Многосерийный соблазн - Джосс Вуд

– И в чем подвох?

– В пристани. Отдайте мне пристань и двадцать миллионов и можете забрать поместье и прочий хлам вашей мамочки.

Хлам – это мебель, картины, серебро. Интересно, осталось ли там что-нибудь? Ее драгоценности, ее коллекция фигурок из мейсенского фарфора?

Он убьет его. Дом имеет скорее сентиментальную ценность, а пристань – ценный актив, который можно легко продать. Поэтому Итан ее и хочет. Да, поместье больше и стоит дороже, но его сложнее продать. Итан занимается тем, что у него выходит лучше всего, – упрощает себе жизнь.

Он эксплуатирует любовь Ноя к наследию его семьи. Это сделка, на которую он никогда не пойдет. Отчасти из-за манипуляций своего отчима, но еще и потому, что Леви теперь – полноправный партнер на пристани и не допустит ее продажи.

– Нет, об этом не может быть и речи, – ответил Ной.

– Жаль. Я лучше разорюсь, чем отдам тебе поместье.

– Ради бога, ты слишком жаден и тщеславен для этого. – Глаза Ноя начинал застилать красный туман, и он чувствовал, что вот-вот потеряет над собой контроль.

– У меня есть план Б. Если в моей жизни что-то пойдет не так, я могу не выставлять Локвуд на торги. Что бы ни случилось, я не вложу ни цента в дом твоей матери, а лучше буду наблюдать, как он развалится.

Это была пустая угроза, просто чтобы уколоть его побольнее. Ной знал, что содержание Локвуд-Хаус оплачивается из прибыли от загородного клуба. Управляющая компания ни за что не позволит роскошному дому развалиться. Ной напрягся, но Джулс сжала его руку, и он сохранил самообладание. Но, черт, это было нелегко.

Джулс встала между ними и улыбнулась. Но в глазах ее был ледяной холод.

– Дядя Итан, давно вас не видела.

Улыбка Итана стала масленой – он любил внимание молодых женщин. Чем моложе, тем лучше. Эта любовь и опустошала его банковские счета.

– Я знаю, что должен вас помнить, но простите, милая леди, не помню… Стоп! Джулс Броган?

Джулс кивнула.

– Привет!

Итан вспыхнул и ослабил ворот рубахи.

– Соболезную вашей утрате.

– Не настолько, чтобы приехать на похороны моего отца.

Итан нахмурился.

– Ноя там тоже не было.

Типичный ответ Итана с перекидыванием вины на другого.

– Ной в это время пересекал Индийский океан. А что вам помешало быть рядом с моей мамой и поддержать ее, когда она потеряла своего мужа – человека, который больше двадцати лет был вашим соседом и другом? А ведь моя мама готовила для вас и мальчиков несколько месяцев после смерти Бетан, забирала их на каникулы, была им родителем больше, чем вы.

Ною хотелось улыбнуться при виде покрасневшего лица и затравленного взгляда Итана. Джулс хотела продолжить, но увидела приближавшуюся к ним Пэрис. Хозяйка вечера была профессиональной сплетницей, и не хотелось давать ей повод для пересудов.

Пэрис обняла Итана за шею и поцеловала в висок.

– Сюрприз! Мой милый сказал, что не разговаривал с тобой какое-то время и что у вас небольшая размолвка, так что я подумала, это будет прекрасный повод для вас поцеловаться и помириться. Итан рассказал мне, что это он научил тебя ходить под парусом, Ной. Он также любезно предложил помочь мне с проектированием и покупкой яхты. – Глаза Пэрис блестели от возбуждения.

Сердце Ноя оборвалось. Он посмотрел на Итана, увидел в его взгляде злобное мстительное удовлетворение.

– Дорогой! – Пэрис запечатлела поцелуй на губах Итана. – Играет музыка, и мы просто обязаны потанцевать.

Итан поднял бокал, и невидимые пальцы сжали горло Ноя.

– Мы еще поговорим… сынок.

Они отошли, и Джулс, видя его смятение, поспешила спросить:

– Ной, ты в порядке?

Он помотал головой:

– Вообще-то нет. Я облажался.

Джулс

Джулс и сама впала в ступор от неожиданной встречи с Итаном и могла только представить, что чувствует Ной. Они ушли с вечеринки, как только смогли, и весь обратный путь ехали в молчании.

У нее был миллион вопросов, но было поздно, и она не хотела мучать Ноя. Она, скорее, хотела ему помочь.

Пару раз в баре она смотрела на него, когда он говорил с другими, веселился, и чувствовала, что это все – чертовски неплохой спектакль. Ной хорошо вел свою игру, и все же она могла сказать, что он выдохся. Впервые она поняла, как тяжело ему было вернуться в Бостон и встретиться с прошлым лицом к лицу.

Джулс посмотрела через дорогу на Локвуд-Хаус. Ной приехал домой, чтобы выкупить свое наследство, но это оказалось сложнее, чем он ожидал. Она-то думала, что его ссора с Итаном была мимолетной размолвкой. Не замечала, что Илай и Бен почти не говорят о своем отчиме, что тот почти все время в отъезде.

Ной ненавидит Итана, и он отвечает ему взаимностью. Между ними произошло что-то по-настоящему разрушительное…

У дверей дома Ной посмотрел на нее, взгляд его был мрачнее тучи.

– Это был долгий и паршивый вечер, Джу. Я не хочу обсуждать его.

– И это правильно, – ответила Джулс, посмотрев на Ноя. Она знала, чего он хочет, и в ее силах дать ему это. Тем более что она хочет того же. Выйти на время за пределы их сложной жизни и почувствовать. Теплую кожу, влажные губы…

Ной сказал охрипшим голосом:

– Я хочу тебя. Но ты уже знаешь это.

– Знаю. – Джулс кивнула, обняв его за шею. – И я тоже хочу тебя. Пойдем в постель, Ной. Забери меня туда, где наша страсть – единственная реальность.

– Ничего не изменится, Джулс. Как только я куплю Локвуд, я уеду.

Его прямолинейное заявление причинило ей боль, но не заставило отказаться от того, что они оба хотели.

– Поцелуй меня, Ной.

Судя по его тяжелому взгляду и напряженной позе Ноя, Джулс ожидала безумие быстрого и жесткого секса. Нежный поцелуй и мягкость его прикосновений удивили ее. Ной обхватил ее за талию и приподнял. Их губы оказались на одном уровне, и он поцеловал ее уже со всей страстью. Ее грудь прижималась к его груди, коленом она прижалась к его возбужденной плоти.

Ной протянул руку за ключом. Джулс облизала губы и помотала головой, ничего не соображая. Ной вздохнул, взял сумочку, достал оттуда ключ и в мгновение ока открыл дверь.

Впечатляюще. Она-то не способна даже на простейшие действия.

– Как ты вообще можешь думать и действовать в такие моменты?

Ной схватил ее за запястье и потянул за собой внутрь.

– У меня есть мотивация. Весь вечер я представлял, как сорву с тебя это платье.

Это платье слишком дорогое, чтобы приносить его в жертву.

– Только попробуй его испортить, Локвуд.