Встреча с судьбой - Кресли Коул

После того как Гилд отправился в путь, с большим нежеланием оставляя Теру, которая, казалось, не замечала его внимания, все остальные поели неспелых фруктов и улеглись спать вокруг костра.

Кейд хотел устроиться возле Мари, и она не возражала. Но Ридстром на своем демоническом языке сказал ему что-то резкое. Хмуро уставившись на выход из пещеры, Кейд отвернулся от Мари.

В то время как все уже заснули, Мари, голодная и холодная, продолжала бодрствовать. Хотя они находились в джунглях, и пещера располагалась на возвышении, ночной воздух внутри был сырым, холодным, и длинные волосы Мари не высохли.

Ридстром тоже не спал. Подбросив в огонь дров, он прихрамывая подошел к ней.

– Как нога? – справилась Мари.

– Быстро заживает.

– Рада это слышать, – сказала она и, вспомнив о том, что он для нее сделал, решила его поблагодарить: – Ридстром, спасибо тебе, ты мне очень помог сегодня.

– Не стоит благодарности.

Демон присел рядом, и Мари заметила, что у него повреждены рога. Один рог имел скол, а второй был короче дюйма на четыре.

Первый и единственный друг Мари, Эктон, был демоном грозы. Встречаясь с ним много лет, она знала, насколько важны для демона рога. Даже демонессы – и те гордились своими крошечными рожками, которые напоминали скорее модные украшения для прически.

А у демонов ярости на кончиках рогов, когда они удлинялись и заострялись, выделялся яд. К таким сзади не подкрадешься.

Потерять заостренный конец рога для воина было равнозначно увечью.

– Что случилось? – Она с трудом удержалась от желания провести пальцем по рогу, что являлось абсолютным табу. – Тебе было больно?

– Чертовски. Я много дрался по молодости.

– Наверное, с Кейдом. Ридстром покачал головой:

– Мы росли в разных домах. Наследники всегда воспитываются отдельно.

Отсюда разница в манере говорить и держаться.

– Знаешь, мне сегодня кое-что показалось странным, – заметил он с явным намерением сменить тему.

– Кое-что?

Он поднял бровь и продолжил:

– Мне казалось, что ты больше обрадуешься, когда узнаешь, что я попросил оборотня оставить нас.

Почему Ридстром так внимательно изучает ее реакции?

– Я обрадовалась. Однозначно. Скатертью ему дорога.

– Если бы не знал наверняка, то решил бы, что ты хочешь, чтобы он вернулся.

– Но ты знаешь, Макрив бешеный, и его нужно поставить на место. Хотя, наверное, мне не стоит говорить о нем дурно, ведь вы с ним друзья. Ты спас его сегодня от меня.

– Я сделал это не только ради него, но и ради тебя. Не хотел, чтобы потом ты жалела, что оторвала ему голову.

– Я как ведьма уверена, что смогла бы с этим справиться. – Мари взглянула на Ридстрома исподлобья. – Ты явно расходишься с остальными в оценке достоинств Макрива.

Он кивнул:

– Мы с Бауэном много лет сражались бок о бок. А кроме того, он спас жизнь моей младшей сестре.

– Макрив?

Когда Ридстром грустно кивнул, Мари спросила:

– Тогда как же он мог заточить тебя здесь? Ридстром пожал плечами:

– Мне кажется, он был в шоке, когда увидел меня внутри, но, честно говоря, я бы с ним сделал то же самое. Это была борьба, и он отчаянно хотел заполучить тот ключ.

– Похоже, он очень любил свою подругу, – произнесла Мари нарочито спокойным тоном.

– Не могу сказать точно. Мне не довелось видеть их вместе. Они были вместе всего несколько недель, а потом она погибла.

– Мария? Она была фея?

– Да. Принцесса фей. По рассказам, очень красивая. «Принцесса? Красивая?» Мари провела рукой по своим спутанным волосам.