Раздели со мной жизнь - Варвара Оболенская

— Просто я правда не понимаю, как можно найти в такую неделю места…

Посмотрев ему в глаза, увидела молнии, решила сразу реабилитироваться, а то шандарахнет еще:

— Хорошо, я постараюсь. Екатерина же едет?

— Конечно, вы и она самые главные "звездочки" этого вечера. Вы произвели неизгладимый фурор на французов. И теперь мы вышли на новый уровень, — мне кажется или он сам не очень то и рад этому? — Французы от Вас без ума, даже если вы наденете мешок из под картофеля — они будут пищать от восторга. А тут еще испанцы и итальянцы подключились, — чуть наклонился ко мне и прищурил взгляд Вячеслав, ожидая моей реакции. А он что думал? я от восторга что ли пищать здесь буду? Или лужицей растекусь, услышав такую новость.

— Пожалуй мне стоит предупредить Екатерину, — наконец взяла флешку с его стола и направилась на свое место.

Интересно, а Кате можно ли на таком раннем сроке такие нагрузки? Не повредит ли им такое препятствие? Нужно срочно проконсультироваться с врачом. Кое — как отыскав в сумке визитку врача, набрала ей, но в ответ прозвучало "абонент вне действия сети". Скорее всего она отключает телефон на работе. Перезвоню попозже тогда.

Итак, работенки хоть ж… попой жуй, сначала разберусь с приказами, потом возьмусь за поиск отелей для сотрудников.

Как ни странно, приказы щелкались, как семечки — очень быстро. Спасибо Даше, которая все сохраняла. Мне лишь оставалось поменять номер, дату и немного содержания.

— Василиса, где мой кофе! — раздался требовательный крик шефа, от которого я аж вздрогнула в душе. Вспомнил спустя час…

Молча отнеся ему кофе, вернулась к себе. Вот даже спасибо не сказал, зараза.

— О, Василиса! Никуда не уходи! Мне нужно с тобой поговорить, — пронесся мимо меня ураган под именем "Никита" к шефу в кабинет. Только вот желания с тобой, дорогой, у меня нет совершенно!

Погрузившись в сети интернета, время полетело еще быстрее. И, как я догадывалось, проштудировав уже отелей пятнадцать — все было занято.

— Василиса, два кофе!

"Да чтоб тебе это кофе поперек горла встал." — пробурчала себе под нос.

— Что Вы там сказали, Василиса Анатольевна, я не расслышал, — подал голос шеф.

— Иду сказала! ИДУ!

Спустя 10 минут неспешно направилась к ним.

— Вот Ваше кофе, — поставила перед ними дымящиеся чашки.

— А печенек нет? — спросил у меня Вячеслав.

Какие к черту печеньки? Да я убивать уже готова от безысходности! Ты время видел? Уже шесть! ШЕСТЬ блин! И ни одного намека на свободный отель!

— Нет, можно я пойду уже?

— Да я тебя и не задерживал, — пожав плечами ответил шеф.

Ух, зараза же.

— Василис, а ты надолго? — окликнул встревожено меня Никита.

Тебя вообще это волновать не должно, козел рогатый.

— Не знаю, думаю часов до восьми точно.

Не дожидаясь ответа, скрылась из глаз. И как раз вовремя, потому что, как только я подошла к столу, раздался звонок.

— Елена Юрьевна, добрый вечер, извините за беспокойство. Знаете, так сложилось, что срочно появился проект на работе, который требует перелет в другую страну, а это никак не повредит малышам? Или стоит отказаться?

— Ты беременна? — обернулась на шокированный возглас парней.

Кажется, я влипла. Как медленно повернулась к ним, так тихо и отвернулась. Не до них сейчас, да и еще и не придумала, что им ответить на это.

— Елена Юрьевна, повторите еще раз, пожалуйста, а то связь что—то потерялась.

— Василис, некоторые и до 9 месяца скачут. Все индивидуально, нужно смотреть по состоянию мамы. Но я посмотрела анализы Кати, у нее все замечательно в этом плане. Так что смотрите на собственные ощущения. Я тебе сейчас скину витамины, и пейте по инструкции. Не помешает.

— Как же нам с Вами повезло! Спасибо большое! Извините, если отвлекла.

— Ничего страшного, все в порядке. Если что, я на связи! Пока.

— До свидания, — попрощалась с врачом и положила трубку, а спиной прям чувствовала напряжение исходившее от парней.

— Василиса Анатольевна, Вы не желаете объясниться?

Мне кажется или Вячеслав очень зол?

— Вячеслав Вячеславович, я не беременна, правда! — ну я же сейчас правду говорю.

— А кто? — голос Никиты аж дрогнул, что ссышь парень? Правильно делаешь, но пока рано.

— Это у меня там знакомая беременна, а у меня просто тетя врач, вот и попросила узнать…

Глаза в глаза, главное не опустить. А то сразу поймут — вру.

— И в женской консультации ты у тети была, да? — как—то слишком опасно ко мне наклонился Никита, оперев руки на стол.

— Ты серьезно? Ты была еще в консультации? Василиса, я в шоке!

— Вячеслав Вячеславович! И вообще, я не обязана перед вами отчитываться, — психанув, вскочила со стула.

— Ты отели нашла?

О, ну конечно, только Слава может так резко менять тему.

— Слава какая нажуй работа! — воскликнул Никита, взмахнув руками.

— Нет, не нашла! — зло зыкнула на шефа.

— Вот найдешь и пойдешь. Пошли, Никит.

— Я устала, хочу есть, приду завтра и найду. Или дома поищу, — подбоченилась, придав кровожадность в глазах.

— А билеты заказала? — все доматывался до меня Слава.

— Нет, не заказала, — стиснув зубы, прошептала ему.

— Так вот закажи, Ну, Василиса Анатольевна! Я же просил! — заметил он со всем сарказмом, на какой был способен, указывая якобы на мою "оплошность".

Никита, лишь пыхтя, направился за другом. А я села продолжать производить свои поиски. Так еще и билеты, как же я могла про них забыть…. Время шло, но я не следила за ним. Сайты сменялись одним за одним, так еще и вечные переговоры, то по телефону, то по электронке. Очнулась от этого лишь тогда, когда желудок призывно заурчал.

"Потерпи родимый, чуток осталось. Уже финишная прямая." — погладила свой живот, успокаивая.

За всем этим я не обращала внимания, как в соседнем кабинете шел ожесточенный спор. Как друг шефа кричал «Ты че слабак? Иди поговори с ней». Как начальство туда — сюда выходило, видимо покурить, сбавить пар. Как кофе машина сама по себе работала, и кофе разливался в чашки. Как Слава два раза выходил, порывавшись что—то мне сказать, но так и уходил молча.

Вячеслав

Я за эти дни недели окончательно запутался в себе и чувствах к ней. Я из начальника ТАКОЙ организации превратился в сопливого подростка. Не фильтровал речь, не контролировал действия, терял здравый рассудок. Бесился, срывался от беспомощности. А тот момент с французами… Я мог подставить всех, ради того, чтобы успокоить свою ревность. Да я готов был закинуть ее на плечо и запереть в своей квартире, и чтобы даже нос свой высовывать не смела.