Заветное место - Кэрол Мэттьюс

— Мы попали в «Дом разбитых сердец».

— Возможно, именно мы сумеем помочь друг другу.

Я кивнула.

— Нелегко тебе приходилось с мужем? — Хейден берет свою чашку. — Скажи, что это не мое дело, если не хочешь об этом говорить.

— Я попала не в лучшее место, — ответила я. — Мне пришлось уйти ради дочери.

— Вам было тяжело.

Сейчас на мне уже практически не было заметных следов от побоев, но я машинально натянула рукава и проверила, закрыты ли руки — уже по привычке.

— Надеюсь, теперь, когда мы далеко, Сабина снова сможет заговорить.

— Ты водила ее на прием к специалисту?

— Да, один раз. Они сказали, что у нее избирательный мутизм^[10], и хотели назначить лечение. Муж не позволил. Он сказал, что она похожа на мать и просто капризничает.

— Если хочешь, мы можем заняться лечением.

Я покачала головой:

— Она натерпелась, бедняжка. Столько насилия видели немногие взрослые. Может быть, позже? Не хочу, чтобы ее сейчас дергали врачи. Пусть она просто побудет счастливым свободным ребенком. Надеюсь, этого будет достаточно. — Я смахнула с глаз слезы. — Ты бы видел, какой болтушкой была моя девочка! Забавной и умной. Возможно, муж не покалечил ее физически, но все равно выбил из нее жизнь.

— Все позади, — утешил Хейден, — ты вырвалась.

— Да. — Я решилась улыбнуться.

— Что же твои родные? Разве они не могли тебя защитить?

— Они не знают ничего о моей семейной жизни. Мама и папа живут на родине, на Шри-Ланке, мы не виделись уже много лет. Я писала им письма, но обманывала их. Они думали, что я счастливая замужняя женщина и люблю мужа, которого они мне выбрали.

— Тяжело.

— Они не знали, что он оказался дурным человеком. Когда они отправляли меня замуж в Англию, то были уверены, что сделали для меня самое лучшее. Семья Суреша казалась очень честной и искренней. Когда я повстречала Суреша, мне тоже показалось, что он будет хорошим мужем. В нашей деревне для меня не было подходящего жениха. Возможно, там бы я осталась старой девой. Они хотели подарить мне новую прекрасную жизнь. Сперва так и было. С тех пор я всегда писала им, что у меня чудесная семья и я счастлива. Я никогда не рассказывала им о трудностях. Чем они могли помочь? Я не хотела расстраивать их своими бедами. Суреш позволял мне писать им только раз в месяц и всегда прочитывал письма перед отправкой. Я не хотела потерять драгоценную связь из-за жалоб. Они не знали, что я провела много лет в страхе за свою жизнь или что их внучка онемела от ужаса.

— Ты могла бы вернуться к ним? Уехать насовсем?

Я покачала головой:

— У меня нет ни денег, ни паспорта.

Я искала его перед уходом, но так и не нашла, куда Суреш его спрятал.

— Не думаю, что смогу вернуться.

— Уверен, они тебя поймут.

— Я стану для них обузой.

Мои родители небогаты, они живут в маленькой рыбацкой деревушке. Смогу ли я к этому вернуться? Они уже немолоды и будут уязвлены, что договоренность не увенчалась успехом, пусть и не по их вине. Если бы у меня были старшие братья, все могло бы быть иначе, но у мамы с папой есть только дочки, которые должны полагаться на мужей. Не думаю, что зять будет рад бездомной сестре жены и ее дочери. Еще я хочу дать Сабине хорошее образование, чтобы она могла поступить в университет, может, даже в Оксфорд или Кембридж. В этом моя главная надежда. Здесь, в Англии, у моей дочери намного больше шансов на светлое будущее.

— И что теперь, Аиша Рашид?

Я прогнала дурные мысли и улыбнулась Хейдену.

— Теперь я хочу учиться читать по «Дневнику Бриджит Джонс», чтобы найти хорошую работу и обеспечить безопасность собственному ребенку.

— Отличный план, — одобрил Хейден. Он раскрыл книгу и похлопал рукой по стулу рядом с ним, приглашая присесть с ним рядом.

Я посмотрела на Хейдена. Можно ли ему доверять? Совсем недавно я едва убежала от жестокого мужа, а этого симпатичного мужчину совсем не знаю. Но, судя по тому, что я успела увидеть, человек он добрый. И искалеченный. Как и я.

Да и был ли у меня другой выбор?