Наследство Уиндемов - Кэтрин Коултер

— Не знаю. Не беспокойся, Дукесса! Завтра, если ничто не помешает, я попробую разыскать Спирса. Если я найду его, то привести сюда?

— Да, конечно, — — сказала она. Вид у нее при этом был растерянный.

Баджи решил, что ее беспокоит известие о ране Марка. Он представлял графа в более худшем положении, ведь от Спирса в последнее время не поступало никаких известий. Теперь за Марка можно не беспокоиться.

* * *

Спирс говорил в своей обычной невозмутимой манере:

— Вы не слышали последний анекдот о нашем короле Георге, милорд? Его санитары проболтались, что два месяца назад союзнические войска вошли во Францию; Король сразу поинтересовался, кто командовал английскими военными силами. Когда ему назвали герцога Веллингтона, он воскликнул:

"Не может быть, ведь он застрелен два года назад”.

Марк усмехнулся.

— Бедный старый сумасшедший Георг III. Если бы он хоть ненадолго пришел в себя, то сразу бы понял, что его сын — самый презренный из английских принцев. От подобной досады он, возможно, сумел бы перебороть свой недуг и вернуться на престол. До того как превратиться в бестолковую сумасшедшую сороку, он неплохо справлялся со своими обязанностями.

— Думаю, он уже знает все о своем сыне. Поэтому, возможно, и сошел с ума. Ладно, оставим это, милорд. Вам пора принимать ванну и одеваться. Полагаю, вы приглашены на бал в отель “Де Сюлли”?!

Марк, нахмурившись, выругался, а затем поступил так, как предлагал Спирс. Наконец он предстал облаченным в элегантный вечерний наряд, чтобы отправиться в район Маре, где на рю Сен-Антуан находился отель “Де Сюлли”. Там давался дипломатический бал. Он не помнил, чтобы говорил об этом Спирсу, но тот почему-то всегда был в курсе всех событий и даже успел заказать наемный экипаж, оказавшийся к тому же еще и вычищенным, без единого следа голубиного помета. От удивления Марк снова, в который раз уже за вечер, выругался.

Спирс дождался, пока экипаж не тронется с места, увозя Марка, затем подхватил быстро свои пальто и шляпу и отправился на рю Рояль.

К его удивлению и неудовольствию, Дукесса сама открыла дверь.

— Почему вы открываете сами дверь? — строго поинтересовался он. — Почему вы не ждете в гостиной? Мистер Баджи не должен позволять вам этого! Я переговорю с ним.

— Умоляю тебя, Спирс, не делай этого! Баджи готовит ужин для нас, а Мэгги прихорашивается перед зеркалом. Кажется, она высмотрела себе статного русского гвардейца на этот вечер. Правда, она уверяет меня, что ее интересует лишь русская история и что этот казак может многое рассказать ей. О, позволь мне взять твои пальто и шляпу и не смотри на меня с таким неодобрением, Спирс! Я ничуть не чувствую себя униженной, оказывая тебе эти ничтожные знаки внимания.

— Нет, это непорядок, — сказал он, отступая от нее на шаг — Хотя я и вижу, что ты со мной не согласна. Что это за Мэгги? Та, что спасла Баджи от несшегося на него экипажа? Кажется, это случилось в Портсмуте, перед вашим отплытием во Францию? Каким образом ей это удалось?

— Она просто крикнула и оттолкнула его с дороги. Говорит, что сама не знает, зачем она сделала это. Ты знаешь, она ведь актриса, но так как у нее не было ангажемента и ей не на что было жить, я предложила ей место горничной. Мэгги не пробовала заниматься этим раньше, но ей очень хотелось побывать во Франции, и в результате она согласилась на мои условия. Не надо беспокоить ее, я вовсе не хочу, чтобы она меня оставила.

— Нет, это неслыханно! Она что, хочет поменяться с тобой ролями и сделать тебя своей служанкой?

— Думаю, Спирс, ты станешь по-другому относиться к Мэгги, когда познакомишься с ней. Я уже успела полюбить ее. Это добрейшее и честнейшее создание, несмотря на не слишком-то удачные обстоятельства жизни. Если бы ты знал, как легко с ней общаться.

Спирс освободился от своей верхней одежды, продолжая держаться довольно натянуто. Дукесса вела себя не правильно, нельзя нарушать порядки, приличествующие благородному дому. Он по крайней мере не был склонен к этому. И он обязательно выберет момент, чтобы сказать об этом Мэгги и Баджи.

— Добро пожаловать. Я так хочу поскорее узнать обо всем. Во-первых, почему ты перестал писать? Мне удалось лишь от мистера Уикса узнать, что Марк находится здесь, в Париже. Баджи понадобилось три дня, чтобы разыскать его.

— Я знаю, — спокойно ответил Спирс, — и сейчас расскажу тебе все.

— Его рука, Спирс? Почему ты не написал мне о ранении Марка?

Спирс помолчал какое-то время.

— Я не хотел тревожить тебя, — выдавил он наконец, глубоко вздыхая. — Боюсь, что рана все еще продолжает беспокоить его. Часть осколков не удалось удалить, они вошли слишком глубоко в предплечье. Первое время Марк даже не мог спать от боли. Но он отказывается от лечения, не позволяет даже подливать ему настой опия в чашку с чаем. Хотя я и позволял себе много раз ослушаться его ради его же блага.

Она вдруг страшно побледнела, и Спирс быстро добавил своим мягким и убедительным, как у викария, голосом:

— Но все же рана постепенно заживает. Операцию делать нельзя, поскольку кусочки очень мелкие. Остается лишь надеяться, что они сами постепенно выйдут наружу. Такое случается. Нужно лишь время, Дукесса.

— Время лечит.., будем надеяться.

— Именно, — сказал Баджи, неожиданно войдя в комнату.

— Мистер Баджи уже рассказал мне о твоем плане, Дукесса. Он потребует всей нашей изобретательности, — говорила Мэгги, входя в гостиную вместе со своим кавалером, успевшим убедить ее, будто в России его ожидает карьера министра иностранных дел. Почему бы ей и не войти под руку с ним в гостиную знатной английской леди? И что удивительного в том, что знатная английская леди, не имеющая ни компаньонки, ни своей горничной, ужинает в обществе рыжеволосой авантюристки и сумасшедшего русского казака?!

Спирс не дал ей сразу ответа, и Дукессе пришлось ждать до следующего вечера.

— Его сиятельство, — объявил, придя к ней, Спирс своим обычным невозмутимым тоном, но с несколько порозовевшими от возбуждения щеками, — попал в хорошую переделку прошлой ночью. Теперь он отдыхает в постели с двумя сломанными ребрами, черными разводами под глазами и кучей синяков на всем теле. Слава Богу, хоть его великолепные зубы не пострадали. Он все время усмехается, как нераскаявшийся грешник.

— Но как же мог он драться с больной рукой? Баджи рассмеялся.

— Мистер Спирс, Марк рассказал вам, как все это произошло?

— Да. Один из офицеров назвал его графом, лишенным своих владений, и тогда его сиятельство.., одним словом, он дал больше, чем получил. К сожалению, обидчик был не один, а с друзьями, в то время как его друга, лорда Хилтона, не оказалось рядом, он почему-то не присутствовал на этом балу. Не волнуйся, Дукесса, его ребра легко срастутся.

— Надеюсь, — сказала Дукесса вялым тоном. — Но как мог кто-то узнать о наших семейных делах?