Родственные души - Дэй Леклер

— Привет, малышка, — тихонько произнес он. Она уткнулась носом в веревочные волосы Долли и еле слышно ответила:

— Привет.

— Я знаю, ты сердишься на меня. Прости, я тебя обидел.

— Ничего.

— Что значит «ничего»? — Он опустился на кровать и усадил ее к себе на колени. Она свернулась калачиком и прижалась щекой к его груди. — Давай поговорим.

— Ты меня накажешь? Он прикрыл глаза.

— Нет. Ты ничего плохого не сделала. — А про себя подумал: ты всего лишь веришь выдумкам и жутко пугаешь этим меня, напоминая, что ты дочка Мейз.

— Ты велел мне сидеть на кровати, — напомнила ему Ривер, так как для нее это было самым страшным наказанием.

— Знаю. Но это для того, чтобы ты не выходила больше из дома искать драконов, пока я моюсь.

Она вздохнула.

— Ненаглядная моя девочка, ты же знаешь, как я тебя люблю и что никогда не обижу. Но я не могу допустить, чтобы ты и дальше верила в то, чего не существует.

— Драконы существуют, — упрямо повторила она.

— Нет, Ривер, не существуют. Драконов нет. И фей тоже.

— Но Юстис…

— Ее зовут не Юстис, а Джей Ранделл, и она не фея. И никогда феей не была. Книжки пишет ее сестра. Она выдумала героиню, похожую на Джей. Сестры так иногда поступают, потому что любят друг друга.

Рейвен услыхал шорох и повернул голову — в дверях стояла Джей, и он сделал ей знак войти. Он знал, что ей не понравится то, что должно сейчас произойти. Возможно, после этого она вообще не станет с ним разговаривать.

— Если я помешала, то зайду позже, — сказала Джей.

— Скажи ей. — Он посмотрел на нее — на вторую женщину в его жизни, которую он полюбил. — Скажи Ривер правду.

В глазах Джей промелькнул ужас.

— Что?

— Ты же слышала. Все кончено. Она покачала головой.

— Пожалуйста, Рейвен, не делай этого. И меня не заставляй.

— Все кончено, Джей. Ты представляешь, что могло случиться, если бы она вышла из дома, а мы ничего не знали бы? А теперь скажи ей правду. Скажи!

Джей нерешительно подошла и опустилась на колени перед Ривер. Она взяла девочку за руки. Видно было, что она мучительно подбирает наименее ранимые слова.

— Милая моя, папа прав — я не фея.

— Ты и должна так говорить, — последовал незамедлительный ответ.

— Правильно. Если бы я была феей, я должна была сказать: «Я не фея». Так написано в сказке. — Джей облизала пересохшие губы. — Но феи не могут говорить не правду. Ты ведь это помнишь? Они могут сказать, что они не феи, но сказать, что они люди — не могут.

В детских глазах появились слезы. Ривер отчаянно замотала головой, не желая верить словам Джей.

— Нет. Ты — фея.

— Я не могу сказать тебе не правду, душечка. Я — живой человек, а не фея. Феи не существуют. И драконы тоже. И тролли. Их выдумала моя сестра.

Рейвен видел, как болезненно рушатся мечты его дочери. Он прижимал к груди ее маленькое тельце, которое сотрясали молчаливые рыдания.

Джей встала. На ее лице была написана такая же безнадежность, как и у Ривер. Она посмотрела прямо в глаза Рейвену, и он увидел, как она страдает.

— Я никогда тебе этого не прощу, — тихо произнесла она и вышла из комнаты.

Прежде чем уехать из коттеджа, Рейвену оставалось сделать только одну вещь. Взяв топор, он вошел в гараж, где располагалась подсобка. Он отключил кабель компьютера от электричества, затем, подняв топор, одним мощным ударом разбил его вдребезги.

— Перевари-ка это, — пробормотал он.

Весь обратный путь в Денвер Джей просидела молча. Рейвен отвез ее прямо в аэропорт. Ривер крепко обняла Джей и поцеловала. Девочка больше не плакала. Наверное, она выплакала все слезы или, возможно, как люди, лишившиеся своей мечты, она одновременно утратила способность плакать. Так было с Джей после смерти мамы.

— Тебе вовсе не надо возвращаться в Сиэтл, сказал Рейвен.

— Боюсь, что надо. — Джей старалась говорить твердым голосом.

— Даже после прошлой ночи?

— Ты считаешь, что мы сможем продолжать наши отношения?

— Да.

— Без фантазий и выдумок? — Она грустно взглянула на него. — Без фей и драконов и без книг Джека Кролика?

— Да.

Она покачала головой.

— Мне очень жаль, Рейвен, но для меня это немыслимо.

— Что произошло с практичной мисс? — раздраженно произнес он. — Ты больше не прагматик?

Она посмотрела на него, и это был взгляд мечтательницы.

— О черт! — пробурчал Рейвен. Джей улыбнулась ему.

— Я летала обнаженной на бабочке и не смогу уже остаться прежней, такой, какой была до этого.

Ее замечание больно его задело.

— Может, ты просто не хочешь ею быть?

— Ты прав — не хочу. — Молодая женщина вынула из сумочки билет на самолет. — Я долго жила, веря, что мечты — это фантазия. Больше так жить я не могу. Особенно из-за того… Из-за того, что они могут сбываться.

— Ты не понимаешь… — с трудом вымолвил Рейвен. — Я не говорил тебе… о Мейз… о том, как она умерла. — Он схватил ее за плечи и торопливо произнес:

— Ее убили фантазии. Она вышла под дождь, совершая какой-то магический ритуал. Она уже была больна, а постояв под дождем… — Он замолк. — Я не могу допустить, чтобы подобное произошло опять. Я должен обезопасить от этого Ривер.

— Мейз умерла не от фантазий, — мягко сказала Джей. — Ее убила пневмония. А ты находишься во власти страха и не видишь звезд у себя над головой.

— Я не могу. — Рейвен был непреклонен. — Это опасно.

— А ты попробуй поверить. Нас вдохновляют на поступки мечты. Они дарят нам надежду. Он отпустил ее и повторил:

— Я не могу.

— Скажи лучше — не хочу.

— Пусть будет так. Не хочу. — Он протянул ей пакет. — Вот, возьми.

Это была книжка Джека Кролика, которую Джей привезла Ривер. И этим было сказано все. Разочарование болезненно пронзило женщину. Она взяла книгу и в последний раз взглянула на Рейвена, стараясь навсегда запечатлеть его лицо.

— До свидания, Рейвен. Будь счастлив. Подхватив чемодан, она ушла. Слезы жгли веки, но она улыбалась. Джекки гордилась бы ею, так как она, наконец, поверила в мечты. Жаль только, усмехнулась она, что эти мечты остались позади и связаны с воином, уставшим от битв и разуверившимся в возможности счастья… с феей.