Шопоголик и брачные узы - Софи Кинселла

Поговорим серьезно. Разумеется, я не собираюсь выходить замуж в Нью-Йорке. Нет, конечно. Об этом и думать нечего. Я выйду замуж, как и собиралась, дома, с прекрасным шатром в саду. Нет никаких оснований менять эти планы. Абсолютно никаких.

Разве что…

Черт. Допустим — только допустим! — что кое в чем Элинор права.

Свадьба ведь действительно бывает не каждый день, так? Это вам не день рождения, не Рождество. Венчаются один раз. И если выпадает шанс сделать это событие незабываемым, то, пожалуй, за такой шанс нужно хвататься.

А прошествовать перед четырьмя сотнями гостей, под звуки струнного оркестра, в фантастическом цветочном убранстве — действительно будет незабываемо. А потом всем скопом усесться за немыслимый обед. Робин дала мне несколько вариантов меню — ничего себе! Розетка из омара по-мэнски… Консоме из дичи с кнелями из фазана… Дикий рис с кедровыми орешками…

Конечно, в Оксшотте и Эштеде неплохие продуктовые лавки, но вряд ли там разбираются в кедровых орешках. (Я и сама, если честно, не разбираюсь. Но мне-то и не надо.)

И возможно, Элинор права и в другом: наверняка мама будет только признательна, если ее избавят от утомительных хлопот. Ну да. Вдруг это для нее непосильный груз и она уже сама не рада, что взвалила его на свои плечи? А если мы поженимся в «Плазе», ей и делать ничего не понадобится — только прийти на праздник. К тому же маме с папой не придется тратиться… То есть для них же лучше!

И вот на обратном пути в «Берниз» я извлекаю свой мобильник и набираю номер моих родителей. Мама снимает трубку, слышится финальная мелодия из «Криминального часа»[10], и внезапно меня охватывает тоска по дому. Представляю себе, как мама и папа сидят там, за опущенными шторами, и уютно мерцает огонь в газовом камине.

— Привет, мам!

— Бекки! — восклицает мама. — Как я рада, что ты позвонила! Я пыталась тебе переслать по факсу меню из службы доставки, но у тебя аппарат не работает. Папа спрашивает, давно ли ты проверяла картридж,

— Я… не помню. Мама, послушай…

— И знаешь что? Знакомый невестки Дженис работает в фирме, делающей надписи на воздушных шариках! Она говорит, если мы закажем двести шариков или больше, то гелием их наполнят бесплатно!

— Круто! Послушай, я тут прикинула насчет свадьбы…

Что это я вдруг разнервничалась?

— Да-да? Грэхем, сделай телевизор потише.

— Мне пришло в голову… Так, лишь вариант… У меня вырывается пронзительный смешок. Что мы с Люком могли бы пожениться в Америке!

— В Америке? — Долгая пауза. — Что значит — в Америке?

— Это просто предположение! Знаешь, раз уж мы с Люком здесь поселились…

— Вы живете там всего год, Бекки! — Мама шокирована. — Твой дом здесь!

— Ну да… Но я подумала… — мямлю я.

В глубине души я надеялась, что мама воскликнет: «Замечательная идея!» — и дело в шляпе.

— Как же мы организуем свадьбу в Америке?

— Э-э… Может, устроим ее в… в большом отеле?

— В отеле? — Похоже, мама решила, что я сбрендила.

— И Элинор помогла бы… — Я с трудом подбираю слова. — Я уверена, она посодействует.., понимаешь, если окажется слишком дорого…

На другом конце провода резко втягивают воздух, и я зажмуриваюсь. Черт меня дернул помянуть Элинор!

— Ну что ж. Спасибо, мы обойдемся без ее содействия. Мы прекрасно можем справиться сами. Это идея Элинор — насчет отеля? Она что, полагает, что нам хорошую свадьбу организовать не под силу?

— Нет! — поспешно говорю я. — Это так… пустяки! Я только…

— Папа говорит — если она такая мастерица по отелям, пусть и останавливается там, а не у нас.

Великолепно. Я все окончательно испортила.

— Слушай, мам… забудь. Это была глупая мысль. — Я тру щеки. — Так как продвигается дело?

Мы болтаем еще несколько минут, я выслушиваю рассказ о милом сотруднике из компании, продающей шатры, и про то, какие там разумные расценки, и про то, что сынишка этого сотрудника учился в одной школе с кузеном Алексом — разве не тесен мир? К концу разговора мама полностью успокаивается, и злополучная тема американских отелей забыта.

Я прощаюсь, отключаю телефон и с шумом выдыхаю. Правильно. Решено. Надо позвонить Элинор и все сказать ей. Ни к чему ходить вокруг да около.

Я снова включаю мобильник, набираю две цифры — и останавливаюсь.

С другой стороны — а стоит ли копья ломать?

В смысле — мало ли что. Вдруг мама с папой вечером все обсудят и передумают? Может, приедут, чтобы самим посмотреть. А когда собственными глазами увидят бальный зал… представят, какое это будет волшебное зрелище… какое роскошное… какое ослепительное…

О господи. Я не в силах с этим распрощаться. Пока еще нет.

Когда я добираюсь до дома, Люк с мрачным видом сидит за столом над какими-то бумагами.

— Ты сегодня рано! — радостно говорю я.

— Надо заняться кое-какими документами, — отвечает Люк. — Надеялся обрести здесь мир и покой.

— Хорошо.

Подойдя ближе, я обнаруживаю, что все бумаги озаглавлены «Фонд Элинор Шерман». Открываю рот, чтобы высказаться, — и закрываю.

— Итак, — Люк с легкой улыбкой поднимает на меня глаза, — что ты думаешь о «Плазе»?

— Выходит, ты знал? — Я потрясенно смотрю на него.

— Да. Конечно, знал. Я бы тоже пришел, если бы не деловой ланч.

— Но, Люк… — Только бы не переиграть. — Ты же помнишь, что моя мама готовит свадьбу в Англии.

— Времени прошло совсем мало, верно?

— Ты не должен был просто так устраивать эту встречу!

— Мама думала, что это будет для тебя сюрпризом. И я так думал.

— Это было как снег на голову! — резко парирую я, и Люк озадаченно смотрит на меня.

— Тебе не понравился «Плаза»? Я думал, ты будешь ошеломлена!

— Конечно, мне там очень понравилось. Дело в другом.

— Я знаю, что тебе всегда хотелось торжественную, великолепную свадьбу. И когда мама предложила устроить все в «Плазе», это был настоящий подарок. Должен признаться, это моя идея с сюрпризом. Я думал, ты придешь в восторг.

Люк выглядит поникшим, и меня мгновенно охватывает чувство вины. Мне и в голову не приходило, что он участвует в этой затее.