Соблазненная принцем - Кристина Додд

— Мне скучно, — заявил принц Сандре де Гиньяр, положив последнюю карту на кучку сброшенных карт.

«Скучно? Конечно, вам скучно. Мы принадлежим к самой могущественной семье в Морикадии. Мы с вами — самые могущественные из де Гиньяров, а вынуждены коротать время в ваших личных дворцовых апартаментах за игрой в карты».

Но Жан-Пьер не сказал всего этого вслух, а предложил другое:

— Можем посетить бал в отеле «Тонагра». Раньше вам это доставляло удовольствие.

— Раньше — это когда? — раздраженно оборвал его принц. — До того, как меня обесчестили и унизили перед всей страной? Перед всем миром? И это была твоя вина, Жан-Пьер, не думай, что я не помню этого.

— Да, ваше высочество, — сказал Жан-Пьер, — и я ценю вашу доброту, позволившую мне сохранить свое положение самого преданного вашего слуги.

— Иногда, Жан-Пьер, мне не кажется, что ты преданный мне человек.

Принц Сандре, темноволосый, голубоглазый, атлетически сложенный, на самом деле не верил этому. Он возвысил Жан-Пьера, известного всем сына самой большой потаскухи из семейства де Гиньяров, до человека, ответственного за безопасность и борьбу со слухами о революции. По правде говоря, деятельность Жан-Пьера по обеспечению безопасности принца была абсолютно безуспешной, но к тому времени, как принц Сандре оправился после «инцидента», было подвергнуто пыткам и повешено достаточно много людей, чтобы удовлетворить жажду мести, появившуюся у Сандре.

Хотя кто знает, достаточно ли этого было?

Поведение Сандре ставило Жан-Пьера в тупик. Он думал, что ярость Сандре после «инцидента» дойдет до белого каления. Он ожидал, что его бросят в подземную тюрьму и в лучшем случае оставят там гнить, а в худшем — выпустят ему кишки и отдадут на растерзание крысам. Однако принц Сандре прятался в своих комнатах, читал книги и не желал появляться на публике из опасения, что над ним будут смеяться, изредка выезжая тайно в карете без опознавательных знаков в водолечебницу, чтобы посидеть в целебном ледяном источнике, жалуясь на жизнь голосом, который был на две октавы выше нормального.

Поэтому Жан-Пьер управлял страной так, как ею и предполагалось управлять, — с явным намерением сломить бунтарский дух морикадийских крестьян, потому что среди них ходили слухи о том, что скоро придет подлинный король и освободит их от угнетения де Гиньяров. А Жан-Пьер был намерен пресечь эти слухи и уничтожить тех, кто их распространяет.

Однако все остальное время ему отводилась роль няньки при его кузене-принце, который теперь попросту праздновал труса.

— У нас есть пленник в подземной темнице, — сказал он принцу Сандре. — Я собирался повесить его утром на площади в Нижней Тонагре. Не хотите ли, чтобы вместо этого его повесили сейчас?

— Я не покажусь на публике! — возразил Сандре, словно капризный ребенок.

— Сейчас ночь. Если вы наденете плащ и широкополую шляпу, никто вас не узнает, — сказал Жан-Пьер.

По правде говоря, принц так давно не появлялся на публике, что даже если бы он исчез совсем, никто бы этого не заметил…

Эта мысль удивила самого Жан-Пьера. Потрясла. Он жил, чтобы служить принцу Сандре. Однако… что ожидал Сандре? Ведь это сам Сандре превратил его в чудовище, которое убивает и подвергает пыткам людей. При одном появлении которого мужчины прячутся, а женщины и дети убегают без оглядки. Это Сандре научил Жан-Пьера быть безжалостным. Если бы принц был таким умным, каким всегда считал его Жан-Пьер, он понимал бы, что результаты такого обучения могут оказаться смертельно опасными… для него самого.

Жан-Пьер внимательно взглянул на принца, и на мгновение он показался ему похожим на прежнего Сандре.

— Да. Да! Как это приятно. Казнь через повешение в ночное время! Уверен, что этот парень боится наступления утра. А мы из милосердия устраним его страхи.

Жан-Пьер, выиграв партию, встал, подошел к двери и подозвал ближайшего дворцового стражника.

Стражник подбежал к нему, но в его глазах был нескрываемый ужас.

— Как тебя зовут? — спросил Жан-Пьер.

— Меня зовут Салазар, ваша честь.

— Все правильно. Ты новенький, — сказал Жан-Пьер. Стражник был из пополнения, которое он набрал после того, как пришлось убить стражников, пытавшихся заколоть его кинжалом. — Я бросил твою жену в темницу, не так ли?

— Да, ваша честь.

— Ну что ж, тебя ждет хорошая новость. Ты сможешь навестить ее. Но сначала скажи Биттору, чтобы привели наверх Агвирре. Мы повесим его нынче ночью.

Салазар вытаращил глаза и лихорадочно сглотнул.

— Биттор… Я должен говорить с Биттором?

Биттор, начальник королевской стражи, был скорее чудовищем, чем морикадийцем: тощий, с длинными белыми зубами и мрачными глазами. Его вид пугал стражников — и не без веских оснований. Ходили слухи, что он любит применять к женщинам самые изощренные пытки.