Ты моя судьба - Генриетта Рейд

— Ну… это несколько усложняет жизнь.

Он подложил руки под голову и воззрился на небо:

— Значит, ты еще не свыклась с темпераментом Делани! Это печально, особенно когда приходится жить с этим.

Его спокойное утверждение, как будто у меня не было иного выбора, будто я была в клетке, буквально взбесило меня.

— А вот тут вы ошибаетесь!

— И что же конкретно ты собираешься делать? Можно полюбопытствовать о твоих дальнейших планах?

Он откровенно издевается надо мной, поняла я с чувством безысходности. Дерри предупреждал, насколько тесно связаны между собой все местные жители, и я была просто уверена, что слово Рована будет решающим, если я попытаюсь устроиться на работу у кого-нибудь из соседей. Все, что от него требовалось, — это намекнуть им, что нежелательно бы нанимать меня в каком угодно качестве, и я буду вынуждена безвылазно коротать дни в Рахине.

— Неужели все мы и впрямь такие невыносимые, Никола?

Я обернулась. Он пристально смотрел на меня. Было бы просто убийственно, если бы он догадался, что я боюсь той власти, которую он теперь имеет над моим сердцем, и что я просто-напросто то хочу сбежать до того, как забуду свои принципы, и уже не смогу отдалиться от него, к тому же не имея ни малейшей надежды когда-либо завоевать его любовь. Перспектива была столь ужасной, что мне было страшно даже думать об этом.

Я посмотрела на море и почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы. Он приблизился ко мне и, нежно дотронувшись до моего лица, смахнул торопливую слезу с моей щеки.

— Ты плачешь? — удивленно спросил он.

Единственное, чего я в этот момент желала, так это, поддавшись импульсу, вскочить на ноги и убежать от этого места подальше, но, взглянув в его лицо, я заметила, что в его глазах нет и тени насмешки.

— Что с тобой, Никола? — Его рука крепко сжала мое запястье, так что песок, которым я играла, неожиданно высыпался из моей ладони.

Я покачала головой и выпалила первое, что пришло мне в голову:

— Слава богу, Ита возвращается!

— При чем тут Ита? — грубо отрезал он, а его пальцы еще сильнее сжали мое запястье. — Ты не ответила на мой вопрос.

— А я и не собираюсь, — прошипела я. — Отпустите мою руку! — Я взглянула наверх, где только что припарковалась машина. Я догадывалась, что разыгравшаяся между нами сценка представляла довольно любопытное зрелище для того, кто был в машине.

— Да оставь ты эту чертову машину в покое! — окончательно разозлился Рован.

В этот момент дверца машины распахнулась, оттуда выскочила Эмер и быстро направилась к нам.

— Дома мне сказали, что вы пошли купаться, так что я позаимствовала вот это! — Она помахала нам купальником ярко-вишневого цвета. — Сейчас только переоденусь, и тогда держись, Рован, я загоняю тебя до полусмерти, поплывем к потонувшему кораблю! — шутливо предупредила она и, не дожидаясь его ответа, резво убежала в сторону пещеры.

В это время к нам вернулась Ита и стянула с головы свою голубую шапочку.

— Я смотрю, Эмер приехала! — Ита выглядела довольной и взбодрившейся после плавания. — Надеюсь, Дорин собрала достаточно провизии на всех нас.

— Судя по тому, сколько весит эта корзинка, тут хватит на целый полк, — сухо заметил Рован.

Ита удовлетворенно кивнула:

— Я хорошенько запаслась едой, потому что, насколько я знаю, у Эмер очень здоровый аппетит. Меня просто поражает, как ей удается держать такую великолепную форму, нужно будет обязательно спросить, в чем ее секрет.

— Какой секрет? — Эмер, подходя к нам, услышала последнюю фразу из разговора. Она стояла на фоне темной скалы, ее кожа была нежная и белая, как алебастр, а волосы роскошным рыжим каскадом рассыпались по плечам.

Я не могла удержаться, чтобы не взглянуть на Рована и его реакцию на это великолепное зрелище. Лицо его было мрачно и непроницаемо.

Ита рассмеялась и звонко пояснила:

— Да я говорила о том, как тебе удается оставаться такой удивительно тоненькой.

— Сладкие мысли каждое утро, — весело ответила Эмер.

— Что-то слабо верится. — Голос Рована звучал довольно сухо.

Эмер кокетливо склонила головку и надула губки.

— Что-то ты какой-то мрачный! Давай наперегонки до развалин, спорим — я выиграю!

Он покачал головой:

— Не сегодня. Оставлю это развлечение вам с Итой. Кроме того, мне и так очень редко удается малость расслабить свои старые косточки.

— Точно, пошли! — Ита снова натянула шапочку. — Погода великолепная, как раз самое время для небольшого соревнования. А Никола тем временем составит компанию Ровану.

Но Эмер колебалась, переминаясь на мягком песочке и демонстрируя свой нежно-розовый педикюр.

— А почему бы и Николе к нам не присоединиться? — Ее зеленые глаза сверлили меня недобрым вызовом. — Ты ведь умеешь плавать, а? По слухам, ты просто великолепно плаваешь и ныряешь чуть ли не каждый день.

Прежде чем я успела что-либо произнести в ответ, Рован быстро ответил за меня:

— Она вовсе не любительница длинных заплывов и к тому же вовсе не так хорошо плавает.

Я с негодованием обернулась к нему:

— Вы это о чем? Я плаваю достаточно хорошо!

— Точно — именно хорошо. Я частенько наблюдал за тобой с утеса, так что имею представление о твоих возможностях. А чтобы соревноваться, нужно плавать лучше, чем просто хорошо, не то это может быть опасным, тут есть коварные течения.

— Да ладно! Если знать путь, то ничего страшного. К тому же мы с Итой присмотрим за ней, правда, Ита?

Ита, как всегда, согласно кивнула, стараясь не перечить подруге:

— Да, мы проследим, чтобы с ней ничего не случилось.

— Нет, в любом случае я считаю, ей не стоит ходить, — заявил Рован. — Не слишком опытный пловец может быть незаметно унесен течением, это слишком опасно для Николы.

— Ой, не будь таким занудой, Рован. Ты заботлив до смешного! — сдерживая гнев, отмахнулась Эмер. — Я же сказала, что мы позаботимся о твоем ненаглядном маленьком сокровище.

Я стояла и чувствовала себя совершенно по-дурацки смущенной, пока они пререкались. Затем Ита, которая уже подошла к самой кромке воды, нетерпеливо выкрикнула:

— Ну так ты идешь или нет, Никола?

Я знала, что старый галеон врезался в мыс Рахин более чем триста лет тому назад, поэтому вряд ли там могли плавать какие-то опасные для жизни обломки, вода была прозрачной, и мне действительно хотелось посмотреть на это знаменитое место, прежде чем наступят осенние штормы. К тому же я была уязвлена высокомерным отношением Эмер и еще больше — бесцеремонными попытками Рована не пустить меня, даже не спросив.