Как спасти любовь - Лора Эллиот

— Это была… моя мать? Моя, Тревиса и Слейда?

Старик вздохнул.

— Ваша мать была очень хорошей женщиной.

Замечательной женщиной. И я любил ее. — Он опустил глаза, пнул носком ботинка комок земли. — Но женщина, о которой я говорю, была всем, чего я когда-либо желал от жизни.

Коннор ждал, что Джонас скажет что-то еще, но Джонас молчал. Они пришли к конюшне, где их ждал один из конюхов, державший за уздечку породистого жеребца. Джонас взял из рук конюха уздечку и жестом показал ему, что он свободен.

— И? — спросил Коннор, когда они снова остались вдвоем.

Джонас тяжело вздохнул.

— Я дал ей все, все… — тихо сказал он. — Я выстроил для нее «Эспаду», мальчик. Все это для нее… Но она хотела большего.

— И чего же? Чего большего?

Старик посмотрел на сына, и его глаза помрачнели.

— Я так и не узнал чего, — сказал он. — Она не сказала, а я… я был слишком горд, чтобы спросить.

Джонас вскочил в седло, пришпорил жеребца и ускакал.

Дом оказался в точности таким, каким его описывала Криста.

Он был огромным, стоял на берегу океана, был старым и нуждался в ремонте. И Натали влюбилась в него с первого взгляда.

— Я чувствую себя здесь, как дома, — сказала она, когда они с Кристой шагали из одной комнаты в другую.

— Я же говорила, что мы родственные души, — ответила Криста. — А теперь пошли наверх. Тебе придется выбрать для себя спальню.

Они поднялись по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж.

— Мне подойдет любая, — сказала Натали.

— Не спеши. — Криста взяла ее за руку и повела от одной двери к другой. — Ну как? Тебе больше нравится та, где ковер с розами, или где стены в водяных разводах?

Натали рассмеялась.

— А есть здесь комната с обычными белыми стенами?

— Конечно, но там течет потолок.

— Ты смеешься?

— Ничуть. — Криста натянуто улыбнулась. Грант починил крышу, когда мы только поженились. Но починишь в одном месте, начинает протекать в другом.

— Что ж, пожалуй, я выберу с ковром из роз.

— Хороший выбор. Тогда я поселюсь среди водяных разводов. Малышки будут жить в комнате рядом с моей, а няня — рядом с ними. — Криста взяла Натали за руку и лукаво улыбнулась. — Повеселимся.

— Не сомневаюсь, — ответила Натали и подмигнула.

Прошло полтора месяца.

Натали только что вышла из одного из ювелирных магазинов на Уорт-авеню и торопливо пошла к машине.

— Добрый день, миссис Уорнер.

Она посмотрела на мужчину, который поприветствовал ее, и удивилась, что вице-президент одного из крупнейших банков в Палм-Бич назвал ее по имени.

Раньше такие люди знали ее в Майами только как жену Коннора. Но здесь, в Палм-Бич, она была Натали Уорнер, которую знали как торгового представителя фирмы «Модели Кристы».

Их с Кристой замысел успешно претворялся в жизнь. Они даже умудрились с первого дохода оплатить первый взнос за машину. Натали улыбнулась, подошла к машине и открыла ее.

Что ж, похоже, предсказания Кристы сбываются. Хозяин магазина, который она только что посетила, продал все украшения Кристы и сделал очередной крупный заказ. А это значит, что их бизнес процветает.

Натали села в машину, бросила свой брифкейс на сиденье рядом с собой, сняла шелковый жакет и положила его на брифкейс.

Как приятно осознавать, что ты на что-то способна. Она чувствовала себя нужной. И совсем перестала скучать по Коннору, и…

Улыбка на ее лице слегка искривилась.

Ничего не поделаешь. Да, она все еще вспоминала его, думала о нем, чувствовала…

Натали вздохнула, завела машину и отъехала от обочины.

Вернуться в старый, огромный, прохладный дом после нескольких часов, проведенных под жарким солнцем Флориды, было истинным блаженством.

— Я дома! — провозгласила она, ступая в просторное фойе.

Черная с желтыми пятнами собака появилась из-за угла и, виляя хвостом, бросилась к ней. За собакой появился серый важный кот.

— Привет, друзья, — сказала Натали, присела и принялась ласкать своих любимцев. — А где остальная команда?

— На-та! — послышались голоса Джессамин и Дженнифер, которые с улыбками на милых личиках неуверенно зашагали к ней.

Натали распахнула им объятия.

— Совершенно верно, — сказала она. — Это тетя Нат. Вернулась с соляных приисков. И ужасно соскучилась по своим милым ангелочкам.

— Скорее, маленьким чертятам, — сказала Криста, появляясь вслед за ними.

Малышки, увидев маму, протянули к ней ручки. Криста взяла девочек из рук Натали, сладко поцеловала каждую в щечку и передала их в руки няни, которая, глянув на них, сквозь улыбку нахмурилась.

— А ну, марш в ванную, — сказала няня. — Посмотрите, на кого вы похожи.

Близняшки беззаботно залепетали и принялись дергать няню за волосы. Няня вздохнула, пробормотала что-то, прижала малышек к груди и унесла.

— С соляных приисков, говоришь? — сказала Криста. — Что, невезучий день?

— Конечно, а ты как думала? — ответила Натали, подавляя улыбку. — Правда, я продала все, что взяла с собой.

— Ты шутишь?

— Я серьезна.

— Невероятно! А я думала, что мои последние поделки — барахло. Невероятно!

— Никаких «невероятно», Криста. Твои изделия — потрясающи.

— А ты — лучшая в мире торговая посредница.

Натали покрутила головой.

— Да уж. Кстати, ты работаешь с бриллиантами?

— Думаю, что могла бы, если бы они не были такими дорогими. Здесь нужно быть уверенной, что продашь их.

— Нам заплатили задаток.

— Задаток?

— Да. И знаешь кто? — Натали шепнула ей на ухо имя.

Криста раскрыла рот.

— Не может быть.

— Может, — сказала твердо Натали и направилась в кухню, открыла холодильник и достала апельсин. — Может, теперь как раз время распространить наш бизнес и в Майами-Бич.

Криста заглянула Натали в глаза, когда та сосредоточенно чистила апельсин.

— Нет, Натали. Забудь Майами.

— Это почему же? Ведь мы растем!

Криста отломила дольку от ее апельсина и взяла ее за руку.

— Нет, Натали, — повторила она. — Там слишком много воспоминаний. Или… он звонил?

— Кто, Коннор? — спросила Натали. — Нет, не звонил. С чего бы это ему звонить мне? Он сказал, что мой переезд сюда будет концом нашей истории, И я согласилась с ним.