собранию.

Ее энтузиазм привел начальство в восторг.

— Мне нравится, — сказала она, постучав по стеклу.

Мужчина, украшавший витрину, обернулся и показал большой палец. Алисия вошла внутрь.

— Спасибо за идею. По-моему, выглядит потрясающе.

— Так оно и есть, — подтвердила она, радуясь, что ее идея выставить в витрине модные пояса сразу нашла такой отклик.

— Да вы и сами выглядите потрясающе. Продвижение по службе и повышение зарплаты позволяли Алисии частенько красоваться в обновках. Сегодня на ней была длинная юбка из тонкой шерсти цвета слоновой кости и шелковая блузка цвета морской волны. Через плечо перекинута яркая пестрая шаль, прихваченная на талии искусно выполненным поясом, похожим на те, что были выставлены в витрине. Дорогие чулки и модные туфли дополняли деловой и вместе с тем очень женственный ансамбль.

Алисия сделала шутливый реверанс:

— Это все из нашего магазина на Беверли-Хиллз.

Мужчина протяжно присвистнул.

— Заверните, я беру сразу дюжину — разумеется, если в придачу получу и девушку.

Алисия наклонила голову к плечу и уперла руки в бока.

— А что на это скажет твой дружок? Он ухмыльнулся.

— Мы — люди широких взглядов. Он будет в восторге, если такая леди, как вы, как-нибудь вечерком присоединится к нам.

Алисия засмеялась и покачала головой:

— Боюсь, что у меня не настолько широкие взгляды.

— Так я и знал, что рано или поздно это случится. — Он издал преувеличенно печальный вздох. — Всего неделю в новой должности, а уже и знать не хочет нас, простых смертных.

Алисия погрозила ему и направилась к зазвонившему в этот момент телефону.

— Магазин «Нарядная одежда».

— Попросите, пожалуйста, миссис Алисию Рассел.

— Я у телефона.

— Миссис Рассел, с вами говорят из клиники Уэстбрук. К нам доставили вашего сына.

У Алисии перехватило дыхание, ноги подкосились. Она судорожно схватилась за прилавок, чтобы не упасть.

— Мой сын… в больнице?

— Да, Дэвид. Несчастный случай в школе. Директор привез его к нам.

— А он?..

— Он чувствует себя неплохо, но все время плачет — хочет, чтобы вы пришли. Вы могли бы приехать прямо сейчас? Видите ли, надо подписать…

— Боже мой, конечно! Я немедленно выезжаю. Алисия бросила трубку и, подхватив сумочку, устремилась к двери.

— Дэвид попал в больницу, — торопливо объяснила она коллеге, которая с тревогой наблюдала за ней, догадавшись, что звонок принес неприятные известия. — Возможно, меня не будет до конца дня.

— Что-нибудь серьезное? Хочешь, я поеду с тобой?

— Не думаю… Не знаю… Нет! Я поеду одна.

Яркое калифорнийское солнце ослепило глаза, как яркий прожектор, но Алисии даже не пришло в голову надеть темные очки. Когда она открывала дверцу машины, руки у нее предательски тряслись. На проспекте она попала в пробку, и лишь на менее оживленных улицах удавалось ехать побыстрее. Глаза Алисии были сухими, но в горле застрял ком.

Что с ним — сломана нога? Или он поранился? Почему она не спросила? А вдруг он истекает кровью? И где, черт побери, находится эта клиника Уэстбрук? Ах да, на Монтгомери-стрит, рядом со школой, где учится Дэвид. Тридцать минут езды отсюда.

Подъехав к клинике, Алисия резко затормозила и ринулась к входу. Автоматические двери медленно раздвинулись. Она вбежала внутрь.

— Дэвид Рассел, — задыхаясь, проговорила она, обращаясь к сестре, сидевшей за окошком приемной.

— Вы миссис Рассел?

— Да, да! Как он? Я не опоздала? Алисия чувствовала, что готова ударить сестру за ее медлительность и ту слегка осуждающую улыбку, которая промелькнула на ее лице.

— Он в палате номер пять, дальше по коридору. Сейчас я принесу бумаги, которые вы должны подписать, иначе мы не сможем начать лечение.

У Алисии вертелся на языке вопрос: «Неужели мальчику дадут умереть, если не будут подписаны какие-то жалкие бумажки?», но ей не хотелось тратить драгоценное время и собственные силы на пререкания. Она быстро побежала по коридору. Каблучки звонко стучали по полу в такт биению ее сердца.

Она услышала плач мальчика еще в коридоре и решительно рванула дверь. Первое, что ей бросилось в глаза, было окровавленное полотенце, валявшееся на полу. К горлу Алисии подступила тошнота.

— Дэвид!..

Мужчина, стоявший у его постели, выпрямился и обернулся. Это был Пирс.