Карта любви - Эмма Картер

– А когда я вырасту, то стану медсестрой.

– Нет, ты станешь врачом, – предположила Келли. – Нам нужно как можно больше врачей-женщин.

– Ну уж не знаю насчет этого, – скривился Спенсер. – На моем курсе было шестьдесят процентов женщин. Бедных мужчин они просто задавили.

– Бедных? – рассмеялась Келли. – Мне это нравится. Не обращай на него внимания, Летиция. Даже здесь слишком много мужчин.

Спенсер улыбнулся, но на следующее утро, когда они закончили обход, в ее кабинете он сказал:

– В самом деле, я никогда не думал об этом. А теперь мне кажется, что вы себя чувствуете здесь немного не в своей тарелке, доктор Уэст. Наверное, вам тяжело быть единственной женщиной в нашей команде. Возможно, вы немного теряетесь, когда мы начинаем сугубо мужские разговоры о спорте, о женщинах и так далее...

Келли смущенно посмотрела на него:

– Да уж, довольно меткое замечание. Я ведь тоже умею поддержать разговор, когда хочу. Когда мне это интересно. Так вы думаете, что, если бы наша команда состояла полностью из женщин, мы бы только и делали, что обсуждали кухню и чистку ковров?

Он улыбнулся:

– Да нет. Просто я хотел сказать, что если вам понадобится собеседник и вы не сможете его найти, то я к вашим услугам...

Келли тепло улыбнулась ему в ответ.

– Я всего лишь ваш консультант, – напомнила она ему.

– Да, но я всегда считал, что женщины постарше более сексуальны.

«Женщины постарше?» – мысленно возмутилась Келли. Да у них всего лишь четыре года разницы. Пусть он моложе ее, ну и что?

– И не думайте флиртовать со мной, Спенсер. – Она дружески похлопала его по плечу. Он слегка покраснел. – Либо я просто-напросто прикреплю вас к другому врачу.

– Ого, ничего себе! – Он лукаво усмехнулся, но довольно добродушно. – Извините. Сообщение принял. Честно говоря, карьера мне дороже легкого флирта.

– А вы мудрый человек.

– Но все же, если когда-нибудь у вас возникнут другие мысли...

– Этого не случится, – заявила она. – Забудем это. Давайте работать. Оставьте меня одну. У меня много работы.

Сосредоточившись на картах больных, она махнула рукой в сторону двери и почувствовала спиной, как он идет к выходу. Все еще улыбаясь, она повернулась, чтобы убедиться, что Спенсер ушел, но застыла на месте: в дверь входил Джек. Он отступил на шаг, чтобы дать пройти молодому доктору. По лукавой усмешке педиатра Келли поняла, что тот не упустил ни слова из их разговора.

– Да, я поражен, надо вам сказать... – протянул он двусмысленным тоном. – Флирт на высшем уровне.

– С кем поведешься, от того и наберешься. Думаю, у меня был хороший учитель, – улыбнулась она. – Вы специально пришли, чтобы меня отвлечь? Или вы такой трудоголик, что даже в выходной день не можете прожить без вашей любимой работы?

– А может, я не могу жить без вас? – улыбнулся он. Келли недоверчиво посмотрела на него.

– Я же говорил вам, что приду в воскресенье, чтобы самому проводить Бретта? – продолжил Джек весело, и Келли действительно вспомнила о предыдущем разговоре.

Доктор не видела ребенка сегодня на обходе, потому что его уже выписывали.

– Он на процедуре.

– Должно быть, скоро освободится. – Джек подошел ближе к ней, оперся руками о стол и уставился в бумаги, которые она изучала.

Келли рассказала о предполагаемом диагнозе Петиции. Ее рентгеновские снимки лежали на столе, и он смог изучить их.

– Вы хотите, чтобы я подтвердил ваш диагноз или опроверг его?

– Как сочтете нужным и единственно правильным.

Внутри одной команды они становились на страже здоровья пациентов и забывали о любых недоразумениях, когда-либо существовавших между ними. Джек, как специалист по детским инфекционным болезням, мог уточнить диагноз Летиции.

– Как насчет контактов?

– Мы проследим все предыдущие контакты. Ее семья из Новой Зеландии в третьем поколении. Но у них есть родственники близ Самоа, где и предполагается возможный источник заразы. Может быть, это новый вирус.

– Мне надо проверить Бретта, когда он освободится, – сказал Джек, обсудив с Келли случай Летиции. – Если у меня будет время, я непременно зайду к Спенсеру на обход. Будь уверена, он не слишком страдает от твоего отказа. Так что не волнуйся о нем чересчур.

– Неужто тебе не безразлично? – Она взглянула на него, радостно сверкнув глазами. – Лучше оставь его в покое. Ты только сделаешь хуже, если пойдешь к нему, он точно будет страдать. Он достаточно взрослый, чтобы пережить отказ. Кстати, помнишь, он назвал меня женщиной постарше? Так что он вынесет любой отказ, который настигнет его.

Джек рассмеялся:

– В таком случае я тоже нахожу тебя сексуальной, а ведь я точно не моложе тебя. С твоими длинными волосами ты сойдешь даже за подростка. – Сегодня она была с распущенными волосами, которые волнами спадали по плечам. Джек поднял одну прядь и опустил ей на грудь. Волосы были легкими и шелковистыми. – А вы жестокая женщина, Келли Уэст. Бедняга Спенсер. Он-то не понимает, что под мягкой улыбкой скрывается холодное сердце.

– Ага, прямо гранитное, – согласилась она, забрав волосы в хвостик и завязав их сзади, но Джек взял в руку этот хвостик. – А еще я недотрога.

Сознание того, что Джек где-то рядом, весь день не давало Келли сосредоточиться на работе. Впрочем, довольно скоро она успокоилась, и напрасно. Потому что вскоре вновь пришел Джек, и снова начались ее мучения.

– Так... – протянул он. – Кажется мне, что пора оттащить тебя от этой работы.

Он вошел, даже не постучав, встал за спиной и стал играть с длинным хвостиком.

– Никто не должен работать так долго в воскресенье, да еще без обеда. Нам необходимо сделать паузу. Я осмотрел Летицию. Ее мама сказала мне, что у нее дома остался четырехнедельный ребенок. Поэтому нам надо немного подержать Летицию в больнице. По крайней мере недели три. Надо убедиться, что инфекции нет дома. Здесь мы должны все проконтролировать.

– Особенность бумажной работы состоит в том, что она никогда не заканчивается. Вчера я провела над ней полдня, и осталось еще столько же, если не больше, – вздохнула Келли, откинулась в кресле и посмотрела на Джека. – Недавно приходила одна медсестра, которая с восторгом рассказывала увиденную во дворе больницы картину: как счастливый Бретт катался в машине доктора Джека. Рядом стоял не менее счастливый отец, а также десятка два пацанов, школьных друзей Бретта. Машина покаталась по двору, а затем свернула за угол здания. – Не замучили они тебя, эти пострелята?

– До сих пор дрожу, – улыбнулся Джек. – Мне так и кажется, что моя бедная машина не доживет до утра, развалится на мелкие детали. Мне предлагали поиграть в гольф сегодня днем, но я решил, что лучше проведу день с тобой, поэтому уговорил одного человека подменить меня на сегодня. Так что же, милая, поедем? Думаю, мы обсудим наш уик-энд после обеда.