Мой прекрасный враг - Вера Иванова

Самолет пронесся над баржей, приветственно помахав крыльями. А потом зашел на разворот и сделал несколько кругов – ну просто какое-то незапланированное аэрошоу! Или запланированное? Я оглядел участников игры – нет, физиономии как гринписовцев, так и их врагов полны удивления, да и журналисты снимают, не отрываясь!

А затем произошло нечто уж совсем из ряда вон.

Когда самолет в очередной раз оказался над баржей, от него отделилась маленькая точка. Она стремительно падала, и не ясно было, что это, пока не раскрылся парашют. Подсвеченный предзакатными лучами, купол казался необычным алым цветком.

По мере его приближения стала видна какая-то надпись. С каждой минутой буквы делались все крупнее, и именно к ним, а не к самому парашютисту, было приковано всеобщее внимание.

– Сохраним наши жизни! – вдруг громко прочитал один из гринписовцев. – Не дадим отравлять реку и воздух!

– Долой индустриальных монстров! – хором продолжили остальные. – Да это же наши лозунги!

– Ой! Мой парашют! – ахнула тезка, схватившись за щеки. – Откуда он тут взялся?

Защитники природы, получив неожиданную поддержку с воздуха, воодушевились и начали орать и обниматься.

Отец, чье лицо приобрело цвет вареной свеклы, подозвал к себе Боба и принялся давать какие-то распоряжения – судя по жестам, приказывал схватить смельчака, тем более что парашютист умело правил прямо на баржу.

Милена мрачно кусала губы – похоже, что и у железобетонной леди наконец-то сдали нервы.

А мне вдруг померещилось… нет, этого просто не могло быть, бред какой-то! И все же…

И все же чем ближе оказывался парашютист, тем яснее становилось, что я его отлично знаю… Но это было настолько невероятно, что мне не верилось до последнего – до того самого момента, пока бабушкины кроссовки не коснулись палубы.

Да-да, это была именно она! Восьмидесятилетняя старушка в день своего юбилея совершила прыжок с парашютом – да еще какой прыжок! Она приземлилась точно на носу баржи, между группой гринписовцев с одной стороны и толпой охранников – с другой.

Ее прибытие было встречено всеобщим ликованием первых и гробовым молчанием вторых – мои родные и недавние друзья казались парализованными.

– Всем добрый вечер! – заявила бабушка, театральным жестом отстегивая стропы. – Не ждали?

– Елизавета Викторовна… – растерянно пробормотал отец. – Елизавета Викторовна! Это вы?!

– Не волнуйся, дорогой мой! У тебя не галлюцинации. Это действительно я, собственной персоной, – бабушка выглядела довольной и счастливой. На удивление быстро и ловко она свернула и упаковала парашют в снятый со спины рюкзак. – Готово! Есть навыки, которые не забываются…

– Мама! Как это все понимать? У вас же юбилей, вы должны быть дома! – В голосе отца послышались истерические нотки. – Зачем вы устроили этот балаган?

– Тебе понравилось? Я рада! – Старушка широко улыбнулась. – Знаешь, Гришенька, я так хотела ознаменовать свой юбилей чем-нибудь необычным! Сидеть дома скучно. Подарок ребят пришелся как нельзя кстати! А найти летчика теперь и вовсе не проблема, были бы деньги… Ну, внучек? Ты познакомишь меня со своими друзьями? – Казалось, ее совершенно не смущали ни всеобщее замешательство, ни мой странный вид, ни недовольство отца. – Ведь у меня для вас тоже есть подарок, – с этими словами она вытащила из-за пазухи большой сверток и протянула моей сумасшедшей тезке.

– Деточка, вы забыли это у нас, когда так стремительно убежали. Мне показалось, для вас это важно…

– Лозунг! – ахнула «деточка», хватая сверток. – Наш транспарант! Тот самый, настоящий! Ребята, разворачивай!

– Прекратить! – Зычный голос орущего в мегафон отца заглушил общий гвалт. – Прекратить немедленно! Я запрещаю!

Густая толпа охранников вновь облепила кучку демонстрантов, не давая растянуть транспарант. Обстановка накалилась, казалось, вот-вот вспыхнет очередная драка.

Но спустившаяся с неба добрая «фея» и на этот раз спасла нас:

– Гриша, милый, передай мне, пожалуйста, эту штучку! – ласково попросила она, и отец, скрипя зубами, отдал ей мегафон.

Усиленный рупором, голос бабушки разлетелся на несколько километров вокруг:

– Я убедительно прошу охрану построиться на палубе! Повторяю еще раз – построиться на палубе!

Оказалось, интонация бабушки тоже может быть стальной!

Охрана нехотя повиновалась, и вскоре вдоль палубы выстроилась толпа кисломордых молодцев в серо-зеленом камуфляже.

– Ну что, мама, вы довольны? – Отец обливался потом и не успевал выбрасывать в воду шарики из салфеток, которыми промокал лоб. – Надеюсь, теперь все?

– О нет! – улыбнулась бабушка. – Далеко не все! Дорогие мои! – обратилась она к своей довольно большой аудитории. – Я хочу сделать одно очень важное заявление.

– О боже, что еще такое! – Отец скривился как от зубной боли, на что «фея» ответила:

– Гриша, если бы у тебя нашлось немного времени и терпения выслушать меня раньше, ты был бы уже в курсе и не пришлось бы так нервничать.

– Но я… – хотел возразить отец, но бабушка уже не слушала.

– Для начала я хочу представиться. Если вы еще не догадались, меня зовут Елизавета Викторовна, и я как раз та самая дама, которую вы так любезно поздравили недавно с юбилеем, – она кивнула на валяющийся транспарант Боба.

Гринписовцы ответили веселым воем, свистом и рукоплесканиями.

– Кроме того, я являюсь тещей вот этого молодого человека, – старушка кивнула на папашу, – и бабушкой вот этого. – Все снова перевели взгляды на меня.

– Мама, кому здесь интересны наши родственные связи! – простонал отец, хватаясь за голову.

– А теперь я перейду к самому главному, – продолжала бабушка, игнорируя его. – Я уверена, что это будет интересно вам всем. – Она выдержала театральную паузу и продолжила: – Для тех, кто этого не знает – а таких, я думаю, здесь подавляющее большинство, – я являюсь держателем 75 процентов акций «Нефтехима» и сопутствующих заводов.

– Мама, – отец занервничал сильнее, но бабушка по-прежнему не обращала на него никакого внимания.

– Все эти годы я была уверена, что управление нашими предприятиями, производимое от моего имени, осуществляется в полном согласии с законодательством и не ущемляет ничьих прав и интересов.

– Мама! – В голосе папаши нарастало раздражение, поэтому я поспешил занять место между ним и бабушкой.

– Однако сегодняшние события раскрыли мне глаза на истинное положение вещей. Я ознакомилась с документами и убедилась, что требования защитников природы вполне обоснованны и законны.

– Мама!! – Отец сжал кулаки, а рядом со мной вдруг встала Саша, и теперь мы вдвоем защищали бабушку от его гнева.