Увлечение герцога - Барбара Картленд

«Если бы я, ничего не подозревая, приехал сюда прямо из Лондона, как они и рассчитывали, – думал Майкл, – то сейчас уже лежал бы на дне озера, совершенно случайно свалившись в водопад. А потом, когда мое тело нашли бы, скорее всего, день или два спустя, Сирил продемонстрировал бы должную степень отчаяния».

Он знал, что похоронили бы его с большой помпой и соблюдением всех церемоний, а поскольку он был еще и герцогом, то на поминальной службе непременно присутствовал бы лорд-наместник и другие представители местной знати.

Члены семейства Муров получили бы должные уведомления, и впоследствии, если его предположение было правильным, Сирил провозгласил бы себя единственным и прямым наследником.

И, сумей доказать обоснованность своих притязаний, он унаследовал бы титул вкупе с поместьем и особняком.

Теперь, когда у него появилась возможность все хорошенько обдумать, дьявольский замысел Сирила предстал перед Майклом во всей свой отвратительной красе.

Точно так же, как он старался разгадать замыслы русских в Индии, так и теперь понимал, что каким-то образом должен предотвратить заговор в отношении себя самого.

Разумеется, он может во всеуслышание обвинить Сирила в покушении на убийство, вот только чем он сможет подкрепить свои слова?

Да, тот пьянствовал и вел разгульный образ жизни в доме, который полагал своим собственным, но при этом не нарушал никаких законов.

«Если он и совершил какие-либо еще преступления, – размышлял Майкл, – то мне о них ничего не известно, а задерживаться здесь настолько, чтобы разузнать о них, у меня нет ни малейшего желания».

Тут мысли его вернулись к женщине, которую он на руках внес в утреннюю гостиную и на которой Джейсон намеревался жениться завтра рано утром.

Похищение человека считалось тяжким преступлением, но если она находится под воздействием наркотиков, то не сможет возразить против того, что с ней происходит, до тех пор, пока действительно не окажется замужем.

А как только она станет замужней женщиной, ответственность за нее и ее состояние ляжет на плечи супруга, и тогда уже никто ничего не сможет предпринять.

Но Майкл не знал, как спасти ее, не раскрыв тайну собственной личности.

Он стал подниматься вверх по тропинке, и вновь его поразила красота окружающего пейзажа. Сбоку от него выстроились в шеренгу первые ели, и за ними он разглядел маленький деревянный садовый домик.

Дома у них тоже был такой, Майкл играл в нем в детстве, и сейчас он вполне представлял себе, что прежние герцогини Грейнджмур наверняка считали его прекрасным местом для отдыха летом.

Он живо вообразил, как они сидят здесь с подругами, глядя на цветущие сады с каскадными водопадами по обеим сторонам.

Должно быть, минувший месяц выдался щедрым на проливные дожди, поскольку небольшое искусственное озерцо над водопадом было переполнено.

Сам же водопад был великолепен: пенящаяся вода с ревом обрушивалась с высоты примерно сорок футов.

Майкл остановился на самом его краю, глядя на воду над и под собой, которая внизу быстрым потоком стекала в другое, большее, искусственное озеро.

Оттуда она текла через сад и несколько загонов для лошадей, пока не впадала в естественное озеро в самом низу парка.

Внутренний голос нашептывал ему, что водопад на самом деле – очень опасная штука и для коварного врага нет ничего легче, чем столкнуть его туда.

«Я должен быть осторожен. Господь свидетель, я должен быть очень осторожен!» – сказал себе Майкл.

Кроме того, ему придется позаботиться не только о собственной безопасности, но и о безопасности Аделы.

Если его не будет рядом, с ней может случиться все, что угодно.

Мысль эта была ему невыносима.

Он слишком хорошо представлял, что будет с такой невинной и чистой девушкой, как Адела, если она попадет в руки к этим пьяным грубым скотам.

Он собственными глазами видел, как те ласкали своих женщин, сидящих рядом с ними, прямо во время ужина.

«Я немедленно увезу ее отсюда, – решил Майкл. – Было бы большой ошибкой и далее оставаться здесь, ведь любое неосторожное слово или поступок может подсказать Сирилу, кто я такой на самом деле».

Он вновь окинул взглядом водопад, но потом его одолело любопытство, и Майкл решил, что поднимется по склону холма еще немного, чтобы увидеть, где берет начало поток, с шумом пробегающий мимо.

Уже поворачиваясь, чтобы уйти, он вновь залюбовался водопадом. В лунном свете тот выглядел просто невероятно, переливаясь и сверкая серебряными брызгами.

В лениво текущей воде отражались звезды.

Природа радует глаз, и лишь человек творит зло.

Неожиданно вспомнив известное высказывание, он лишний раз убедился в том, насколько оно справедливо.

Тем не менее в мире было много отличных и достойных мужчин наподобие вице-короля, которым восхищался и он сам и который служил вдохновляющим примером для индийцев, коими правил.

Пусть и в гораздо меньших масштабах, но герцог Грейнджмур тоже управлял своим домом и поместьем, а люди, работающие на него, обращались к нему за помощью и советом.

«Если я доживу до этого, – пообещал себе Майкл, – то принесу им счастье и мир, чего, разумеется, желаю и себе самому».

Мир!

Именно о нем он иногда мечтал в Индии, особенно когда расследовал очередное ужасающее злодеяние, совершенное после проникновения в страну русских.

А он и впрямь надеялся обрести мир здесь, в родовом гнезде своих предков, но сейчас столкнулся с бесконечными проблемами и трудностями, словно вновь оказался на войне, причем в тот момент, когда меньше всего ожидал этого.

Если он собирается спасти женщину, одурманенную наркотиками, то сделать это нужно до рассвета.

Но как?

Оставшись совершенно один, без помощи и защиты, он, вне всякого сомнения, умрет быстрой, но крайне неприятной смертью.

«Что же мне делать? Ради всего святого, как же мне поступить?» – вновь и вновь спрашивал себя Майкл, шагая вверх по тропинке, исчезающей в лесу.

Лунный свет, просачивающийся сквозь еловые лапы, придавал окружающему пейзажу сказочный, волшебный вид.

Майкл поднимался все выше и выше. Дойдя до вершины, он остановился и посмотрел вниз, не без оснований полагая, что днем отсюда открывается потрясающий вид на окрестности.

Вдруг прямо под собой он заметил узенькую тропинку и понял, что нашел именно то, что искал. Она наверняка должна привести его к истоку ручья, который постепенно переходил в водопад.

Шагая по едва заметной тропке, окруженной деревьями, он спрашивал себя, сколько же лет этот ручей невозбранно тек здесь до появления искусственного озера.