Одиночество на двоих - Диана Палмер

Если Блэйк был доволен собой, то Вайолет испытывала прямо противоположное чувство.

— Как ты посмел! — закричала она на него, вскочив со стула.

Это была ее ошибка. Воздействие беременности и недостаток сна взяли свое. Она начала падать. Блэйк молнией метнулся к Вайолет и поднял ее на руки.

— Больше не делай таких резких движений, — нежно сказал он. — Ты могла упасть.

Вайолет яростно уставилась на Блэйка. Дюк тоже как-то странно смотрел на него.

— Это твой ребенок? — спросил он Блэйка.

Тот бросил на него красноречивый взгляд.

— Как ты посмел! — повторил Блэйк слова Вайолет.

Его лицо выражало негодование.

— Кто она, по-твоему?

Дюк откашлялся.

— Простите.

Вайолет едва удержалась от улыбки, видя, как рьяно Блэйк бросился ее защищать.

Блэйк немного успокоился, но не отпустил Вайолет.

— Ты должен давать ей почаще отдыхать, чтобы она не переутомлялась, — сказал он Дюку. — Я буду заезжать за ней каждый день во время ленча и возить ее в ресторан. Вайолет нужно есть только натуральную пищу. Мы должны думать о ребенке.

— Блэйк! — воскликнул она, толкнув его в плечо.

— Кроме того, ей нельзя много работать, — заявил Блэйк.

Дюку не удалось удержаться от улыбки.

— Хорошо, — радушно сказал он.

Харли был ошеломлен. Ему нравилась Вайолет, но Блэйк смотрел на нее так, что искренность его чувств не вызывала сомнений. К тому же она была беременна. Харли задумчиво вздохнул. Ему не везло с женщинами, несмотря на то, что он помог полиции обезвредить банду наркоторговцев.

Блэйк посмотрел на Вайолет.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил он, улыбаясь.

Ей хотелось поцеловать его, но здесь было не место и не время.

— Мне намного лучше, — сухо ответила она. — Может, ты все-таки меня отпустишь?

Он подчинился и опустил ее на пол.

— Мы должны рассказать все твоей матери.

— О ребенке? — удивился Дюк.

— Об аресте Джанет Коллинз, — ответил Блэйк. — Она обвиняется в убийстве отца Вайолет.

Дюк и Харли присвистнули.

— Мне очень жаль, Вайолет, — мягко сказал Дюк. — Если тебе нужно уйти пораньше, пожалуйста.

— Нет, не стоит лишний раз беспокоить маму. Я поговорю с ней после работы.

— Я поеду с тобой, — предложил Блэйк.

Их взгляды встретились. Это было подобно вспышке молнии.

Вайолет прокашлялась.

— Спасибо.

Дюк толкнул Харли кулаком в плечо.

— Нам нужно перевозить скот, — он посмотрел на Блэйка. — Я не понял, с какой целью ты приехал сюда. Извини за прием.

Блэйк пожал плечами.

— Ничего страшного.

Дюк помедлил.

— Я сам прослежу за тем, чтобы Вайолет больше отдыхала, — добавил он. — Я помню, какой была моя жена, когда ждала нашего сына.

— Мы слышали, что она собирается приехать, — произнес Блэйк.

Лицо Дюка стало непроницаемым.

— Мы планируем пересмотреть вопрос об опеке. Она целыми днями торчит на работе, оставляя сына с няней.

Его глаза вспыхнули от гнева.

— Я хочу, чтобы он жил здесь, со мной.

— Думаешь, она на это согласится? — спросила Вайолет.

— Наш развод был скандальным, — ответил он. — Но я начинаю понимать, что сам был во многом виноват. Я выгнал ее, — он пожал плечами. — Может, сейчас нам удастся все уладить.

Дюк пристально посмотрел на Блэйка.

— Ты пытался мне это сказать, а я ударил тебя.

Блэйк рассмеялся.

— Ничего страшного. Я ведь дал тебе сдачи.

Дюк улыбнулся.

— Ты знаешь, что он был солдатом спецподразделения? — спросил он Вайолет. — Они служили вместе с Кэгом Хартом.

— Я не люблю говорить об этом, — отрезал Блэйк.

— Тогда прошу прощения, — непринужденно произнес Дюк. — Думаю, когда-нибудь он расскажет тебе об этом, — сказал он Вайолет. — Или даже покажет свои медали.

Глаза Блэйка метали молнии.

— Я ухожу! — сказал Дюк, примирительно поднимая ладони. — Пошли, Харли. Мы должны погрузить быка, который нужен твоему боссу.

— Да, сэр, — ответил Харли, подмигнув Вайолет.

Блэйк сердито уставился на него. Харли захихикал и вышел вслед за Дюком.

Проводив их взглядом, Вайолет посмотрела на Блэйка. Он самодовольно ухмылялся, засунув руки в карманы. Блэйк был не из тех, кто много улыбается. Вайолет заметила, что в последнее время он стал более улыбчивым.

— Как видишь, я не такой уж плохой, выйдешь за меня? — спросил он, поджав губы.

Вайолет прищурилась.

— Но это же нечестно.

Его глаза сверкнули.

— Имей в виду, женщина, носящая под сердцем моего ребенка, не должна улыбаться другим мужчинам. Особенно Харли Фаулеру, — добавил он для ясности.

Вайолет нахмурилась.

— Меня не интересует Харли Фаулер.

— Зато ты его интересуешь.

— Ты, наверное, шутишь.

— Нет, я говорю серьезно.

Улыбка действительно исчезла с его лица.

— У тебя плохое представление о самой себе. В этом есть и моя вина. Я плохо влиял на тебя, не оказал необходимой поддержки. Теперь все изменится.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — осторожно спросила Вайолет.

— С самого первого дня, когда ты пришла ко мне на работу, я все время критиковал тебя. От тебя же я видел лишь добро, и это меня возмущало. Думаю, я с самого начала знал, что ты мне небезразлична, но боялся самому себе в этом признаться.

— Может, это из-за ребенка?

— Не только, — улыбнулся он. — Я заеду к тебе после работы, и мы вместе поговорим с миссис Гарди.