Неподражаемая - Клэр Доналд

Зоя уловила момент, когда Рассел начал терять контроль над собой. Сознание своей женской власти над этим сильным мужчиной не только прибавило ей уверенности, но и растопило последние льдинки скованности — Зоя полностью отдалась во власть страсти.

Оргазм, сотрясший Зою, был не сравним даже с прежним. Зое даже казалось, что на несколько мгновений она даже потеряла сознание. Когда она открыла глаза, то увидела прямо над собой лицо Рассела. Он был по-прежнему в ней, только теперь он был расслаблен.

— У тебя очень красивая грудь, — сказал он.

Зоя затруднилась с ответом. Что сказать: вежливо поблагодарить за комплимент? После того что они только что испытали вместе, это казалось слишком формальным.

— Зачем ты притворялась? — вдруг спросил Рассел.

Зоя заморгала.

— Притворялась? Что ты имеешь в виду?

Он снова стал наматывать на палец ее локон, не давая ей возможности ускользнуть от его взгляда.

— Зачем было строить из себя этакую многоопытную женщину с прошлым? — пояснил он с улыбкой.

У Зои упало сердце.

— Значит, ты догадался, что это не так?

Он молча кивнул. При мысли, что она продемонстрировала свою неумелость, неспособность доставить мужчине удовольствие, Зоя покраснела от стыда.

— Я была… ужасна?

Губы Рассела сложились в довольную и очень сексуальную улыбку.

— Как ты можешь говорить такое после того, что мы оба только что испытали?

Зоя немного воспрянула духом и неуверенно призналась:

— Я, знаешь ли, не большой эксперт по таким вопросам. Для этого у меня не хватает опыта.

Рассел посерьезнел.

— Тогда тебе придется поверить мне на слово. Зоя, ты очень сексуальная женщина. Из-за тебя я потерял контроль над собой, я уже и не помню, когда такое случалось, может быть даже никогда.

— Извини.

Он вдруг расхохотался.

— Господи, Зоя, ты самая удивительная женщина на свете! Наверное, это меня больше всего и заводит.

— Правда?

— Истинная правда.

Зоя облизнула губы. Рассел проследил за движением кончика ее языка жадным взглядом, потом не выдержал и прижался к ее губам. На этот раз их соитие было медленным, чувственным. Зое казалось, что ее тело плавится в жаре, исходящем от Рассела. В его объятиях она познала ощущение наполненности, которое выходило далеко за рамки чисто физического удовлетворения плотских желаний.

Когда шторм страсти наконец утих, Рассел поцеловал Зою в кончик носа и встал. Лежа на полу, Зоя провожала его взглядом и завидовала его гибкой силе. Сама она не смогла бы сейчас так легко встать, ей казалось, что в ее теле не осталось ни одной твердой кости, что она вся размягчилась. Рассел собрал с дивана подушки и разложил их на полу перед камином. Затем он набросил на них покрывало с того же дивана, помог Зое перебраться на импровизированное ложе и лег рядом. Некоторое время они лежали молча, глядя на пылающий камин. Зоя раньше не замечала, что в танце языков пламени есть нечто глубоко эротичное.

Рассел медленно повернулся, приподнялся на локте и посмотрел ей в лицо.

— Когда у тебя месячные?

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что Зоя не сразу поняла его смысл.

— Должны быть скоро.

Он вздохнул с явным облегчением.

— Извини, но в последний раз я так увлекся, что не надел презерватив.

— Все будет в порядке, — заверила его Зоя. К сожалению, сама она не была уверена в этом на все сто процентов. Между ее бровей появилась крошечная морщинка озабоченности.

Рассел истолковал это по-своему:

— Я ничем не болен, если тебя это беспокоит.

— Об этом я не задумывалась.

Он обвел пальцем контуры ее губ.

— И напрасно. Несколько минут неосторожности могут изменить всю жизнь.

Зое хотелось сказать, что ее жизнь и так уже необратимо изменилась, но вместо этого сказала совсем другое:

— Ничего со мной не случится.

Рассел еще некоторое время вглядывался в ее лицо, как будто пытался что-то на нем прочесть, но в конце концов просто поцеловал ее в лоб и снова лег.

— Давай-ка немного поспим.

Вскоре его мерное дыхание подсказало Зое, что он уснул. Она закрыла глаза и стала слушать убаюкивающее потрескивание дров в камине. Перед тем как ее тоже сморил сон, ее последней мыслью было, будет ли Рассел рядом с ней утром, когда она откроет глаза…

Зоя проснулась. Рассела рядом с ней не было, но где-то в глубине дома слышались его шаги. В окно светило солнце, из сада доносилось пение птиц, но настроение у нее было далеко не радужное. Вылезать из импровизированной постели не хотелось, все ее тело протестовало против движения, но не могла же она проваляться весь день. В комнате оказалось прохладно, и Зоя первым делом отправилась на поиски одежды. В пределах досягаемости ей удалось найти только махровый халат Рассела.

Зоя приняла душ, но и после этого настроение у нее не улучшилось. Утром, при ясном солнечном свете, ночные события вспомнились с беспощадной ясностью, и Зое стало стыдно за свою вчерашнюю несдержанность. Достаточно было пары бокалов вина, чтобы она как переспелая груша упала прямо в руки мужчине, да не кому-нибудь, а известному плейбою, Расселу Корбету, олицетворяющему собой все, что она отвергала в жизни. То обстоятельство, что она в него влюблена, ничуть ее не оправдывало. Наоборот, почему-то от этого Зоя чувствовала себя еще хуже. Она ни словом не обмолвилась Расселу о своих чувствах, но ощущение было такое, словно она во весь голос заявила: ты будешь смеяться, но, несмотря на всю нелепость нашего бутафорского брака, я по-настоящему тебя люблю. Если бы она действительно это сказала, Рассел, несомненно, расхохотался бы ей в лицо или, еще того хуже, улыбнулся бы своей издевательской улыбочкой.

Выйдя из ванной, Зоя вытерлась и бросила махровое полотенце на пол, где уже валялось его полотенце. Пусть сам подбирает и не рассчитывает, что она заменит ему прислугу. Затем она надела халат и отправилась на его поиски.

Рассел развешивал на веревке покрывало с кровати, на которой Зоя вчера отказалась спать. Зоя была уверена, что ступает совершенно бесшумно, однако он каким-то образом почувствовал ее присутствие и повернулся к ней.

— Как самочувствие? — спросил он.

— У меня внутри все болит, — честно призналась она, не глядя ему в глаза.

Рассел виновато улыбнулся.

— Если бы ты с самого начала сказала, что у тебя мало опыта, я бы действовал осторожнее.

— Я не была девственницей.

— Фактически — не была, но и многоопытной разбитной особой тебя тоже не назовешь.