Любовь по учебнику психологии - Энн Питерс

– И все-таки я скажу. Мне следовало сделать это много лет назад. – Эдит взяла Хэлли за руку. – И ты выслушаешь, потому что ты не знала всего тогда.

– Ах, не знала? – Хотя Хэлли старалась говорить с сарказмом, что-то в лице матери – безмерная печаль и сожаление – заставило ее дрогнуть. – И чего же такого я не знала?

– Что я сделала аборт против желания твоего отца.

– Что?! – Хэлли открыла рот. – Но... – Она запнулась, не зная, что сказать.

Эдит отпустила руку Хэлли и, обессиленная, рухнула на стул. Она смотрела на свои сжатые кулаки.

– Я солгала ему, – проговорила она безжизненным голосом. – Я обещала не делать аборта. Он так хотел ребенка...

– Хэлли собралась было возразить, но снова закрыла рот. Не потому, что она была против абортов по сути – она верила в свободу воли. Но сделать такое, зная, что твой муж...

– Ты была больна, – прошептала Хэлли, схватив мать за плечи. – Я теперь вспомнила. Тебе даже пришлось лечь в больницу и...

– Нет. – Эдит накрыла руки Хэлли своими. Ее глаза, потемневшие от боли, непоколебимо смотрели в глаза дочери. – Это было потом, чтобы замести следы. Понимаешь, из-за известности твоего отца в местных медицинских кругах мне пришлось обратиться в одно заведение.

– Нет, – простонала Хэлли и встряхнула мать за плечи. – Ах, мама. Почему?

– Потому что я была эгоисткой. – Эдит прикусила губу и еще больше побледнела, если это вообще было возможно. – Меня интересовало только мое искусство. Мне хватило радости материнства ведь я вырастила Морган и тебя практически в одиночку. Отец был занят своей работой. Вы почти закончили колледж. И сама мысль о том, чтобы начать все сначала с третьим ребенком, была мне невыносима.

Хэлли повалилась на стул и уперлась локтями в стол, обхватив голову руками.

– А Морган знает? Обо всем, что ты рассказала мне?

– Если и знает, то не от меня.

Хэлли неожиданно охватило бешенство. Она ударила кулаком по столу.

– Как ты могла молчать? Все эти годы... – Сделав глубокий вдох, она подавила желание закричать. – Все эти годы я во всем винила отца, – наконец сказала она. – И ты допускала это.

– Да.

Чувствуя невыносимую боль от предательства близкого человека, Хэлли закрыла рот рукой, чтобы не разрыдаться.

– Как ты могла? – повторила она судорожно, затем схватила сумку и выбежала прочь.

Какое-то время Хэлли ехала бесцельно. К счастью, эта часть города была тихой, и улицы в полдень оставались почти пустынными. Иначе ей бы несдобровать. Она почувствовала, будто земля ушла из-под ног. Не было больше твердой основы в жизни.

Разум Хэлли отказывался принять такую чудовищную вещь. Внутри все протестовало. Она выехала на обочину, выключила мотор и оперлась лбом о руль.

– Хэллоран!

Майку пришлось повторить ее имя дважды и дотронуться до ее плеча, прежде чем Хэлли подняла голову. Она посмотрела на него красными от слез глазами.

– Что случилось? – встревоженно спросил он. – Что-то с Кори?

– Кори? – машинально повторила Хэлли, потрясенная и сбитая с толку. Откуда здесь взялся Майк Паркер?

Майк понял, что его дочь не является причиной состояния Хэллоран Маккензи. Худшие предчувствия утихли.

– Что же случилось? – спросил он вновь, пораженный тем, как глубоко тронут страданием этой женщины. Ему пришлось подавить желание открыть дверцу машины, схватить ее на руки, прижать к себе. – Чем я могу помочь?

– Помочь? – Хэлли уставилась на него в растерянности. – Откуда вы взялись? – спросила она хрипло. Горло у нее сдавило от слез, которые она старалась не выпустить наружу. – Что вы здесь делаете?

– Я здесь живу. – Майк указал на дом, и глаза Хэлли последовали за его рукой. Ярко-розовый дом. – Вы приехали сюда, – сказал он, нахмурившись и стараясь заглянуть ей в глаза, но увидел там лишь замешательство. – Разве вы не знали?

Хэлли покачала головой.

– Нет.

– Зайдем внутрь. Хорошо, что мне понадобилось заехать домой переодеться. – Пораженный странным поведением Хэлли, Майк открыл дверцу и помог ей выйти.

Вся разбитая, Хэлли позволила ему ввести себя в дом. Усадить на диван. Сесть рядом с ней и взять ее ледяные руки в свои теплые и сильные.

– Простите, – хрипло сказала она, отводя глаза и стараясь сдержать слезы. – Мне не следует... быть здесь. Вы... то есть я... мы...

Голос Хэлли сорвался. И тогда Майк нежно повернул к себе ее лицо и сказал:

– Вы как раз там, где вам следует находиться.

Хэлли больше не могла сдерживаться. Со сдавленными всхлипываниями она уткнулась лицом ему в грудь и разрыдалась. Она плакала о себе, об упущенных годах и разбитых иллюзиях. Она плакала об отце, которого никогда по-настоящему не знала.

Майк обнял ее и старался успокоить, гладя по голове. И потом, когда Хэлли, опустошенная, почувствовала потребность заговорить, он немного отодвинулся и приготовился слушать.

– Вам, конечно, это кажется смешным, – сказала она, кончив рассказ. В руках она вертела платок, который Майк вложил ей в руку. – Я о том, что некто, имеющий такие проблемы с отцом, смеет указывать вам с Кори, как надо жить.

Майк так не думал.

– По-моему, – сказал он, протянув руку, чтобы нежным прикосновением остановить слезу, катившуюся по щеке Хэлли, – в этом нет ничего смешного. Кто лучше может указать нам дорогу, когда мы сбились с пути, как не тот, кто потерял ту же дорогу и смог опять найти ее?

– Но в том-то все и дело! – воскликнула Хэлли в отчаянии. – Я не нашла эту дорогу.

– Нет, нашли. – Нежно и в то же время осторожно, готовый отпустить ее в случае сопротивления, Майк потянул Хэлли к себе в объятия. – Вы нашли дорогу ко мне.

Он посмотрел на ее губы, и они приоткрылись.

– Я хочу поцеловать вас, Хэллоран.

– Да... – Это был скорее вздох, и Хэлли растворилась в жадном и властном поцелуе Майка.

Все закончилось настолько быстро, что Хэлли удивленно взглянула на Майка.

– Это залог на будущее, – сказал он.

– Бу... будущее?

– Да. – Вставая, Майк поднял ее вместе с собой. – Чтобы ты сделала то, что подсказывает тебе сердце. То, что ты советовала сделать Кори и мне, – просто примириться с прошлым, отпустить его и начать все заново.

Он довел ее до двери, проводил к машине. Когда она уже сидела за рулем, Майк наклонился и снова поцеловал ее.

– Мне бы очень хотелось стать частью твоей новой жизни.

Эдит не было дома. И хотя Хэлли хотелось поговорить с матерью, но она чувствовала себя такой изможденной, что обрадовалась отсрочке. Предстояло еще уладить массу дел. Слишком много чувств нахлынуло на нее, каждое по-своему сложное. Новая жизнь... Да, она хотела начать все заново. С матерью, с отцом и... И с Майком? Решится ли она на такой шаг, забыв о всех разочарованиях прошлого?