Стеклянный шар - Наталия Романова

– Как-то не очень у нас получается сблизиться, – горько улыбнулся Иван, взял за руку и повёл в спальню. Усадил на кровать, как маленькую девочку, с которой предстоит большой разговор.

– Прости, – повторил он. – Здесь убирается клининговая компания, естественно, никто не станет выкидывать косметику с полки, а я не обращал внимания, видимо, примелькалось. С женщиной, которая забыла вещи, мы расстались. Когда познакомился с тобой, я не состоял в отношениях. Хочу, чтобы ты понимала, я предпочитаю постоянные отношения с одной женщиной, если чувствую, что пришло время расстаться – расстаюсь. И лишь потом завожу новые отношения, если завожу.

– Иными словами, ты предпочитаешь моногамию?

– Определённо. Женщина, как и всё, что окружает меня – мой добровольный выбор. Свой выбор я уважаю, оскорблять её и себя изменой не стану. От женщины жду такого же отношения.

– Оу…

– Не считая того, что мне некогда распыляться, бегать, как резвому кобелю, за юбками. Большую часть суток я работаю, стараюсь выделить время сыну, предпочитаю не тратить силы и время на сомнительные удовольствия. С прошлой женщиной мы встречались почти четыре года.

– Почему расстались? – Лида понимала, что не стоит задавать этот вопрос, задала…

– Охладели друг к другу. Она успешный адвокат, много работает, ведёт громкие дела. Привлекательная, независимая, сильная женщина. Мы слишком похожи, наверное. Поначалу кажется заманчивым, потом… – Иван небрежно развёл руками. – Случайных связей я избегаю, – предвосхитил вопрос Лиды. Она бы не рискнула задать, но ответ, что греха таить, порадовал.

– Разве вас не сопровождают девушки с «низкой социальной ответственностью»? – вспомнила она расхожее выражение. Спросила с улыбкой, вовсе не думая, что в каждой поездке рядом с представителями Форбс присутствуют дамы лёгкого поведения.

– Кого «нас»?

– Олигархов.

– Нет, – засмеялся Иван. – И женимся чаще не на моделях, хотя бывает, и на них тоже. Разводимся так же, как все остальные люди, разочаровываемся, влюбляемся точно так же. В общем-то, сомневаюсь, что сильно отличаемся от остального человечества.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Лиде не удалось скрыть скептический взгляд, пусть мимолётный, но всё же скользнувший по Ивану. Короткий опыт общения с сильным мира сего, конкретно с Фроловым Иваном Ефремовичем, номером восемь в списке Форбс, показал – он определённо отличается от всех мужчин, которых она когда-либо встречала. Цельностью, суждениями, внешней сдержанностью, лоском, чёртовой аурой властности, в конце концов!

– Хорошо, – он поднял руки. – Хорошо. Я отличаюсь от тебя, например. Моё состояние не возникло из воздуха, но начальный капитал, отнюдь не скромный, я получил от своего отца. Самое главное же, что я получил – лучшее образование из возможного. Лига плюща, чтобы было понятнее. Мы отличаемся стартовыми возможностями. Полагаешь, ты или я – типичный представитель своего социального класса?

– Я – да, – она кивнула.

– Лида, Лида… – Иван провёл большим пальцем по её щеке, убрал пряди волос за уши, продолжил путь, очертив в итоге абрис лица, остановился на губах. – Ошибаешься, ты определённо особенная, – он легко поцеловал, почти невесомо, неслышно, оставляя за ней право вести. Она, к собственному удивлению, воспользовалась.

По всем законам Лиде нужно было усомниться в словах Ивана. Во всех. От начала до конца. Слишком всё гладко, красиво, похоже на сказку. Но она верила. Верила в выбор моногамных отношений, в отсутствие связей с девушками лёгкого поведения, даже в собственную особенность начала верить. В последнее, впрочем, с оговорками и большим трудом.

Временно «особенная». До тех пор, пока не «не охладеют друг к другу» словами Ивана. Если «привлекательная, независимая, сильная женщина» надоела, что говорить про неё, Лиду. Пусть Иван говорил о возможном серьёзном продолжении романа, намерения – всего лишь намерения. Представить брак с Фроловым не выходило, она решила не тратить время на пустые чаяния, а получать удовольствие здесь и сейчас – роскошь, которую она никогда не могла себе позволить. То, чему, похоже, Иван учил Лиду. Получать удовольствие от жизни. От еды, погоды, пейзажей, от близости… Особенно от близости.

Именно потому, что мысль о неизвестной женщине, которая четыре года приходила хозяйкой в квартиру Ивана, нет-нет, а колола ненужной ревностью, Лида не любила бывать там. Глупая детская реакция, Иван бывал у неё дома, где она когда-то жила с мужем, более того, спал на той же самой кровати. Наверняка, квартирка в панельной пятиэтажке не входила в топ-десять любимых мест Фролова, но он приходил, а Лида не могла пересилить себя.

Моментально всплывали обидные слова бывшего мужа, свекрови, открывались язвы – неуверенность в себе, убеждение в собственной непривлекательности. Желание непременно увидеть ту женщину, получить, наконец, подтверждение всем своим сомнениям.

Однажды Лида поддалась искушению, излазила, кажется, весь интернет в поисках информации о личной жизни Фролова, однако не нашла ничего, кроме скупых фактов биографии и статей в деловых источниках. Минимум фотографий, социальных связей, ничего, что бы указывало на личность этой дамы или любой другой в жизни Ивана. Даже фотографий бывшей жены, матери Марселя, не нашлось. Пожалуй, это не удивляло. Фролов не поп-звезда, не медиа-лицо, ему незачем светить своей жизнью, женщинами, друзьями, семьёй. Скорее удивляло то, что при всей закрытости, Иван едва ли не в первый вечер поделился с ней наболевшим о сыне, ведь она могла пойти к прессе, использовать информацию в корыстных целях… Впрочем, ничего подобного Лида и представить себе не могла. Видимо, Иван был прав, когда говорил, что неплохо разбирается в людях.

– Иначе я бы не зарабатывал, – спокойно сказал он однажды. – Бизнес, помимо законов экономики, требует понимания психологии, чутья, если хочешь, интуиции.

– А я думала, ты зарабатываешь, эксплуатируя чужой труд, – засмеялась Лида. Она уже не боялась шутить о неравном социальном положении, финансовом состоянии Ивана.

– Бесспорно, – он довольно кивнул. – Правда, ещё даю тысячи рабочих мест в регионах, где помимо моих производств нет никакой работы. – В этом тоже была правда.

Об этом и о многом другом думала Лида, устроившись на плече Ивана. Он медленно водил пальцами по её плечу, укрывшись простыней лишь ниже пояса. В полудрёме дышал спокойно и глубоко. Им обоим было лень шевелиться, после жаркой встречи оставались силы только на сон.