Занудный препод - Каролина Дэй

— Разумеется нет! То есть… вы, конечно, в самом расцвете сил, но у меня есть парень и…

— И я нужен был только для спора, — заканчивает за меня.

Киваю головой, но ничего не отвечаю. Опускаю глаза вниз, мну пальцами одеяло изнутри. Оно и правда мягкое, как облачка, мне не зря показалось, что я на небесах и в тепле. Только внутри сейчас разрастается дико неприятное чувство. Слишком стыдно признаться в содеянном. Чертова Барби Кравец!

Лицо, наверное, багровыми пятнами покрыто, да и выгляжу я не очень после вчерашнего дебоша. Только Феликс Владимирович все равно нависает надо мной, как… Сокол. М-да, хорошее сравнение, Яна, молодец. Вчера опозорилась по полной, и сейчас продолжаешь.

— Знаешь, у меня есть одна идея, — начинает он внезапно, заставив меня поднять глаза на мужчину. — Ты помогаешь мне, а я тебе.

— В смысле?

— Мы целуемся, благодаря мне выигрываешь спор, а ты помогаешь мне избавиться от одного человека.

Не поняла? В смысле избавиться? Лопатой грохнуть и в лесу закопать? Знаете что, я не хочу в чьем-то убийстве участвовать! Даже в качестве свидетеля не пойду! Чего он удумал? Да пусть тогда Кравец выигрывает раз на то пошло, мне такая победа не нужна.

— Ты чего побледнела? — спрашивает на полном серьезе, но на мужском лице виднеются маленькие морщинки в уголках глаз.

— Я… я же не убийца…

— Боже, Орлова, не тормози! Я тебя целую на камеру, а ты притворяешься моей девушкой.

Фух! Пронесло. Только я не особо поняла…

— Как это девушкой?

— Вот так. Мне от бывшей надо избавиться. Но только вне университета, не хватало, чтобы обо мне дурные слухи ходили.

Вы серьезно сейчас? Я стану вашей девушкой? Буду ходить с вами на свидания? Мило улыбаться вашей грозной физиономии? Целоваться на людях? Ах да, в университете же нельзя распространяться о наших отношениях. Вот только…

— Где у вас туалет? — быстро тараторю, чувствуя неприятные позывы организма.

— По коридору напра…

Сокол не успевает договорить. Я отталкиваю мужчину и несусь по указанному направлению. Боже! Вот это меня угораздило вчера напиться. Как же голова кружится, мамочки…

— Выпей, — звучит позади, когда организм сделал все дела за меня. Возле лица тут же возникает прозрачный стакан с водой, протянутый моим куратором. Надеюсь, там действительно вода, а не нечто другое для «похмела».

— Спасибо.

Смотрите-ка, действительно, вода. Вкусная такая. Почему ее так мало? Я еще хочу.

— Еще? — спрашивает так, будто только что мои мысли прочитал. А вы точно обычный преподаватель английского?



— Буду благодарна.

Феликс Владимирович приносит еще один наполненный стакан. Мне его мало, но просить еще как-то неловко, неудобно. Да мне стыдно, черт возьми, когда куратор стоит надо мной и смотрит на мои «дела» в собственном туалете. А нет, больше не стоит. Садится напротив меня, закрывает крышку унитаза и говорит с усталостью в голосе:

— На что поспорили?

Блин. А ему точно нужно отвечать на этот вопрос? Может, не стоит? Он не будет в восторге от такой новости. Наверное. Или…

— На пять тысяч, — признаюсь честно. Терять все равно нечего.

— Когда я так продешевился? — а теперь усмехается.

— Это большие деньги, между прочим!

— Твой родственник владелец многоммиллиардной компании. Пять тысяч это капля в океане.

Ага, только Мишины деньги никак со мной не связаны, да и не хочу я, чтобы они вечно меня с Лидкой баловали. Хотя… Айфон мне нравится, дорогущее платье на выпускной заставило всех девчонок подавиться собственной слюной, да и сейчас я не жалуюсь на жизнь, сестра прилично оставляет на карманные расходы, даже лишнее остается. Только одежду не разрешает самой покупать, пока я не наберусь самостоятельности. Ну и ладно, у Лиды хороший вкус. Только вот с туфлями у меня вечная проблема.

— Я не транжира.

— Ага верю, — отвечает саркастично.

— То есть вы…

— Значит, наш план таков. Сейчас ты собираешься, красишься, все свои манипуляции проделываешь, а потом мы идем целоваться. Телефон твой где?

— Эм…

Каков наглец! Быстро отвлек от нужной темы. Нашел, что спросить. Мне бы самой вспомнить, куда я засунула телефон. Я вчера была так разбита, что отключила его, вытащила симку и…

Черт возьми, меня же Дима потерял! И Гера! И Лидка! Наверняка дозвониться не могут, а я тут сижу почти голая в туалете своего куратора и обсуждаю, в каком ракурсе буду целоваться с ним для победы в споре! Докатилась!

— Дома.

— Значит, едем домой. Продумаем, где и что заснять.

Вы такой простой, Феликс Владимирович. А меня спросить? Между прочим, у меня голова кружится, подташнивает. И вообще, я сейчас не готова для поцелуев с собственным преподавателем — на камере будут видны следствия вчерашнего вечера. Хотя… Фотошоп все замажет.

— И все?

— Может, после университета разыграем пару спектаклей, а потом разойдемся. Согласна?

Ну знаете…

— Без проблем, Феликс Владимирович, — слетает с уст раньше, чем я подумала над его предложением. Ну и ладно, я все равно спор выиграла.

— Можешь называть меня просто Феликс, раз ты такая смелая. Только рот прополощи, тебя знатно понесло.

Что? От меня… Что? Да вы… Да я… Да… Что он вообще себе позволяет?

— Вас не учили быть вежливым? — мой голос, как у умирающего лебедя не звучит так бодро и иронично, как голос Сокола. Но я стараюсь, честное слово. На парах обычно получалось, вы и так знаете.

— Меня учили быть практичным. Голодна?

— Немного.

— Тогда вставай и пошли завтракать. Я чай сделаю.

Мужчина поднимается с пола и выходит из ванной. Но вместо того, чтобы последовать за ним, я замечаю одну деталь, которую вчера не могла вспомнить. И сейчас, стоит глазам опуститься на достоинство преподавателя, подтверждаю. Ну знаете, чисто для себя. У него действительно крутой попец.

