Любовница или жена? - Кэтрин Гарбера

К глазам подступили слезы. Она крепко зажмурилась, не желая показать Джереми, как сильно он ранил ее. Какое чувство поможет ей справиться с кровоточащей раной, которую Джереми нанес ее сердцу? Она призвала на помощь гнев.

Не в силах усидеть на месте, Джереми принялся ходить из угла в угол.

— Думаю, когда ты прочтешь новый контракт, ты сама убедишься, насколько я собираюсь быть щедрым. К тому же я смогу помочь твоему бизнесу. За последнее время у нас появились новые партнеры и клиенты. Я познакомлю тебя с ними. В будущем они могут стать и твоими клиентами. Кроме всего прочего, я собираюсь заключить с твоей компанией контракт на обслуживание всех корпоративных мероприятий...

— Джереми, пожалуйста, — с усилием произнесла Изабелла. Ей стоило большого труда не повышать на него голос.

Ее жизнь только что разбилась на миллионы осколков, а он говорит о бизнесе! Она должна справиться с этим, должна, молча твердила Изабелла про себя. Но как же больно! Впервые за много лет она рискнула поверить в мечту и снова обманулась.

— Белла? Детка, в чем дело?

Изабелла подняла на него глаза.

Джереми выглядел взволнованным. Изабелла уже достаточно изучила его и знала, как он любит все планировать и быть застрахованным от любых неожиданностей. Может, именно поэтому он составил новый документ, вовсе не имея намерения обидеть ее? Просто это в характере Джереми — он считает, что ситуация под контролем, когда все прописано по пунктам и заверено печатями и подписями.

— Почему ты составил еще один документ? — через силу спросила она.

— Это единственная возможность защитить нас обоих, — не задумываясь, ответил он. — Ты сможешь быть финансово независимой, а мне нужно... — Он вдруг запнулся.

— Что?..

Джереми отвернулся.

— Джереми, я не хочу больше быть ничьей любовницей.

— Нет? Но недавно ты сказала, что твой ответ будет «да» независимо от того, что я предложу, — возразил он.

— Я так думала, но сейчас вижу, что ошиблась.

Изабелла твердо знала одно: она бы согласилась продолжить их роман на любых условиях, не влюбись она в него без памяти и не поверь, что только с ним возможно ее счастье... Почему, ну почему он ни слова не говорит о любви?

— Отвези меня домой, — тихо попросила она и поднялась со стула.

Джереми застыл. На его лице проступило упрямое выражение.

— Нет. Ты останешься здесь до тех пор, пока мы вместе не придем к соглашению, которое устроит нас обоих.

Она недоверчиво покачала головой, не в силах выдавить из себя ни слова — ее голос куда-то пропал.

— Скажи, чего ты сама хочешь, Белла, — продолжал он настаивать. — Я все сделаю. Деньги, новые контракты. Я...

— Мне не нужны ни деньги, ни новые контракты. — Она снова обрела голос. — Я хочу быть с тобой ради тебя.

«Я люблю тебя», — молча добавила она про себя.

Джереми развернулся и направился к бару. Открыл бутылку виски, налил себе стакан и осушил его одним глотком.

— Джереми, ты испытываешь ко мне хоть какие-нибудь чувства? — Вопрос слетел с ее губ помимо воли.

— Одержимость. Я одержим тобой. — Он покачал головой и снова наполнил бокал. — После того, как мы познакомились, я живу в мире, где нет правил, а я не могу жить без ориентиров. Мне нужно знать четкие границы, а если их нет, я расставляю их сам.

— А как же тогда образуется большинство других пар? Ведь они не определяют заранее как им жить. Почему бы и нам не попробовать?

Джереми снова покачал головой.

— Только не в моем случае. Я бы даже сказал, не в нашем случае. У нас не выйдет так, как живет «большинство», потому что наши с тобой отношения изначально были лишь видимостью отношений. Мы оба держали в уме, что нас связывает, — и это был наш контракт.

— Если ты хочешь так думать, пожалуйста, — стараясь, чтобы ее голос не дрожал, сказала Изабелла. — Я была с тобой не из-за контракта. Я была с тобой, потому что... потому что люблю тебя.

— Ты не любишь меня, — возразил Джереми. — Это всего лишь одержимость. Если хочешь, — он пожал плечами, — страсть.

— Говори за себя, — проглотив комок в горле, с достоинством сказала Изабелла. — Я люблю тебя.

Джереми ничего не ответил. Между ними воцарилось молчание.

— Пожалуйста, давай вернемся на берег, — опустив голову, тихо попросила Изабелла.