Дом у озера - Сьюзен Виггз

— Так что, малыш, боишься воды? — спросила Кэлли, направляя лодку к Дьявольской Чаше, самой популярной на озере купальне, окруженной отвесными скалами.

Аарон был рад, что сидит впереди, а не лицом к Кэлли. Вместе получалось хорошо. Чуть ли не каждый день, после ланча, они отправлялись к новому месту, исследуя скалистые, поросшие лесом берега. Поначалу мама требовала, чтобы они держались вблизи берега и в поле ее зрения, но потом, увидев, что они знают, как вести себя на воде, дала полную свободу.

— Не воды, — сказал Аарон. — Я просто не люблю, когда она у меня над головой.

— А по-моему, это значит, что ты боишься воды.

— Ну и что с того, если боюсь?

— Ну так хватит бояться. Поверь мне, малыш, в мире есть кое-что похуже воды.

— Что? Собаки? — не удержался от ответного укола Аарон.

— Я собак не просто так боюсь, у меня на то есть причина.

— Какая такая причина?

Кэлли заерзала, и каяк качнулся. Аарон едва не выронил весло, схватившись за борта.

— Эй, полегче.

— Не трусь. Я не собираюсь переворачиваться. Хочу показать тебе кое-что. Смотри.

Аарон снова налег на весло. Тяжелый спасательный жилет стеснял движения, но ему все же удалось повернуться.

Кэлли подняла ногу на борт каяка и, закатав штанину, обнажила колено.

— Теперь видишь, почему я боюсь собак?

Аарона даже немного затошнило. Все ее колено покрывали безобразные рваные шрамы, пересекающиеся под разными углами, как горные тропинки. По обе стороны от коленной чашечки виднелись углубления.

— Собака покусала, — догадался он.

— Не покусала — изуродовала. Есть такое слово. — Кэлли медленно опустила штанину. — Она меня просто изуродовала.

Изуродовала. Раньше Аарон этого слова не слышал. Звучало оно неприятно. В нем было что-то злое и резкое.

— А как это случилось?

— Как? По глупости. Доверилась одному псу только потому, что показался дружелюбным и махал хвостом. Надо было идти и не останавливаться, но я подумала, как бы его приручить. Ну и вот… В следующую секунду он уже рвал мне ногу.

Аарон не знал, что сказать. Он попытался представить, как пес, злобно, по-звериному, ворча, бросается на Кэлли.

— Наверно, больно было.

— Да уж. Раньше со мной ничего подобного не случалось. Наложили сотню швов, а потом еще делали уколы от токсического шока. Вот такая у меня причина, — подвела черту Кэлли. — Поэтому теперь я собак стараюсь обходить стороной.

— Ну, Бандит не простая собака. Он добрый. По-настоящему. И никогда никого не кусает.

— Я тебе вот что скажу, малыш. Обещаю, что подружусь с Бандитом, если ты поплаваешь со мной в озере.

Аарон представил, как вода смыкается над головой, как наполняет нос и рот, как лезет в глаза и уши, и его заколотило.

— Не могу.

— Ладно. Тогда и я не буду дружить с Бандитом.

Он заработал педалями, разворачивая каяк к Дьявольской Чаше.

— Перестань, Кэлли. Бандит — хороший пес. Мой лучший друг. Он и мухи не обидит.

— Вода тоже никого не обидит, если ты ее уважаешь и умеешь плавать.

— Но я не могу, — повторил Аарон.

— Жаль. — Кэлли пожала плечами и взялась за весло. — А поплавать было бы здорово.

— Но…

— Договор есть договор.

Аарон скрипнул зубами. Она не понимает. Никто не понимает. Он хочет научиться плавать и, как все дети, играть в воде, купаться. Даже заставлял себя зайти в воду выше колен. Иногда ему снилось, что он научился плавать, что он ныряет, выныривает, чтобы вдохнуть воздуху, и снова уходит в глубину. В этих снах он был самым лучшим пловцом в мире. И самое лучшее место для плавания и ныряния — здесь.

— Здорово, что твоя мама разрешает нам брать каяк.

Здорово? Аарон никогда не слышал, чтобы кто-то так говорил о маме.

— Ты ей нравишься, — сказал он. — И она тебе доверяет.

— Удивительно, — пробормотала Кэлли.

По уик-эндам на озеро приезжали десятки людей из города, школьников, студентов колледжей, но сегодня день был рабочий, и на всем озере никого, кроме них двоих, не было. Каяк бесшумно скользнул по тихой глади под узкой аркой моста, единственным искусственным сооружением на всем озере. Аарон откинулся назад, налегая на весло.