Мы будем вместе, я знаю! - Надежда Волгина

– Извините, что заставили вас ждать, – приветливо улыбнулась она нам, кладя на стол меню. – Ночью у нас было две туристические группы, Аленушка устала очень. Так что, я уж вас сама обслужу, если вы не против.

Аленушка – это, по всей видимости, спящая девушка. Не разбудил ее и наш разговор. Ну а женщина эта, как я понял, хозяйка кафе и повар по совместительству.

– Мы не против, – отозвалась Настя. – Но мы ужасно голодные. Может быть, вы нам что-то посоветуете?

Такой перспективе женщина даже обрадовалась, и уже через десять минут наш стол был усален тарелками с едой. Омлет, сырники, тосты… Травяной чай дымился в чашках. Все с пылу с жару, как говорится, и по-домашнему вкусное.

– Как же замечательно! – сыто откинулась Настя на спинку стула, расправившись со своей порцией даже быстрее меня. – Правильный у них лозунг.

– Это точно! Осталось понять, как рулить после такого обжорства, – поддакнул я.

– А давай я! Мне спать ни капельки не хочется. А ты можешь вздремнуть рядышком.

На том и порешили, дальнейшие несколько километров рулила Настя, пока мы на что-то не наехали. Когда раздался сильный хлопок, машина резко вильнула в сторону, но Настя умело справилась с управлением и аккуратно съехала на обочину. Выйдя из машины, мы обнаружили правое переднее колесо полностью спустившим. Вот же незадача – перед поездкой я позаботился обо всем, кроме запаски.

– На ней мы далеко уехать не сможем, – сообщил Насте, приступая к замене колеса, – до ближайшего СТО, да и то, если то где-нибудь неподалеку.

Станция встретилась нам буквально через километр, но ждать, пока подлатают колесо, нам пришлось три часа. Хорошо хоть нам позволили сделать это в тепле небольшой комнатки, на изрядно замызганном диванчике.

– Ты веришь в судьбу? – заговорила вдруг Настя, когда я уже решил, что она спит.

До этого она сидела, откинувшись на спинку дивана, с закрытыми глазами.

Хороший вопрос. Только ответа на него не было. Да и не задумывался я об этом никогда. А сейчас вот решил, что нет, не верю. Как можно верить в то, что слишком вероломно вмешивается в твою жизнь, меняя ее к худшему?

– А я верю, – задумчиво произнесла Настя. Мне же интересно стало, о чем она сейчас думает. Но ведь не скажет, даже если спрошу. Да и мало ли о чем, вдруг о слишком личном.

– А знаешь, если это судьба сделала так, что ты собралась в командировку именно в этот город, то пожалуй, и я готов в нее поверить, – заявил я после непродолжительного размышления.

Настя повернула ко мне голову и смотрела на меня, долго так, внимательно и пронзительно. Даже немного страшно становилось под ее таким взглядом.

– Странные у нас с тобой отношения получаются, – снова заговорила она. – Кто мы друг другу? Почему ты захотел поехать со мной?..

– Мы…

Я осекся, чуть не ляпнув «друзья». Но какие же мы друзья, если лично я испытываю к ней далеко не дружеское влечение? Вот и сейчас не получается не смотреть на ее губы. А как давно я мечтаю припасть к ним в поцелуе! Друзей я точно не хочу поцеловать в губы, да и вообще поцеловать.

– Ты мне очень нравишься, – буквально выдавил я из себя признание, с таким трудом оно мне далось. – Очень!.. И поехать с тобой я захотел, чтобы быть рядом, не ограничиваясь редкими свиданиями.

– Да? А я думала, что ты хочешь что-то вспомнить, – дрогнули ее губы в улыбке. Кажется, слова мои пришлись ей по душе.

– И это тоже, – улыбнулся я в ответ.

– Ты боишься? – вдруг поинтересовалась она.

– Немного, – честно признался я.

– Я тоже, – после паузы отозвалась Настя.

Интересно, чего боится она? Оставаться со мной наедине? Так я не притронусь к ней и пальцем, если буду знать, что она этого не хочет. Да, желание обладать этой женщиной во мне все возрастает, но и сдерживать себя я смогу сколько нужно. Или она боится, что воспоминания могут изменить меня? Вряд ли они изменят отношение к ней.

– Карета готова! – заглянул в комнату чумазый работник шиномонтажа. – В добрый путь, ребята!

Управились они даже раньше, чем обещали. А это значило, что к вечеру мы точно доберемся до места назначения. И лучше это сделать до наступления ночи.