Самое ценное в жизни - Татьяна Герцик

Она обречено кивнула, не в силах поднять на него смущенный взгляд.

На улице оглушительно громыхнуло. Небо затянуло черно-фиолетовыми грозовыми тучами, и на землю полился поток такой силы, будто наступил конец света. Татьяна поежилась от неприятного чувства полнейшей беспомощности. Стихия пугала, демонстрируя людям их ничтожность.

Вадим обвел взглядом фойе. Везде толпились люди.

– Где будет разговаривать? У тебя или у меня?

От этой сакраментальной фразы у нее повлажнели ладони, но она храбро заявила:

– Лучше у меня! – надеясь, что на своей территории будет чувствовать себя увереннее.

Он согласно кивнул, и они дружно прошли по устланному зеленой ковровой дорожкой коридору к ее номеру. Едва войдя, он тревожно оглянулся вокруг, ища кого-то глазами. Татьяна сразу догадалась, кого, и снова залилась ярким румянцем. Никого не обнаружив, не смог скрыть облегчения и улыбнулся. Прошел к окну, сел в глубокое кресло, вытянул ноги и хмуро спросил:

– Таня, кто это был?

Она заколебалась, не зная, что сказать. Наконец нашла нейтральное слово:

– Так, один знакомый.

Вадим тяжело насупился, не поверив.

– Таня, знакомые так себя не ведут. Что, у него есть на тебя какие-то особые права?

Ей почему-то стало очень совестно. Чтобы не краснеть, строго напомнила себе, что она взрослый человек и не обязана ни перед кем оправдываться.

– Дело не в том, есть у него мифические права или нет, а в том, что у нас с тобой все равно ничего бы не получилось. Нет доверия, а это главное. А похоть быстро проходит, знаешь ли.

Вадим сурово посмотрел на нее.

– Если б мне была нужна баба на ночь, я бы не мотался за тобой по всей стране!

Он решительно вскочил и шагнул к ней. Она отшатнулась и наткнулась на стол.

– Быстро проходит? А давай попробуем! – и снова, как в прошлый вечер, прижал ее к себе.

Поцелуй больше походил на наказание, чем на ласку. Сильно смущенная его гневными словами, Татьяна не противилась, но и не отвечала.

Не дождавшись отклика, он нехотя опустил руки.

– Это значит: он?

Она тихо, но упрямо прошептала:

– Это значит: не ты!

Вадим снова сел в кресло, не желая так быстро сдаваться.

– Знаешь, мне очень жаль. Мне показалось, что у нас всё получится.

Она вновь почувствовала себя виноватой и разозлилась на это навязчивое чувство. Ни в чем она не виновна! Она ничего ему не обещала! Села напротив на кровать и тихо спросила:

– А почему именно я? Разве нет хороших женщин рядом?

Он горько вздохнул.

– Есть, наверное. Но ведь их увидеть надо! Понять, что она – та, кого ищешь. Тебя я заметил сразу, лишь только взглянул там, в кафе. И выдумывать ничего твоей предприимчивой сестре не было нужды, я и сам бы нашел предлог для знакомства. Я нормальный мужик и не взваливаю на женские плечи свои обязанности. И сам знакомлюсь с понравившимися мне женщинами.

Наклонившись, посмотрел на ее сумрачное лицо. Взял в руку ее узкую ладонь и сжал, пристально глядя в глаза. Не увидев там того, на что страстно надеялся, медленно освободил ее пальцы, пропустив их через свои.

Татьяне было и печально, и досадно, давило ущербное чувство вины. Она нервно вздохнула, не зная, как себя вести. Было жаль и его, и себя.

Он хмуро ее утешил:

– Я это переживу, не беспокойся. Пойду собираться, сегодня вечером улечу домой. Больше мне здесь делать нечего. А мой соперник, я чую, уже на пороге.

Действительно, в дверь требовательно постучали.

– Ну, прямо как к себе домой! Он вчера тебя до номера проводил?

Татьяна согласно кивнула головой, молясь, чтобы он не догадался, что было дальше. Хотя что там было? В принципе, ничего.

Вадим понимающе усмехнулся и пробормотал:

– Ясненько!

Встал и пошел открывать, на полдороге остановив бросившуюся к дверям хозяйку.

Владимир энергично шагнул в комнату и спокойно посмотрел на мужчину и женщину. Сконфуженное лицо огорченной Татьяны и мрачное Вадима сказали ему всё без слов. Ему захотелось петь и смеяться, но он сдержал рвущуюся улыбку, уважая соперника. Подал ему руку. Тот неохотно ее пожал.

– Извини меня, я вчера погорячился. Не понял, что ты не захотел напугать Татьяну. А я повел себя как грубый солдафон. Но все случилось так неожиданно. – Он извинялся, но в голосе не было и намека на раскаяние. Любой, кто слышал его в этот момент, сразу бы понял, что он поступит точно так же, если понадобится.

Вадим через силу произнес, тщетно стараясь справиться со злостью и разочарованием:

– Ну, что же, будьте счастливы, как говорится. Хотя, если откровенно, мне противно разыгрывать из себя этакого доброго дядюшку. – Он взглянул на часы и немного помолчал, что-то прикидывая. – Думаю, успею еще заскочить к Ларисе. Уж очень она обижена.

Кивнул скептически прищурившейся Татьяне, быстро вышел.

Владимир повернулся к ней и оперся вытянутой рукой о стену рядом с ее головой.

– Что ж, похоже, он быстро нашел тебе замену.

Не соглашаясь с его уничижительным тоном, она укоризненно качнула головой.

– Да нет, он это для того, чтобы я не чувствовала себя очень уж виноватой. Он из-за меня из Питера, приехал, отпуск взял, и вот…

Владимир мысленно возблагодарил свою судьбу, так своевременно разрушившую планы соперника.

Татьяне очень не хотелось приглашать гостя в комнату. Почему-то было так страшно, будто она шла по неизвестной дороге прямо в пропасть. Хотелось скрыться обратно в безопасное одиночество, где никто не обидит и не унизит.

Исподволь изучая ее ничего не скрывающее лицо, Владимир прошел в комнату и комфортно развалился в кресле, где еще минутой назад сидел его невезучий соперник.

После нескольких минут молчания Татьяна не выдержала первой.

– Зачем ты здесь?

Он непритворно удивился:

– А что, ты разве не понимаешь?

Стараясь не разрыдаться, она угрюмо буркнула нечто неопределенное. Почему-то после последних событий настроение было на редкость плаксивым. Слезы слишком близко подошли к глазам, еще чуть-чуть, и польются рекой. Через силу заставила себя сказать:

– Нет, не понимаю. Я знаю одно – ты женат, у тебя есть ребенок, и устраивать милые представления, подобные вчерашнему, ты просто не вправе. Неужели не понимаешь, что предаешь нас всех?

Он ласково посмотрел на ее разгоряченное лицо и просто сказал:

– Нет. Уже не женат.

Татьяна испуганно ахнула, приложив руки к горящим щекам.