Порученец - Инга Леровая

– Если хотим попасть на дискотеку, надо найти другой вход. Можно обойти здание, должен быть пожарный или хозяйственный доступ, – сказал вдруг незнакомец, глядя прямо мне в глаза. – Или окно где-нибудь открыто на первом этаже.

– Зима же, – усомнился я.

– Тогда по домам.

Я протестующе засмеялся, так легко сдаться, ни за что. И там, на дискотеке – Мэтт. Он меня пригласил потанцевать, а я… Невыносимо было думать, что завтра он презрительно ответит на мои оправдания: “Пошлятина, Кнопка”. В конце концов, чем мы рискуем? Ну, не сможем попасть на дискотеку. Этот результат уже есть. А вдруг повезет?

В общем, мы пошли. Втроем. Искать другой вход. Нарочно не придумаешь, объединились альфа, бета и омега. Ради дискотеки. Ухохотаться. Если бы я не переживал из-за Мэтта, я бы ржал как конь.

За углом учебного корпуса начинался забор из бетонных блоков. По верху забора тянулись три ряда колючей проволоки. Крепость, тоже мне. Чего в колледже ценного есть, кроме молодых и отчаянных студентов? Мы дошли до закрытых ворот и увидели гору деревянных ящиков. Заговорщицки переглянувшись, быстро выстроили из ящиков лесенку. Перебрались через ворота. Крис помог забраться наверх, незнакомец поймал внизу. Поймал, и не сразу отпустил, заглянул в лицо, улыбнулся. Я неожиданно смутился.

Мы оказались во дворе, среди разнокалиберных построек, сарайчиков и штабелей кирпичей и досок. Смотрели на недоступные окна актового зала, пятый этаж, не допрыгнешь. Из-за плотных белых штор почти не слышно музыки. В одном только окне штора была откинута, мелькали разноцветные всполохи. Всей душой я мечтал там оказаться.

Прямого подхода к окнам учебного корпуса не было. Беты педанты, и мой однокурсник уже все просчитал и развел руками.

– Не сказать, что мы чего-то достигли.

– Только не ной, – я не хотел сдаваться. Хотя самое лучшее определение всему было бы – пошлятина.

– Заберемся на крышу складского пристроя, там в окно влезем, – высказал дельное предложение альфа.

Он тотчас подтащил две доски, поставил их под уклон, получилась горка. По горке мы забрались на крышу. Я трусил, альфе пришлось меня страховать, держать за руку. Неожиданно внизу кто-то крикнул: “Собак выпускай, темнеет.” Мы с Крисом переглянулись, поежились. Как-то не подумали, что двор охраняется собаками. Запоздало выдохнули с облегчением.

Все окна, доступные с крыши склада, оказались закрытыми. Влипли. Тут закрыто, внизу собаки. Кричать и просить помощи было глупо, еще обвинят в краже со взломом. Последнее я, в задумчивости, сказал вслух.

– Взлом это по-нашему, – альфа ухмыльнулся и стал вглядываться в окна.

– Надо найти окно в коридор, аудитории могут быть заперты на ключ, – пришла очередь Криса сказать полезное.

Мы все прилипли к стеклам, высматривая внутри коридор. Нужное окно, к счастью, нашлось. Пару стекол, рамы-то двойные, альфа сумел аккуратно выставить. Интересно, на каком факультете он учится? Нам повезло, что здание старое, тогда никаких стеклопакетов не знали.

Изображать форточника вызвался я. Крис упитанный, альфа вообще здоровый. А я худой, спортивный. Внутрь проник легко, встал на широкий подоконник. Альфа снова меня страховал, чтоб не свалился, держал за голени. Короткая битва со шпингалетами, и створка окна распахнулась. Мы дружно захохотали и, взявшись за руки, спрыгнули с подоконника на пол. У нас получилось!

– Танцуем! – завопил я и первым помчался скачками по лестнице, в зал.

Наверно, адреналин требовал выхода, потому что я влетел на дискотеку как ракета, потеряв по пути своих подельников. Удачно звучал забойный Ottawan, я швырнул куртку на ближайший стул и оторвался на все сто. Я вообще здорово танцую, но тут показал высший класс.

Мэтт налетел на меня с криком “Кнопка, ну ты даешь” и утащил к окну. Спрятавшись за шторой, мы начали целоваться, и я окончательно уверился, что мой странный поступок был не зря. Хотя я ожидал большего удовольствия от поцелуев Мэтта и невольно отстранился от него. Так бывает, мечтаешь, предвкушаешь, а действительность разочаровывает. Наверно, во мне еще бурлил азарт от незаконного проникновения на дискотеку, и хотелось разделить его с Мэттом. Похвастаться. А потом уж целоваться.

– Почему ты опоздал? – Мэтт накручивал на палец прядь моих волос, положив другую руку мне на поясницу и притягивая ближе к себе.

Я задумался, какую версию выдать, смешную или героическую, но тут Мэтт брякнул:

– Прикинь, какие-то идиоты сейчас лезли через забор. Пошлятина, какую поискать. Я тут стоял, видел.

– И что? – мне впервые не понравилось, как он это сказал.

– Только не говори, что ты там был, – Мэтт уставился на меня явно неодобрительно.

– Я и не говорю! – вдруг стало обидно и пусто на душе. Как будто из шарика выпустили весь воздух. Я так рвался к нему, а он – пошлятина. Смысл стоять тут, за шторой, пропал. Я оттолкнул Мэтта и вернулся в зал.

– А мы тебя ищем, – раздался веселый голос Криса.

– Ищем, – подтвердил альфа и, взяв меня за руку, наклонил голову. – Винц.

– Сэнди, – я слегка сжал руку Винца и, заметив удивленный взгляд Криса, показал ему язык. Крис что-то там себе понял и исчез.

– Выпьем за знакомство? – Винц мотнул головой в сторону бара. – И за наш успех.

– Давай.

Мы пробрались сквозь плотную толпу и я сел за столик, благодарный Винцу за его спокойное присутствие и поддержку. Чувство азартной радости вернулось. Взяв в баре пару коктейлей, Винц направился ко мне. В его кармане зазвонил телефон.

– Достань, пожалуйста, – Винц повернулся ко мне боком, ставя высокие запотевшие стаканы на стол. – У меня руки мокрые.

Я сунул руку в чужой карман, вытаскивая телефон. Что-то упало на пол, и я нагнулся, досадуя на свою неловкость, и поднял… студенческий билет Винца.

– У тебя был билет? – я не верил своим глазам. – Зачем же ты тогда с нами… через забор?

– Хотел тебе помочь, – Винц пожал плечами. – И так глупо попался.

– Помочь? Мы даже знакомы не были.

– Ты стоял там у входа такой потерянный, чуть не плакал.

– Винц, – я не знал, что сказать. Этот вечер был похож на калейдоскоп. Картинки менялись причудливо и непредсказуемо.

– А давай на брудершафт выпьем, – мой спаситель, видимо, решил, что терять ему больше нечего, разоблачение уже случилось. – Ты мне ничего не должен, не думай даже.

– Угу, – я протянул свой стакан, сгибая руку колечком, и Винц тоже, но выпить мы не успели.

– Кнопка, что за пошлятина, – раздался у меня над ухом злой голос.

Винц дернулся, но я жестом его остановил. Мэтт схватил меня за волосы, оттягивая мою голову назад, чтобы я посмотрел на него. Как будто туго сжатая пружина распрямилась внутри меня. Я резко вскочил, содержимое стакана выплеснулось Мэтту под ноги.