В погоне за звездой - Джоу Энн Росс

— Вовсе нет.

— Рецепт достался мне от отца. Это один из вариантов старого ковбойского кофе. Берешь фунт кофе, обильно заливаешь водой, затем ставишь на огонь и кипятишь. Спустя некоторое время опускаешь в посудину лошадиную подкову. Если она тонет, тогда добавляешь в смесь еще кофе.

— Ага, понятно, и так до тех пор, пока подкова наконец не растворится в жидкости, — продолжила Джуд.

Он от души рассмеялся.

— А у вас есть чувство юмора. Молодец, девушка. Но после кофе полагается плотно позавтракать.

— Конечно, если в это время дня актуально говорить о завтраке. — Либо она прекратит обжорство, либо превратится в корову. — Повар вы просто замечательный, — сказала она, наблюдая, как Бак наливает тесто в горячие формы противня.

— Мой отец всегда говорил, что сытая команда работает гораздо лучше. И он прав. В давние времена каждый работник брал с собой непромокаемый плащ, ружье с патронами, запасец табака и, конечно, мешок с едой.

— Неплохая экипировка, — согласилась она. Пока Бак готовил завтрак, Джуд молча смотрела в окно. Там моросило. Досадно. Под дождем Зак снимать не будет.

— Ваши предки были мудрыми людьми, выбрав для поселения такие замечательные места, — сказала она.

— Да, это добрая земля. Бывают дни, когда я выхожу на крыльцо и думаю о том, что нам, О'Нилам, выпало огромное счастье — все эти наши долины, залив, луга и горы.

— Кажется, я понимаю вас.

— Однажды в воскресенье, когда еще была жива моя старушка Джози, мы пригласили к обеду нового священника. Это был молодой человек из большого города, впервые попавший в наши края.

Бак вынул несколько готовых кусочков бекона из духовки и положил их рядом с золотистыми оладьями на тарелку, затем тарелку поставил перед гостьей, рядом со стаканом сока.

— Он сидел на вашем месте и смотрел в окно на луга и пастбища, а потом воскликнул: «Какие прекрасные места! Господь осенил вашу землю благодатью!» Я, конечно, тут же встрял: «Чтобы Господня земля стала благодатью, нам, О'Нилам, тоже пришлось изрядно попотеть». Помню, Джози меня чуть не убила за это высказывание.

— Могу представить, — сказала Джуд. — И все же это забавная история.

— Какая история? — прозвучал за ее спиной глубокий голос. Джуд оглянулась через плечо и увидела в дверях Лаки, который в своем черном плаще выглядел киногероем, сошедшим с экрана.

— Бак рассказывал, как у вас в гостях был священник.

— Это анекдот с бородой. — Лаки отодвинул стул, развернул его и сел, как на лошадь. — Так ты успел рассказать ей конец?

— Я думаю, не стоит отвлекаться на такие мелочи, — бросил Бак слишком, пожалуй, быстро.

— А мне всегда казалось, что это самая забавная часть истории. — Лаки взял кусочек бекона с ее тарелки.

— У тебя чувство юмора как у быка, — проворчал старик. — Непонятно только, в кого ты такой. Не в меня, это точно.

— Ну так все же чем закончилась история? — спросила Джуд.

— Выдворением Бака в домик для рабочих, где он и провел ту ночь. А потом был еще очень доволен, что ему разрешили чинить крышу в доме, где поселился новый священник.

— Старая крыша текла, как решето.

— Да-да, вспомни-ка, как целых два года ты отказывался дать хоть цент на ее ремонт. — Глаза Лаки лучились весельем.

— Хотя твоя бабушка бывала иногда суровой, — говорил Бак, — я всегда молю за нее Бога, чтобы ей было хорошо там, на небесах.

— О'Нилы всегда умели ценить по достоинству хорошую землю, свежее мясо и красивую женщину, — заметил Лаки, пристально глядя на Джуд.

Она почувствовала знакомое ощущение жара на щеках и, опустив глаза в тарелку, ничего не ответила.

После дождливого утра установился погожий день. И Зак изъявил готовность начать работу. Трава, листья розовых кустов у порога, забор и даже лошади, пасущиеся на лугу, — все казалось чистым и ясным, свежим после дождя, все отливало золотистым светом солнечных лучей, пробившихся сквозь легкие облака. Погода как нельзя лучше подходила для съемок.

— Мне совершенно не нравится, как сидит эта шляпа, — заявила Джуд, осмотрев модель. Она подошла, чтобы поправить ее.

— На глаза не сдвигай, она будет отбрасывать тень, — предупредил Зак.

— Все равно это дурацкая затея, — пробурчал Лаки из ванны. Хотя ему разрешили остаться в белье, он никогда не чувствовал себя таким идиотом. — Если бы ковбой и решился залезть в ванну, в чем я сильно сомневаюсь, он ни за что бы не напялил выходную шляпу.

— Это моя эксклюзивная идея, — напомнила Джуд.

— Дурацкая, — повторил Лаки.

— Перестань нас критиковать. Так мы быстрее закончим. — Она наклонилась и поправила шляпу. Ее волосы коснулись его щеки, и внезапно Лаки ощутил такой прилив желания, что был благодарен Джуд, настоявшей на обилии пены.

— Я не критикую, но если ты думаешь, что это так просто, то почему бы тебе не прыгнуть сюда ко мне?

— Тогда придется выписать чек на более крупную сумму, — заметила она.

Он лишь улыбнулся глазами и губами, которые напомнили ей о недавнем поцелуе.

— Ловлю тебя на слове, — прошептал он. Оба прекрасно помнили свой разговор о бизнесе и удовольствии, так что в их интересах было поскорее закончить с делом. Посему Лаки перестал цепляться по мелочам и начал следовать указаниям беспрекословно. Настоящему ковбою и не надо никакой игры, думала Джуд, глядя на Лаки, развалившегося на стоге сена с седлом под головой и с соломинкой во рту. На нем были синие джинсы, блестящий чемпионский ремень, сапоги и черная шляпа, которая придавала всему его облику злодейский вид.

— Шрамы убрать? — спросил Зак, когда она установила специальные серебристые экраны, которые отражали свет таким образом, чтобы любая женщина, взглянув на ковбоя, ощутила желание.

— Нет.

Белые линии шрамов, проходившие по плечу и достигавшие грудной клетки, памятные знаки родео, только добавляли правдоподобия и привлекательности.

Зак усмехнулся. Вот почему она стала главным редактором «Мужчины месяца». И теперь, когда появятся эти взрывные снимки, работа ей обеспечена надолго.

До захода солнца Зак успел снять ковбоя в ванне, в стоге сена и верхом на лошади. Обнаженная грудь Лаки блестела на солнце, обильно политая смесью воды, глицерина и детского крема. Они сфотографировали его лежащим на лугу в соломенной шляпе на голове и в окружении цветов. Синие люпины и маргаритки с солнечной серединкой прекрасно оттеняли мужественность героя статьи «Мечта сельской девушки».

Поскольку у Зака закончился заряд аккумуляторов, они решили продолжить работу завтра, если будет хорошая погода. Джуд очень хотела видеть модель у залива, и в заливе тоже, само собой. А снимок у загона с охапкой сена мог стать шедевром, фантазировала она.