Сделка перед алтарем - Рейчел Томас

Немного смягчившись, Сантос взял Джорджину за руку:

— Кажется, от обмана пострадали мы оба.

При звуке его гортанного голоса по ее спине пробежала дрожь, но Джорджина решила сохранять твердость и непримиримость. Она больше не доверяла Сантосу.

— Ты разговаривал с Карло? — Она отстранилась, пристально вглядываясь в его лицо.

— Нет, но в желтой прессе полно сообщений об их свадьбе. Когда мы уехали в Испанию, они прямиком отправились в Лас-Вегас. Они уехали сразу, как только мы ушли с вечеринки. Черт побери, они все время нас дурачили.

Он отпустил ее руку, и Джорджина вдруг почувствовала себя покинутой. Он обвиняет во всем ее, но она по-прежнему желает успокоиться в его объятиях.

Если она переживет ближайшие несколько дней, ей придется жестко подавить свои эмоции, чтобы жить дальше. Одно Джорджина знала наверняка: она не сможет оставаться женой Сантоса целый год.

Дважды в жизни она доверялась и любила мужчин, и они дважды ее бросали. Сначала отец, которого она обожала, ушел из дома не оглядываясь, в ночь, когда разыгралась буря. А плачущая Джорджина стояла на пороге и смотрела ему вслед. Потом Ричард, которого она нежно любила, оставил ее одну.

Теперь Сантос.

Она влюбилась в него так беззаветно и сильно, что больше не слушала доводов рассудка. Ее обычная бесстрастная манера в общении с мужчинами разбилась в пух и прах.

— Эмма никогда бы так не поступила, зная, чем это может закончиться. — Джорджина старалась вспомнить все, о чем говорила с сестрой, пока они готовились к вечеринке. Она в недоумении покачала головой. — Она просто не могла так поступить.

— Получается, что твоя сестра не так предана тебе, как ты предана ей, — сурово произнес Сантос, ходя по комнате. — Что заставило ее сбежать и тайком выйти замуж?

— Любовь, — прошептала Джорджина.

— Любовь — удел дураков! Она разрушает жизнь, — набросился на нее Сантос.

— Как ты можешь говорить такое? — Ее разочарование было не меньшим, чем его ярость. Она пристально посмотрела на него, ожидая ответа. — Такое ощущение, что ты однажды кого-то любил… — Она вспомнила их разговор накануне.

Сантос стремительно преодолел разделявшее их расстояние и навис над ней.

— Твой отец бросил тебя, верно? — Из-за волнения он говорил с сильным акцентом.

У нее перехватило дыхание. Зачем Сантос ворошит ее прошлое и заставляет вспоминать ту проклятую ночь?

— Мой отец не имеет к этому никакого отношения, — сказала она.

— Если бы он любил тебя, он бы не ушел, — ответил Сантос. — Разве ты так не думаешь?

Их взгляды встретились. Джорджина была вынуждена думать о том, о чем предпочитала не размышлять. Она не успела ответить на его дерзость, потому что Сантос снова заговорил, словно ему было наплевать, как она на это отреагирует.

— Вот и у меня так же. Я никогда не любил свою мать, и она никогда не любила меня. — Отвернувшись, он снова вышел на улицу, будто ему требовалось больше пространства, чтобы выплеснуть свой гнев.

Джорджина осторожно последовала за ним.

— Что у тебя произошло с матерью? — прошептала она.

Сантос повернулся к ней с каменным выражением лица.

— Я был ошибкой. — Он сглотнул, будто слова оставляли горький привкус во рту. — Ошибкой, которая заставила ее выйти замуж за моего отца. Ошибкой, за которую я всегда расплачивался.

— Но ведь твой отец любил ее? — Джорджина вспомнила отрывочные сведения о его жизни, которые он ей сообщал, пытаясь соединить их в единое целое.

— И за эту любовь платил я, потому что в детстве он меня полностью игнорировал, — с болью ответил он, вздохнул и отвернулся, чтобы посмотреть на море.

Повернувшись спиной к Джорджине, Сантос дал ей понять, что разговор окончен. Он всегда поступал именно так — отгораживался ото всех. Точно так же он вел себя при их первой встрече в офисе. С тех пор прошла всего неделя, а Джорджине казалось, будто пролетела целая жизнь.

— Но твой отец оправился от потери, и теперь у тебя есть брат, — сказала она.

Сантос глубоко вздохнул, поднял, а затем опустил плечи. Джорджина поняла, что снова ляпнула лишнее.

— Брат, который снова доказал, что ему на меня наплевать. Он получил что хотел, как было всегда.

Джорджина снова подумала обо всем, что Эмма рассказывала ей о Карло:

— Я уверена, ты заблуждаешься. Насколько мне известно, он не желает наследовать бизнес. Он хочет жить по-своему.

Сантос обернулся и вопросительно взглянул на нее:

— Ты не права. Какой мужчина не захочет унаследовать отцовский бизнес?

— Не всем так нужна власть, как тебе, Сантос. Карло и Эмма просто хотят быть вместе и вести нормальную жизнь. — Недолго думая, она потянулась и коснулась его руки, чувствуя, как напряжены его мышцы.

— Что еще, Джорджина? — Он казался уставшим.

— Они хотят быть вместе. Они влюблены, Сантос. Неужели это так сложно понять? — Джорджина придвинулась к нему, стараясь не думать, как любит его.

Сантос шагнул к ней, опустив голову, и Джорджина подумала, что он ее поцелует, но он остановился, и у нее похолодело внутри.

— Нет, Джорджина, нет. — Он отошел от нее. Впервые за все время он не знал, что еще сказать.

Этот властный и категоричный человек, в которого она влюбилась, не может и не желает поверить в существование любви. Но ведь именно любовь он пробудил в душе Джорджины, и это чувство крепнет с каждым днем.

— О чем ты, Сантос? Ты не можешь признать, что они любят друг друга и у них нет никаких тайных мотивов, связанных с семейным бизнесом?

Отойдя от Джорджины, Сантос изменился, словно расстояние помогло ему восстановить силу духа и властность.

— Ты все заранее спланировала. Ты помогла им улететь в Лас-Вегас. Ты соблазняла меня так ловко, как способна соблазнять женщина с твоей репутацией. И более того, ты обеспечила себе огромные отступные в случае развода.

От незаслуженной обиды Джорджине стало тошно.

— Оставь свои деньги себе. Расторгни контракт, делай что угодно. — Она повернулась к нему спиной, злясь на себя за любовь и желание до него достучаться. — Я вообще не понимаю, почему ты просто не предложил Карло деньги. Это гораздо проще женитьбы.

— Не касайся моих методов веления бизнеса! Ты ничего в этом не понимаешь. Я несколько раз предлагал Карло деньги, и он отказался, потому что рассчитывал сорвать куш.

Сантос пришел в ярость, но Джорджине было все равно. Она была на пределе, и ее почти не волновало, что произойдет дальше.

— Да, я ничего в этом не понимаю. Я знаю только одно: мне не следовало ввязываться в эту историю, — прошипела она, встретив его обвиняющий взгляд. — Лучше бы я просто помогла им пожениться.