Переиграй судьбу - Лора Патрик

Неожиданно резкий звонок нетерпеливо прорезал томную тишину столовой и, ворвавшись в оазис наслаждения, вернул обоих на землю.

Чарлз неохотно оторвался от Констанс и, усадив ее на стул, рванулся к двери.

— Миссис Осборн! Миссис Осборн! Кого там черт принес?! — кричал он, поправляя на ходу растрепавшиеся волосы. — Констанс, прошу тебя, не уходи. Нам надо поговорить. Кто бы это ни был, не убегай. Я быстро избавлюсь от непрошеных гостей, хорошо?

— Хорошо, — чуть слышно выдохнула она, не в силах пошевелиться.

Я, кажется, его люблю… — думала Констанс, стараясь унять приятное головокружение. Но почему? Боже, почему я не поняла это сразу? Зачем мучила себя все эти месяцы, отрицая очевидное: мы же две половинки, он создан для меня, а я для него. Ведь это же так просто!

В дверь постучали. Прежде чем войти, миссис Осборн деликатно выждала несколько секунд, после чего вплыла в столовую и с деланным безразличием возвестила:

— Сэр, приехала леди Берклифф. Я попросила ее подождать в кабинете.

Констанс отдала должное беспримерной выдержке экономки, голос которой звучал на редкость спокойно, а ведь миссис Осборн, должно быть, прекрасно осознавала щекотливость сложившейся ситуации. Чарлз, который тоже взял себя в руки, безучастно на нее посмотрел и произнес:

— Благодарю вас, миссис Осборн. Скажите леди Берклифф, что я сейчас выйду.

Он и ее собирается встречать в пижаме? — с досадой подумала Констанс. Похоже на то.

Но как только дверь за миссис Осборн закрылась, она торопливо поднялась и сказала:

— Пожалуй, мне пора. Очевидно, теперь тебе не до меня.

— Опять бежишь? — воскликнул Чарлз, протягивая к ней руки. — Каждый раз, когда нам удается хоть ненадолго побыть вместе, ты норовишь улизнуть, и это меня бесит!

Констанс набрала в легкие побольше воздуха и сказала то, что уже давно жгло ей язык:

— Я не желаю пополнять твой гарем, Чарлз. Прости, но это не для меня.

— Какой еще гарем? — оторопел он.

— Самый натуральный, — любезно объяснила Констанс. — Может, тебе не хватает острых ощущений, а может, ты просто не уверен в себе как мужчина, не знаю. Но я однолюб и хочу, чтоб так было и впредь… Ну что ж ты застыл как соляной столб? Беги, встречай свою гостью!

— Всему свое время. — Он разглядывал Констанс, хитро прищурив один глаз. — Давай начистоту. Что именно ты имела в виду?

— Я не попугай, по десять раз повторять не буду, — резко ответила она. — Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, так зачем же зря сотрясать воздух?

— Ну хотя бы рассмеши меня!

Скорее всего она бы так и сделала, если б не распахнулась дверь и нежный голос не произнес:

— Чарлз, милый! Если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе, не так ли? О, мисс Уайтселл… Тысяча извинений, я и понятия не имела, что вы…

Констанс повернулась лицом к дверям и выжидающе уставилась на Шарлотту. Ее светло-карие глаза встретились с прозрачно-зелеными глазами блондинки и прочитали в них то, что скрывалось за искусно разыгранным смущением. Разумеется, леди Берклифф прекрасно знала, что Констанс находилась в столовой вместе с Чарлзом. Подтверждением тому могло быть деланно безучастное выражение ее лица, а также ровный мелодичный голос. На самом деле Шарлотта была вне себя от ярости, однако скрывала свое состояние, прикидываясь невинной жертвой обстоятельств.

— Ничего, я как раз собиралась уходить, — процедила Констанс, выжимая из себя жалкое подобие ухмылки.

В ответ на ее гримасу красиво очерченный рот леди Берклифф расплылся в голливудской улыбке, обнажив два ровных ряда белоснежных зубов, и блондинка ехидно заметила:

— Правда? Вот повезло!

Кому, интересно? — подумала Констанс, продолжая неестественно улыбаться. Ах да, что за глупый вопрос! Когда дело касается леди Берклифф, существует лишь один человек в целом космосе, к желаниям которого стоит прислушиваться — это сама леди Берклифф. Или, может, решила Констанс, бросив на Чарлза полный ненависти взгляд, два таких человека.

Между тем Шарлотта уверенно вошла в столовую, как к себе домой, и Констанс смогла в полной мере оценить ее холеную внешность. На леди Берклифф красовался английский кремовый костюм от известного кутюрье, а такого же цвета туфли на высоком каблуке подчеркивали элегантную стройность длинных ног. Платиновые волосы легкими волнами падали на плечи, трогательно обрамляя миловидное лицо с безупречным макияжем. Шарлотта была стопроцентной леди и как нельзя лучше подходила на роль спутницы жизни такого преуспевающего человека, как Чарлз Стэйн.

Констанс же, напротив, надела старенькие брючки и светло-сиреневую футболку, накинула сверху теплую вязаную кофту, которая была одной из ее любимых вещей, но выглядела далеко не лучшим образом из-за того, что служила много лет. Имидж Констанс мог бы хорошо подойти к интерьеру гончарной мастерской, но это было слабым утешением, в то время как надменный взгляд зеленых глаз леди Берклифф сверлил каждый дюйм ее хрупкого тела.

— Я бы хотел, чтоб ты осталась, Констанс, — попросил Чарлз, глядя на нее в упор. — Нам еще надо кое-что обсудить.

— Уверена, мы сможем поговорить в другой раз. По-моему, в данном случае, трое — уже толпа. — Констанс быстрым шагом прошествовала к выходу, сухим кивком попрощалась с Шарлоттой, и тут ей в голову пришла злорадная мысль. Обернувшись в дверях, Констанс смерила Чарлза томным взглядом и многозначительно произнесла: — И еще раз спасибо за прошлый вечер…

Прежде чем прикрыть дверь, у нее было время заметить легкое удивление, написанное на его лице, а также убийственный взгляд леди Берклифф, пытавшийся пригвоздить ее к стене, словно букашку.

— Констанс! — крикнул Чарлз, догоняя ее в холле. — Позволь мне заехать к тебе, раз нам не дали поговорить сейчас.

— В этом нет необходимости, — сухо отрезала Констанс.

Она чувствовала себя полным ничтожеством из-за того, что позволила вовлечь себя в эту дурацкую игру. Масла в огонь подливало воспоминание о том, с каким презрением разглядывала леди Берклифф ее домашний костюм, ехидно при этом улыбаясь.

— Ты не права! — горячо возразил Чарлз, но Констанс без оглядки шла к выходу.

Она хотела только одного: поскорее добраться домой, где ее ждали Банга и любимая работа.

Когда я леплю вазы или пишу картины, я, по крайней мере, знаю, что делаю. Там все мои эмоции под контролем, думала она, выходя на улицу. Почему же, когда я с Чарлзом, все идет шиворот-навыворот?

— Констанс! — снова окликнул ее Чарлз, продолжая погоню. — Посмотри мне в глаза! — приказал он, преграждая ей путь.

Оборачиваясь, она боялась увидеть высокую фигуру Шарлотты, но дверь в дом была закрыта, и, кроме них, во дворе не было ни души.

— Я все сказала, — отчеканила Констанс, глядя на Чарлза в упор. — Теперь мне надо идти.