Благородный воин - Джулия Гарвуд

Элизабет понимала, что муж прав, как ни трудно ей было это признать. И раньше, даже ослепленная ненавистью, она ощущала сомнения: мог ли Белвейн устроить все в одиночку? Конечно, он виновен. Но были ли у него сообщники? До поры до времени Элизабет гнала из головы эту мысль.

– Белвейн послужит нам наживкой и, надеюсь, приведет к тому, кто таится в засаде. Я составил план и хочу, чтобы ты обещала мне во всем помогать.

– Но кто еще мог быть заинтересован в убийстве? – Дальше Элизабет была не в силах сохранять молчание.

– Есть еще один человек, – ответил барон. – Но его имени я тебе сейчас не назову – боюсь ошибиться. Так что тебе придется поверить на слово.

Девушка не проронила ни звука, просто смотрела на мужа и ждала, что он скажет.

– А теперь я хочу попросить о вещи потруднее. И тебе потребуется изрядное мужество.

– И какой же именно? – Брови Элизабет тревожно взлетели.

– Ты видела, как все произошло, и запомнила внешность убийц без масок. Сегодня вечером я позволю воинам Белвейна войти в замок.

Девушка испуганно распахнула глаза, в темных зрачках замерцали огоньки страха.

– Не беспокойся, – продолжал барон. – Мы значительно превосходим их числом. Никакой опасности нет. Во время обеда сядешь рядом со мной. Быть может, повезет и тебе на глаза попадется кто-нибудь из них.

– И Белвейн будет сидеть рядом с нами? – с дрожью в голосе спросила Элизабет.

– И Белвейн, – подтвердил Джеффри. – Надо, чтобы он решил, что я его считаю невиновным. Тогда он скорее совершит промах.

– Ты просишь слишком многого, – прошептала девушка. – Не знаю, сумею ли я…

– Ну, хорошо, убьешь ты Белвейна, – перебил ее муж. – Разве легко будет жить с сознанием, что остался еще один виновный в преступлении человек?

– Нелегко, – призналась она после долгой паузы. – Я хочу знать всю правду.

– Ты выполнишь то, о чем я прошу?

– Да, – ответила Элизабет, а сама подумала:

«Удастся ли?» – Она не знала ответа на этот вопрос.

– Может быть, лучше выехать в лагерь к ним, а не впускать их в замок?

– Нет, здесь ты будешь в большей безопасности, – возразил Джеффри.

Элизабет распрямила плечи и встала:

– Больше до вечера ничего предпринять нельзя. Пойду дам распоряжения на кухне. – Ее руки дрожали, а душу одолевали сомнения.

– Подожди, Элизабет, – сказал вдруг Джеффри нежно.

Она подошла к мужу и не успела моргнуть, как он усадил ее на колени и звонко поцеловал в губы. Жаркое дыхание отдавало мятой. Постепенно губы женщины стали отвечать на поцелуй.

Джеффри оторвался ото рта жены и мягко спросил:

– Ночью тебе было не очень больно?

Он усмехнулся, заметив, как покраснела Элизабет.

– Не очень. – Она опустила глаза, но, почувствовав, что Джеффри смеется, подняла голову.

В глубине его глаз светилась успокаивающая нежность.

– А тебе? – невинно поинтересовалась Элизабет.

– Тоже не очень, – ответил барон, как только прошло вызванное ее вопросом удивление.

Джеффри стало уже нравиться, когда Элизабет начинала над ним подтрунивать и в ее зрачках появлялись веселые искорки. Боже, скорее бы побороть ее муку и видеть на лице только смех.

Он снял жену с колен и встал:

– День не время для любви.

– Чувства можно проявлять только ночью? – изумилась она.

Не заметив шутливого тона, Джеффри согласно кивнул головой.

– Ты серьезно? – Элизабет продолжала посмеиваться.

– Абсолютно. И нечего надо мной хихикать. Проявлять чувства на глазах у других неприлично. Женщине нужно знать свое место.

Злости в голосе мужа не было. Но он произносил слова так, словно старший выговаривал младшему за плохое поведение, и это задело Элизабет.

– И где же мое место, милорд? – Она постаралась, чтобы Джеффри почувствовал ее раздражение, и, подбоченившись, ждала ответа.

Барон молча прошел к двери и взялся за ручку.

– Я спрашиваю, где мое место?

Гнев в ее голосе немало удивил рыцаря. Элизабет вела себя так же, как и его жеребец, когда тому под седло попадала колючка.

– Где твое место? – переспросил он.

– Именно. – Элизабет чуть не кричала. – Рядом с тобой или позади тебя? Ответь мне на это, муж!

– Конечно, позади меня. Таков уж порядок вещей. – По выражению лица жены Джеффри понял, что ответ пришелся ей не по вкусу. Но прежде чем она успела что-либо сказать, он вышел из комнаты и с треском захлопнул за собой дверь. Да, его молодой жене надо многому учиться!

А оставшаяся в комнате Элизабет подумала:

«Ну, нет, дорогой муженек, я не буду болтаться где-то за твоей спиной. Как и моя мама, в браке я займу место рядом с тобой. Вот увидишь! Тебе придется многому научиться!»