Дефиле с револьвером: Влюбиться по гамбургскому счету - Карин Буха

— Когда вы построите такой дом для себя, господин Клаузен, думаю, эта милая леди охотно к вам переедет.

Тилль, казалось, был несколько ошеломлен.

— Сомневаюсь, что это случится, — пробормотал он.

Профессор Рохе улыбнулся:

— Кстати, друг мой, вы же еще не знаете — вчера я приобрел себе земельный участок неподалеку отсюда…

Я поняла, что такая беседа может продолжаться бесконечно, они будут обсуждать наделы, проекты, спрашивать совета, давать советы. Пора было брать инициативу в свои руки.

— Можно мне посмотреть дом, господин Фанд? — непринужденно осведомилась я. — После того что я о нем услышала, меня мучает любопытство.

Пропало ли бдительное выражение из его темных глаз? Удалось ли мне убедить его в том, что я ни о чем не подозреваю?

— Я попрошу свою невесту проводить вас, — ответил он без колебаний. — Думаю, вам будет интересно. А мы пока побудем в баре. Как вы на это смотрите, господа?

Баронесса, подошедшая к нам, казалось, обрадовалась проявленному мной интересу. Мужчины удалились, оживленно обсуждая проблемы строительства, и мы с Гитой остались один на один. Ну и чего я этим добилась? Потеряла возможность поговорить с Тиллем наедине.

Но отступать было некуда. Ничего не оставалось, как отправиться бродить по дому в сопровождении милой дамы, выслушивая комментарии и осматривая обстановку.

Мы обошли уже добрую половину апартаментов, когда мне в голову пришла идея. Мы как раз находились в комнате, которая называлась Золотым салоном. Я споткнулась и медленно опустилась в кресло.

— Вы не могли бы мне помочь, баронесса? — спросила я.

— Конечно, фрау фон Берг. Что-то случилось?

— У меня вдруг ужасно разболелась голова. — Я изобразила на лице страдание.

— Посидите здесь, — забеспокоилась Гита. — Я поищу аптечку и что-нибудь вам принесу.

— Не стоит, — мгновенно отреагировала я — это не входило в мой план. — Я испытываю головные боли постоянно. У меня есть гомеопатическое средство, которое мне рекомендовал мой врач, оно помогает почти сразу же. Но я забыла таблетки в машине господина Клаузена. Не стоит привлекать всеобщее внимание. Вы не будете так любезны попросить господина Клаузена открыть машину, я подожду его снаружи, подышу свежим воздухом.

Гита фон Камен была уже у двери, и я крикнула ей вслед:

— Но, прошу вас, как можно незаметнее.

Золотой салон находился в боковом крыле подковообразного здания. Стеклянная дверь вела в зимний сад и к бассейну. Я открыла ее и вышла наружу. Повернула направо и узнала машину Тилля. Слева была стеклянная стена, через которую можно было видеть большой холл в средней части дома и гостей, заполнивших его. Вот Гита вошла в холл и остановилась, выискивая взглядом Тилля. К ней подошел Алекс Фанд, она начала ему что-то говорить, по всей видимости, рассказывала о моей головной боли. Фанд сочувственно покивал головой, отошел от нее и направился к Тиллю, затем они вместе пошли по направлению к выходу во внутренний дворик.

И тут я испугалась. Стало совершенно ясно, что он что-то заподозрил. Вероятно, он, маскируясь под заботливого хозяина, решил разделить нас с Тиллем, что разрушало мой план.

Я дошла до машины. Импульсивно схватилась за ручку дверцы. Может, стоит сесть за руль и исчезнуть?

Но автомобиль был заперт. Все равно затея была бессмысленной: Фанд мог бы распорядиться закрыть ворота и вернуть меня обратно. Я словно попалась в мышеловку.

Сквернее всего была моя неуверенность, что это именно он — мой преследователь. И сейчас я снова терзалась сомнениями — не ошиблась ли я? Нервы мои были так расшатаны постоянным напряжением, что я вполне могла принять желаемое за действительное.

Алекс и Тилль были уже рядом.

— Среди гостей есть врач, фрау фон Берг, может быть, позвать его сюда? — заботливо спросил Алекс Фанд.

— Пожалуйста, не волнуйтесь за меня. Я благодарна за вашу заботу, но в этом нет никакой необходимости. Глупо было забыть таблетки в запертой машине, сейчас все будет в порядке.

Фанд поклонился:

— В любом случае, я всегда к вашим услугам.

Тилль Клаузен ничего не сказал. Он удивленно смотрел на меня. Потом открыл машину и достал из бардачка флакончик с таблетками. Слава Богу! Моя выдумка прозвучала, по крайней мере, убедительно. То, что маленькая белая туба с таблетками мне не принадлежит, знали только я и Тилль.

Он понял: что-то случилось — и подыграл мне. Мне сразу стало спокойнее.

— Может быть, вам стоит полежать, фрау фон Берг? — спросила баронесса, когда мы вошли в дом. — В Золотом салоне очень удобный диван, там вас никто не побеспокоит.

Остаться одной в комнате? На секунду я задумалась. Но потом согласно кивнула. Даже если Алекс Фанд убийца, вряд ли он будет покушаться на меня в собственном доме.

— Спасибо, я с удовольствием воспользуюсь вашим предложением. Простите меня за неудобства, которые я вам причинила, — ответила я.

Ну что же, и от придуманной головной боли может быть польза: как минимум, я полежу в тишине и обдумаю свое положение. В суете вечеринки сделать это практически невозможно. Может быть, мне удастся быстро переговорить с Тиллем.

— Гита, позаботься о гостье, — попросил невесту Фанд и повернулся ко мне. — Чувствуйте себя как дома, фрау фон Берг, а сейчас прошу меня извинить… Вы понимаете, я не могу бросить других гостей. Пойдемте, господин Клаузен, мужчины здесь лишние.

Он подхватил Тилля под руку и повел его в круг гостей. Тот обернулся ко мне с ободряющей улыбкой. Через секунду их снова вовлекли в оживленный разговор.

Для Тилля Клаузена была важна эта вечеринка. Он имел имя в среде архитекторов — его проекты отличали своеобразный стиль, смелые решения и оригинальные образы, ему нравились сложные задачи. Так он рассказывал мне по дороге сюда. Он испытывал прилив вдохновения, когда заказчики давали ему зеленый свет в плане идей и финансирования, как Алекс Фанд. Но, к сожалению, такие заказчики были скорее исключением.

Я чувствовала, что Тилль близок мне по духу, и понимала его. Он хотел использовать шанс на получение других подобных заказов от гостей, очарованных домом. И я считала, что это вполне профессиональный подход к делу.

Собственно говоря, сейчас я чувствовала себя в полной безопасности. Кажется, придется признать, что я снова ошиблась в своих подозрениях. В доме Фанда царила приятная, непринужденная атмосфера. Да и мог ли быть хозяин столь гостеприимен и уверен в себе, если бы узнал во мне ту женщину, которая готова сдать его полиции? Я уже была почти уверена, что нет.

Меня подвел мой стиль жизни. Я всегда старалась видеть в людях только хорошее — это раз. А во-вторых, мне была совершенно не известна психология мошенников. Ведь размах аферы зависит прежде всего от актерских способностей проходимца. И, чем больше в нем таланта и негативной энергии, тем масштабнее и удачливее его начинания. А Фанд был поистине гениальным актером, который сейчас носил маску благородного, полного собственного достоинства человека.