Укрощение строптивой - Сюзанна Энок

Стараясь скрыть свое замешательство, Китинг возился со львенком, обслюнявившим его шейный платок, пока будущий страшный зверь не зарычал и не попытался оторвать его левый рукав.

— Боже милостивый! Да меня сейчас сожрут живьем! — негромко воскликнул он, и Камилла прыснула.

— Лев явно распознал в вас собрата-хищника, — с усмешкой заметил Гривз.

— Ну, насчет этого не знаю… — отозвался Китинг, нахмурившись. — Лично я чувствую себя здесь антилопой.

Он поднялся и протянул руку Камилле, чтобы помочь встать, а подчиненные мистера Буллока тем временем собрали разбегавшихся в разные стороны львят.

— Это было замечательно! — воскликнула Камилла, продолжая улыбаться. — Но не хотела бы я снова встретиться с этими малышами через год-другой…

— О, миледи, они будут смертельно опасны уже через шесть месяцев, — отозвался Буллок. — Это ведь мощные чистокровные английские львы, — добавил он со смехом.

Тут Китинг, внезапно сообразив, что по-прежнему держит Камиллу за руку, выпустил ее и спросил:

— А больших медведей у вас здесь нет?

— Конечно, есть. Это старый Мартин. Его мы получили в дар из Америки, от «Компании Гудзонова залива». Но приготовьтесь, дамы и господа. Он очень велик — совсем не такой, как европейские медведи.

Девушки последовали за смотрителем к клетке громадного, поседевшего от старости медведя, явно питавшего пристрастие к печенью, а Китинг, придержав Гривза за плечо, тихо проговорил:

— Адам, вы здесь не для того, чтобы выставлять меня в дурном свете.

— А я-то думал, что помогаю вам, — невозмутимо отозвался герцог. — Я ведь просто указал, насколько вы непригодны на роль… поклонника.

Проклятье! В словах герцога была логика.

— Но мне надо, чтобы она доверяла мне, — сказал Китинг.

— Зачем? Думаете, она поверит вам, что бы вы ей ни говорили?

Китинг уперся ладонью в грудь приятеля.

— Адам, лучше не вмешивайтесь.

Гривз многозначительно посмотрел на его руку.

— А мне казалось, вам свойственно скандалить лишь во хмелю. Хорошо. Воля ваша. Я больше не буду предлагать свою помощь.

— И правильно сделаете. — Китинг убрал руку и тут же сказал: — Впрочем, я хотел еще попросить у вас разрешения воспользоваться вашей ложей в театре.

Герцог едва заметно усмехнулся.

— А вас непросто иметь в друзьях, Китинг.

— Сам знаю. Тем больше ваша заслуга — в том, что терпите меня.

Осмотр зверинца завершился у грота, которому предшествовал ряд клеток с орлами, соколами и другими хищными птицами. Гривз вел под руку Софию, а Китинг, предложив руку Камилле, с улыбкой спросил:

— Ну как, стоила эта прогулка того, чтобы ради нее поменяться рабочими часами с подругами?

— О, безусловно! — Девушка радостно улыбнулась. — Ведь я подержала в руках львенка!

Сияние этой улыбки в один миг смыло шесть лет позора и боли.

— А вы уверены, что не хотите присоединиться ко мне сегодня вечером в театре «Друри-Лейн», на представлении… — Китинг вопросительно взглянул на Гривза.

— Кажется, дают «Сон в летнюю…» — со вздохом произнес герцог.

— Да-да, «Сон в летнюю ночь»! — воскликнул Китинг. — Так как же?

— Ох, я не смогу, — ответила Камилла. — Я ведь сегодня и так…

— Ты же знаешь, Камми, что Эмили не откажется подменить тебя вечером, — перебила подругу София. — Сделай одолжение, поезжай в театр. Ты же весь прошлый год сетовала на то, что пропускаешь все премьеры.

Камилла вспыхнула и, потупившись, пробормотала:

— Но это было бы неприлично… Понимаю, в моих устах это звучит глупо, но все-таки я не хочу осложнять положение…

— Я найду вам кого-нибудь в качестве компаньонки, — пообещал Китинг, когда они уже садились в ландо герцога. — Какую-нибудь даму. И тогда все будет выглядеть… вполне благопристойно. А всякому, кто осмелится взглянуть на вас косо, придется иметь дело со мной. Так что соглашайтесь.

Камилла медлила с ответом, хотя ей очень хотелось пойти. В театре она не была уже целую вечность и скучала по нему еще до своего злополучного бегства из-под венца. Девушка перевела взгляд на Софию, потом — на едва заметно усмехавшегося Гривза, и, покачав головой, сказала:

— Нет, не могу. — И голос ее при этом предательски дрогнул.

И в тот же миг Камилла подумала, что отказалась не просто от вечернего посещения театра. Ей хотелось согласиться не только для того, чтобы посмотреть пьесу. Да, с точки зрения закона она, видимо, до сих пор была обручена с лордом Фентоном, но ее замешательство было вызвано отнюдь не соглашением двадцатидвухлетней давности. Всякий раз, стоило ей взглянуть на Китинга Блэквуда, в голову лезли очень странные мысли, а по спине пробегали горячие мурашки. Предложение казалось необычайно соблазнительным, как и сам Китинг. Но отправиться с ним в театр — это ведь совсем не то, что прогуляться вместе по парку, не так ли?

В театре наверняка окажется слишком много знакомых, и она ужасно боялась появиться перед ними вместе с Китингом. Ведь у него репутация еще хуже, чем у нее. Впрочем, сам он, разумеется, об этом прекрасно знал.

— Что ж, воля ваша, Камилла. Известите меня, если передумаете, — сказал Китинг.

О боже!.. За эти несколько минут она успела передумать раз семнадцать!

— Непременно, — пообещала она.

К счастью, София поддерживала светскую беседу следующие двадцать минут — до самого их возвращения в клуб «Тантал». Камилла не понимала, как ее подруге удавалось мириться с собственным скандальным происхождением и просто… не обращать внимания на взгляды окружающих. В клуб София устроилась по одной-единственной причине: в гувернантки ее никто не брал, и никто из родных со стороны герцога или ее матери не пожелал взять на себя заботы о ней.

Гривз и Китинг также вышли из ландо, чтобы проводить своих спутниц до парадной двери клуба «Тантал», причем на виду у посетителей! Но Камилла старалась их не замечать. Интересно, о чем думали эти джентльмены при виде «девушек из «Тантала», как их называли, вернувшихся откуда-то в сопровождении герцога и неисправимого повесы? Отчасти момент был примечателен тем, что никто не смел при этих двоих бросить ни единого осуждающего слова. Будь Камилла сейчас одна… хотя нет, в одиночку она бы даже за дверь клуба не вышла.

— Я прекрасно провела время, — сказала София, делая книксен. — Большое спасибо, что заодно позвали и меня.

— Вас позвали не заодно, — возразил с улыбкой герцог Гривз. — Вас пригласили. И я был очень рад вас видеть.

— Да, спасибо вам большое, — подхватила Камилла. — Никогда не забуду, как держала на коленях льва!

Судя по тому, как дрогнула щека Китинга, он собирался пошутить, но вместо этого лишь кивнул и проговорил: