Наше маленькое чудо - Белла Баканнон

– Разбираться в оперной музыке можно научиться. Просто ты никогда не пытался, – сухо заметил отец Итана.

– Там была Симона со своими родителями, – сказала София. – Она выразила нам свои соболезнования и извинилась за то, что не смогла присутствовать на похоронах Луизы, потому что улетела в Нью-Йорк на съемки. – Она посмотрела на Алину. – Симона – дочь наших друзей. Она известная киноактриса. Их с Итаном много лет связывает тесная дружба. А теперь расскажите нам о себе, Алина. У вас есть профессия?

Алина встретилась с ней взглядом.

– Нет. У меня никогда не возникало необходимости в ее получении. Я свободно говорю на трех языках и могу довольно сносно объясняться еще на нескольких. Путешествуя по Европе, я получила больше знаний, чем дал бы мне любой университет. Обучение на рабочем месте самое эффективное.

– Чем вы зарабатываете себе на жизнь? – произнесла София с едва скрываемым неодобрением.

– Я выполняю разного рода временную работу в разного рода организациях. Большую часть времени я проводила в Барселоне. Именно там я познакомилась с Луизой и Леоном.

– Значит, вот как вы познакомились? Итан… – Замолчав, София настороженно посмотрела на своего сына.

– Я тебя внимательно слушаю, мама. – Это прозвучало как предостережение, но его мать, похоже, этого не заметила.

– Ты не упоминал о том, что кого-то там встретил. После несчастного случая не прошло и двух месяцев, а она…

– Что она? – произнес Итан более резким тоном.

– Хватит пререкаться, Итан, – не сдержался Мартин Джеймс. – Меня нисколько не удивило то, что ты не рассказал нам о ней. Она ведет бродячую жизнь. У нее нет ни дома, ни постоянной работы, ни привязанностей. Полагаю, теперь, когда она живет с тобой, она не работает?

Сердце Алины бешено стучало, к горлу подкатилась тошнота. Родители Итана говорили о ней в третьем лице, словно о постороннем человеке, которого не было в комнате. Она была готова к вопросам личного характера и к тонким намекам, но такой открытой враждебности совсем не ожидала.

Мистер и миссис Джеймс обращались с ней так, как будто она была недостаточно хороша для того, чтобы находиться в их обществе. Их лица выражали недовольство и презрение. Внезапно ей захотелось оказаться подальше от этого дома и этих людей. Она была права, когда предположила, что они не примут внука, рожденного суррогатной матерью.

Повернувшись, она посмотрела на Итана, и по ее спине пробежала дрожь. Черты его лица оставались бесстрастными, но глаза сверкали ледяным огнем. Никогда еще он не казался ей таким опасным, и в то же время она чувствовала себя рядом с ним полностью защищенной.

Итан никогда прежде не испытывал такого сильного гнева. Дело было не только в том, как его родители встретили Алину. Их слова просто стали последней каплей, переполнившей чашу его терпения. Ярость, которая накапливалась в его душе много лет, наконец вырвалась наружу.

Взяв Алину за руку, он поднялся вместе с ней и, сжав свободную руку в кулак, процедил сквозь зубы:

– Все. Фарс окончен.

– Итан, мы…

Он поднял ладонь, заставив свою мать замолчать. Затем убрал завиток, упавший на лицо Алины, и, нежно поцеловав ее в лоб, мягко произнес:

– Поехали домой, дорогая.

Когда они дошли до двери, он обернулся и посмотрел на ошеломленные лица своих родителей:

– Держитесь подальше от нашего дома. Я сам вам позвоню, когда сочту нужным.

Спокойный, рассудительный сын, который всегда пытался сгладить противоречия внутри семьи, наконец взбунтовался.

* * *

Когда они выехали за ворота особняка, Итан едва удержался от того, чтобы не вдавить в пол педаль газа. Он хотел поскорее покинуть родительский дом, но не мог рисковать, поскольку был в машине не один.

Какой же он все-таки идиот! Ему следовало настоять на том, чтобы первая встреча Алины с его родителями прошла в ресторане, где им пришлось бы разговаривать с ней более вежливо.

Впрочем, конечный результат наверняка был бы таким же. Посмотрев на бледное, как полотно, лицо Алины, он увидел в ее глазах боль, свернул на обочину и остановил машину. Расстегнув оба ремня безопасности, он привлек Алину к себе и прижал к своей груди. Вдыхая аромат ее волос, он чувствовал, как гнев проходит.

– Мне нужно это. Мне нужна твоя близость, – сказал он, поглаживая ее по спине. – Прости меня за то, что привез тебя туда. Ты не заслужила такого плохого обращения.

Алина пробормотала что-то нечленораздельное. Итан приподнял ее подбородок и увидел, как дрожат ее губы. Он отдал бы все, чтобы в ее фиалковых глазах больше не было печали.

– Почему они такие? Никто до сих пор не обращался со мной как с ничтожеством. Ни в одном из мест, где я бывала.

– Они знают, что у них больше не будет возможности тебя унизить. Я запретил им к нам приходить.

– Нет. Это неправильно. – Отстранившись, Алина покачала головой. – Они твои родители, Итан. Твоя семья. Не запирай для них свою дверь.

Жизнь может измениться в одно мгновение, и ничто уже нельзя будет исправить. Мы оба это знаем.

Итан откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Он прекрасно знал, что она имела в виду.

Алина издала горький смешок:

– Наверное, в глубине души я ожидала, что они примут меня так же хорошо, как родители Колина.

Когда она упомянула о своем покойном муже, глаза Итана распахнулись. Алина сидела вполоборота, опустив взгляд.

– Мы познакомились, когда ему было двадцать и он учился в университете. Мне было всего семнадцать. Я отвлекала его от учебы, но его родители относились ко мне как к любимой дочери. Они так обрадовались, когда… когда родился М… М… Майкл. Мы были крепкой, дружной семьей.

Она долго сидела неподвижно и молчала, после чего продолжила:

– Они все погибли, а я выжила. – Подняв голову, она посмотрела на него глазами, полными отчаяния. – Почему только я?

Внезапно она начала сильно дрожать. Тогда Итан снова притянул ее к себе, чтобы утешить. Она чудом выжила в страшной аварии, в которой погибла вся ее семья. Неудивительно, что после этого она боится сближаться с людьми.

После своих слов она откинулась на спинку и часто заморгала, пытаясь унять волнение. Она ни с кем не говорила об автокатастрофе. Почему она рассказала о ней сейчас? Почему именно Итану?

– Отвези меня, пожалуйста, домой.

Он даже не шелохнулся, лишь продолжил мрачно на нее смотреть.

– Итан?

– Да. Поехали домой.

Войдя вместе с Итаном в квартиру, Алина схватила его за руку, когда он потянулся к выключателю.

– Не надо.

Мягкий свет городских огней проникал в комнату, создавая доверительную атмосферу. Итан встал на ее сторону, когда его родители оскорбили ее. Он заслуживает знать всю правду.