Другие Мы - Елена Сокол

половое созревание, бунт гормонов. – Дин кивает в сторону удаляющейся парочки. – А она – яркая девчонка, естественно, что его к ней влечет. Ему просто повезло, что она обратила на него свое внимание. Ну, повстречаются пару месяцев… – Он хмурится, натыкаясь на несогласие в моих глазах. – Ну, окей, полгода. А потом все равно разбегутся: он найдет себе другую дурочку, а она себе парня покруче. Так бывает всегда!

Дин разводит руками. Он явно ощущает себя победителем.

– Про любовь я с тобой точно спорить не буду. – Говорю я, качая головой. – Не всем дано понять и испытать это чувство. А таким, как ты, уж тем более.

– Каким таким? – Смеется он. – Победителям по жизни?

– Самовлюбленным бездельникам!

– Если я хорошо провожу время вместо того, чтобы сидеть в библиотеке, это не значит, что я бездельник.

– Спортом мозги не прокачать.

– Ах, да, вот это уж точно. – Злится Дин, нависая надо мной. – По-твоему, в игре не нужно быстро соображать?

– Соображать в игре и быть всесторонне развитым – не одно и то же. – Парирую я с усмешкой.

– Вот почему у тебя до сих пор нет парня! – Тычет он меня пальцем в предплечье. – Ты вынесешь мозг любому за три секунды!

– Да-да, я помню, что тебе нравятся красивые дурочки. – Сбрасываю я с себя его палец, дернув плечом.

– С ними весело. – Цокает языком Дин.

– Особенно, если не разговаривать, да?

– А тебя, значит, возбуждает ум? – Напоминает он о моих случайно брошенных словах.

– Еще ка-а-к. – Ухмыляюсь я.

– Значит, ты, все-таки, способна возбуждаться? – Играет бровями Дин. – Следует сообщить об этом, хотя бы, в соцсетях, а то парни, глядя на тебя, думают, что ты – ледышка!

Я застываю с открытым ртом.

– Все. С меня хватит. – Говорю устало и отворачиваюсь к окну. – Если бы я не знала, что ты такой болван по жизни, то непременно решила бы, что ты потерял душу во время перемещения.

– Ах, да – теория о потере душ. – Язвит он.

Минуту мы сидим, молча, затем Дин вздыхает:

– Как думаешь, мы вообще способны находиться в одном помещении и не пытаться перегрызть друг другу глотки?

– Ты первый ко мне цепляешься. – Цежу я сквозь сжатые зубы.

– Ну-ну. – Хмыкает он. – И, все-таки, да. Ты права. Эти ребята довольно милые. Глядя на них, задумываешься, что мы с тобой могли бы вполне нормально общаться.

– В другой вселенной. – Уточняю я.

– Хотя бы.

– Дин, там… – Застываю я, прильнув к окну. И тут же спешу отпрянуть. – Прячься!

– Кто там? – Пригнув голову, шепчет он.

– Наклонись еще. – Прошу я, утягивая его вниз. – Ну, ты и махина!

– Просто эта машина не больше корзины для белья, – кряхтит он, пригибая голову к коленям. – Да кто там?

– Якоб и Марк. – Шепчу я.

– А, это те тюфяки, которые… – Дин поднимается и вытягивает шею.

– Не высовывайся! – Рычу я, дергая его за ворот футболки и заставляя наклониться обратно. – Не забывай, это Якоб и Марк из другого мира. Если они нас увидят и захотят поговорить?

– Да я даже не здороваюсь с этими придурками!

– Да. Там, в нашей вселенной. – Напоминаю я. – А что будет в этой, если они увидят одновременно нас с тобой и других Люси и Дина? А?

– О-о-о… – Доходит до него. – Точно…

– Вас там, в хоккее, наверное, часто бьют по голове? – Решаю уточнить я.

Дин прищуривается, чтобы испепелить меня огненным взглядом.

– Может, нам пора объявить перемирие на то время, что мы здесь застряли? – Предлагает он. И протягивает ладонь. – А то соблазн прикончить тебя увеличивается с каждой минутой.

– Предлагаешь мне временно отказаться от идеи надеть тебе пакет на голову и крепко замотать у шеи скотчем?

– Именно так.

Наверное, мы выглядим забавно: сидим, скрючившись, и косо смотрим друг на друга. Но я, все же, протягиваю ладонь.

– Идет. – Говорю я, когда он ее жмет. – Но ты больше не зовешь меня занудой.

– Но если ты и есть… – Дин качает головой. – Ладно! Идет. А ты не цепляешься ко мне.

– Я попробую. – Обещаю я.

– И никаких Динь-Динь.

– Тогда ты забудешь про Люсинду.

И едва он дарит мне подобие улыбки, как кто-то громко стучит нам в стекло.

18

– Вы должны это увидеть своими глазами. – Говорит нам Дин-«номер два», постучав в окно.

Мы опасливо приподнимаемся и проверяем ту сторону улицы, где только что видели Якоба и Марка. Парней уже нет, они ушли. А раз опасность миновала, мы с Дином, как по команде, выпрямляемся.

– Что такое? – Спрашиваю я, опуская стекло. – Что увидеть?

– Трудно объяснить, лучше посмотрите сами. – Отвечает другой Дин, обходит автомобиль и опускается на пассажирское.

– Да что стряслось? – Касается его плеча настоящий Дин.

В машину садится и другая Люси. Вид у нее тоже невеселый.

– Вы нашли Григория? – Спрашиваю я у нее.

– Его квартира заперта, – отвечает вместо нее ее парень, оборачиваясь к нам, – но мы спросили у соседей, где можно найти Новикова. И они посоветовали сходить в маленький магазинчик за углом.

– И вы сходили?

– Да.

– И что там?

Они переглядываются.

– Так как нам лучше не появляться на людях вчетвером, мы с Люси решили дать вам возможность самим увидеть это своими глазами. Отправляйтесь, а мы подождем вас здесь.

– Да что такого вы там увидели? – Взволнованно спрашиваю я.

– Я пошел. – Коротко бросает Дин, выбираясь из машины.

Мне ничего не остается, кроме как повиноваться. Я открываю дверцу со своей стороны, выбираюсь из салона и спешу за ним.

– Подожди, Дин!

Ноги у него длинные, шаги – размашистые. У меня не сразу получается за ним угнаться, и мы равняемся только метров через сорок.

– Нужно было прописать в условиях нашего временного перемирия, что