Любовь не обсуждается - Ася Невеличка

Как он нашел? Я же все удалила!

Никита не был дураком. Это был его телефон и там наверняка были нужные настройки, чтобы все восстановить.

Черт! Скорее всего, он уже связал торчащие концы вместе и понял, для кого предназначался тот снимок.

Я жалко улыбнулась, сделала один шаг назад, второй… А потом развернулась и побежала в ванную. Закрылась на защелку за секунду, как Никита ударился в дверь.

– Открой! – рявкнул он.

– Нет. Уезжайте домой. Вас жена ждет!

– Открой. Мы только поговорим.

– Я не хочу разговаривать.

– Хорошо, не будем. Открой.

А потом Тобольский просто рванул дверь, выдирая и ручку, и щеколду с корнем, схватил меня и перекинул через плечо.

Я верещала недолго, только до момента, как он уронил меня на кровать и прижал сверху.

– Я не знаю, что за игру ты ведешь с моим братом, но ты – моя! И пока я не отпущу тебя – ты останешься моей.

Больше мы не разговаривали. Он сразу заткнул мне рот властным поцелуем и уперся концом между ног.

Не знаю, какая мешанина из чувств была у меня в голове. Страх, унижение, вина в какой-то степени, но уж точно не возбуждение. Я слышала про секс после ссоры и что эмоциональные качели всегда накаливают страсть… Но это не про меня.

Я была в этом уверена.

Поэтому свой первый стон в его открытый рот стал неожиданным для меня, а не для него. Его это улыбнуло. И он продолжил свое наступление на мое безоружное и неготовое к его натиску тело.

Я изгибалась, но все чаще не для того, чтобы вырваться, а чтобы, наоборот, как можно ближе к нему прижаться, потереться о его жесткое, угловатое тело с выпирающими в нужном месте отростками.

Когда Никита нарочно выдвинул бедра вперед и сильнее вжался мне между ног, я почти дугой выгнулась от наслаждения и подспудного желания большего. Но вот от его пальцев, нагло отодвинувших кромку белья и погрузившихся между моих влажных складок, я захныкала.

Почему-то я была уверена, что он снова раздразнит меня и бросит. Но я неправильно думала. Я недооценила его собственнические чувства, его эгоизм и жадность.

То, что сегодня ночью все будет до конца, я поняла, когда его жадные губы впились в сосок, втягивая его в рот на грани терпимости. Еще чуть-чуть, и я бы закричала. Но Никита филигранно чувствовал, когда надо остановиться.

Он дул на сосок и тут же прикусывал другой, заставляя меня извиваться от боли и желания. Я пылала и плавилась в его руках, уже избавленная от белья и стыда. Мне было все равно, где его губы и что вытворяют, я могла только просить еще и еще.

Наверное поэтому не сразу сообразила, зачем Никита поменял положение тела, а потом вскрикнула, почувствовав его конец внутри себя. Но боли не было. Наоборот, мне снова было мало!

– Уже все? – разочаровано прохрипела я, пытаясь рассмотреть его лицо.

Но Никита был напряжен, а не расслаблен.

– Нет, – выдохнул он. – Мы же не спешим?

Наверное, нет. Хотя я растерялась. Это уже секс или все еще прелюдия?

Никита вышел, а я разочаровано простонала. Пусть с этой штуковиной между ног было странно, но мне понравилось обнимать ее внутренними мышцами. А теперь я чувствовала только боль от растяжения.

Когда он второй раз вставил только головку, буквально чуть-чуть, я подсмотрела, то поняла, что он пытается меня растянуть, чтобы причинить как можно меньше боли.

Но я-то уже сосредоточилась на этих его проникновениях и возбуждение схлынуло. Стало просто неприятно. Я выжидала, когда же уже все кончится.

– Нет, Ира, так не пойдет, – пробормотал Никита и надавил на клитор, оглаживая и дразня его подушечкой большого пальца.

Небо сразу закатилось, тело тряхнуло от новой волны запущенного им тока, и я растворилась в будоражащих ощущениях. И это было прекрасно! Наверное лучше, чем секс.

Потом снова поцелуи, буквально высасывающие душу. И объятия, в которых хотелось раствориться.

У меня кружилась голова от его запаха, его прикосновений, его хриплых слов, как он сходит с ума из-за меня. Я сама сходила. Такой взрыв чувственных ощущений невозможно себе представить, ни разу не ощутив. И невозможно забыть, если хоть раз такое пережил.

Вот именно в этот момент, когда я растекалась патокой под ним, млея от новых для себя переживаний, стараясь запомнить каждый прекрасный миг, чтобы потом не торопясь подумать, Никита сделал рывок своим огромным членом, зажимая меня руками как в тиски и придавливая к постели.

А я закричала, обожжённая болью изнутри!

Глава 13. Секретики

Утром я чувствовала себя развалиной.

Вроде все как обычно, и все равно как-то не так. Никита остался спать в моей кровати, а Костя вовремя заехал, чтобы отвезти в универ.

– Босс не против? – тихо поинтересовался он.

– Не против чего? – я не сразу сообразила, чего это Костя тревожится.

– Ну… это… Может, тебе сегодня прогулять учебу?

Я скривилась. Одна мысль, что Тобольский снова полезет мне своей штуковиной между ног, ужаснула.

– Я не могу пропускать! У меня экзамены на носу!

Кто бы думал, что желание избежать секса так мотивирует к учебе.

На лекциях я больше прислушивалась к себе, чем к преподавателю. Вроде не больно. Но как-то неприятно. Вроде не тянет, и все равно хочется завернуться в одеялко и полежать.

И поплакать.

– Ты чего? – не выдержала Гелька моих мысленных стонов и вздохов.

Я пожала плечами. Не уверена, что готова поделиться с подругой своим первым опытом. У меня самой еще нет четкого понимания, что все произошло. Но надо знать Гельку и ее настойчивость, чтобы понимать, что никакая тайна дольше чем до обеда во мне не удержится.

– Долго так свербеть будет? – задала я главный вопрос, после того как все ей рассказала.

– А насколько у него большой? – застряла подруга на своем интересе.

– Ну, большой. Больше, чем я способна в себя вместить.

– На руке покажи, – допытывалась она.

А мне ничего не оставалось, как примерно прикинуть и выдать неприличным жестом.

– Не может быть! – заключила она.

– Может, – подтвердила я, заливаясь краской.

– Таких не бывает, – продолжала гнуть свое Гелька.

– Я сама видела! И не только…

– У страха глаза велики, – заключила она. – Так что теперь? Когда обратно?

Я не сразу сообразила, о чем она, а потом до меня дошло! Раз я лишилась главной особенности для Тобольского, значит, скоро он меня отпустит.

Настроение сразу поднялось, но Гельку я с собой брать не стала. Вдруг меня уже сегодня от ворот поворот ждет?