Поцелуй скорпиона - Марина Кистяева

– И что знаменательного в нашем общении?

– Я постоянно вспыхиваю, а ты гасишь бушующий вокруг нас пожар.

– Кто-то же должен сохранять здравую голову. Демид, а что будет, если я начну каждый раз пикироваться с тобой? Ты меня пугаешь. Своей агрессией. Своей яростью. Чего греха таить, своим влиянием. Я не сомневаюсь, ты уже знаешь всю мою биографию. Ты заранее подготовился ко встречи со мной. Я только вчера глянула информацию о тебе в сети. Что сказать… Ты производишь впечатление.

Демид прищурился и усмехнулся.

– Понравилось, что прочла?

– Нет.

– Надо же. И позволь узнать, почему?

– Я – обычный фотограф. Ты – влиятельный человек. Как мы вчера выяснили, ты меня ненавидишь и искренне считаешь, что я порчу тебе жизнь. Это плохо. Я не настолько наивна, чтобы предполагать, что человек, в чьих руках сосредоточена власть, влияние и большие деньги, владеющий многими компаниями, будет играть по-честному, не прибегая к грязным методам. Я не верю в это. Да и твое поведение говорит о многом. Ты видишь цель и идешь к ней. На данный момент твоя цель я.

– Продолжай. Тебя порой интересно слушать.

– Ага, как щенка, который лает из-под забора, да? – Кира снова начинала злиться. Она перед ним душу открывает, пытается раз за разом договориться, а ему по хрену. Сидит, величественно кивает головой, а у самого глаза готовы её уничтожить.

Точно пора валить на Камчатку. От всех подальше.

Если, конечно, Сакронский, ей кислород не перекроет. А она уже понимала – перекроет. Её в аэропорту или на поезде «завернут». Найдут причину.

Господи. Именно в этот момент Киру накрыло по-настоящему. Она даже несколько раз быстро моргнула.

– Что случилось? – Демид резко подался вперед. В его глазах промелькнула обеспокоенность. Или Кире только показалось? – Ты побледнела? Снова твоя мигрень?

Кира покачала головой.

– Нет. Просто представила, что я собираюсь покинуть город, а ты приказываешь своим людям не дать мне этого сделать. Деньги решают многое, фактически всё… Наркотики в сумке или что-то другое. Демид, ты же легко мне можешь обеспечить крупные неприятности, да? Ты же опасный человек, не зря вчера бился в клубе. Выплескивал адреналин. Черт…

Демид не вернулся на место, не откинулся назад. Так и продолжил нагибаться над столом, пронзая её взглядом.

– Вот и не убегай от меня, Кира.

Не убегай…

Не смей…

Всё равно догоню…

Будешь моей…

В голове Киры словно что-то сдвинулось. Какие-то невидимые створки. Или она от напряжения уже сама не своя стала, и в голове у неё начали звучать голоса?

* * *

Он испугался. Реально. Демид не помнил, когда последний раз что-то заставляло его сердце сжиматься в тревоге, делать невидимый кульбит.

Когда его Аристократочка побледнела, у него земля ушла из-под ног.

Снова плохо?..

Вчера, узнав о её постоянных головных болях, он не воспринял её болезнь всерьез. Поставил зарубку в голове, что отведет в клинику к своим врачам. И всё на этом. Обследование будет по-любому, но оно не становилось первоочередным. Сейчас же…

А если всё серьезно?

Очень серьезно…

– Никуда убегать я от тебя не буду, – вернула его Кира в реальность, охватывая плечи руками.

В этот момент он обращал внимание не на её соски, что просвечивали через ткань домашнего платья, а на то, какой беззащитной и маленькой была Кира.

Она права, что ему сломать её – плевое дело.

Только хочет ли он теперь этого?

Вот в чем главный вопрос.

– Сколько тебе понадобится времени, чтобы собраться? – спросил он, хмурясь.

Демид для себя всё решил.

Здесь и сейчас.

Кира растерянно моргнула.

– Демид, куда собраться?.. Я же сказала, что никуда не пойду…

– Мы улетаем.

– Что?

Её губы так забавно вытянулись в трубочку.

– Да, кроха, пакуй чемодан, ты летишь со мной.

– Ты сумасшедший…

– Кира.

На этот раз в его голосе прозвучала сталь. Он не шутил. И дал четко это понять.

– Я могу поупражняться в ораторском искусстве, приводя все доводы, почему тебе лучше, не споря, пойти и начинать собираться. Не буду. Не хочу сотрясать воздух. Ты сделаешь так, как я говорю. Мотивируясь своими же ранее сделанными выводами.

Кира недовольно сверкнула глазами и плотно сжала губы.

– Зачем я тебе, Демид?

– Не задавай подобных вопросов, Аристократочка, не заставляй меня поверить, что цвет твоих волос – прямое доказательство твоих умственных способностей.

Кира вспыхнула, её щеки заалели. Уже лучше. Пусть злится. По крайней мере, пугающая его бледность ушла.

– И да, – он впился взглядом в её лицо, ловя малейшую эмоцию. – Лучше сегодня же верни кольцо своему несостоявшемуся жениху. И лучше без встреч. При этом очень доходчиво объясни ему, чтобы к тебе он не смел приближаться. Вообще. Иначе я лично переломаю ему ноги, и он уже никогда не сможет пинать мяч.

– Ты очень хорошо осведомлен о моей жизни, Сакронский.

– Я знаю о тебе всё, кроха, и чуть больше. Так понятно я выразился?

– Чертов ублюдок.

– Эй! А вот ругаться не надо. Выльешь на меня весь свой яд и пошлый словарный запас, когда будешь лежать подо мной. В постели разрешаю обзываться как угодно. За её пределами не советую.

Кира, продолжая сохранять видимое спокойствие, покачала головой.

– Знаешь, – она выдержала паузу, перевела дыхание. – Если в прошлой жизни ты был таким же деспотом и тираном, то неудивительно, что у нас ничего с тобой не вышло. Я хочу докопаться до истины, хочу избавиться от наваждения. Хочу жить нормальной, полноценной жизнью. Хочу встречаться с мужчинами, не чувствуя себя предательницей. Не хочу раз за разом хранить в голове твой образ, Сакронский. Поэтому я полечу с тобой. Я так понимаю, у тебя есть какой-то план, как избавить нас друг от друга. Что ж… Попробуем. Ты спрашивал, сколько мне времени надо, чтобы собраться? Часа три хватит. А сейчас уходи. Приедешь за мной или кого-то пришлешь из своих людей через три часа.

Она его выгоняла.

Ни одна девочка никогда не осмеливалась подобного сделать. Вернее, делали, но когда он конкретно напрашивался, вел себя откровенно по-хамски. А тут его Аристократочка.

Чувствуя, как демоны внутри ощерились в предвкушении праздника, Демид поднялся. Подошёл к Кире, которая вздернула подбородок, явно не собираясь сдавать позиции. Остановился возле девушки, нагнулся и прошептал на ушко: