Пустышка - Дина Павлова

— Ну, мы дружили…

— Как выглядела ваша дружба? Я имею ввиду период до твоей встречи с Тиграном.

Грустно улыбаюсь.

— Знаешь, когда мы жили в интернате… Мы были очень разные. Я — тихоня, отличница, любимица преподавателей. А она — задира, хулиганка, троечница. Но когда меня кто-то пытался обидеть, она за меня горой вставала, — невольно всхлипываю, — Она была очень хорошей.

— А когда ее хотели наказать преподаватели за очередной косяк, то тут горой вставала ты, благодарная ты моя, — кивает.

— Откуда ты знаешь?

— Оттуда… — качает головой, — Это не дружба у вас была. Точнее, и дружба тоже, но больше симбиоз это. Помнишь из курса биологии случай полипа и рыбки-клоуна?

— Не очень, — растерянно улыбаюсь.

— Рыбки-клоуны это маленькие красивые рыбки, и чтобы их никто не съел, они живут между щупальцев полипа. В случае опасности они туда прячутся. А полипы умеют жалить, поэтому их никто не трогает.

— А зачем полипам это нужно? Ну, давать убежище рыбкам?

— Клоуны защищают щупальца полипа от паразитов: их любят есть крабики, а рыбки этого не позволяют. — Андрей замолкает на несколько секунд, не сводя с меня глаз. — Так можно ли считать что полипы и рыбки-клоуны — друзья? А они хотя бы не вредят друг другу.

Глава 25. Лиля. Задержка

Следующие дни проходят без каких-либо эксцессов. Больше никаких звонков, визитов и иных травмирующих событий. Аня не знает ни моего нового адреса, ни телефона. Странно, что она так и не пронюхала где я работаю, видимо считает что я живу за счет нового кавалера. А я не хочу ее разочаровывать. Не дай бог они выйдут на Андрея, мне страшно от этой мысли.

Новая жизнь в новом для меня доме мне очень нравится. Я потихоньку меняюсь и иногда не узнаю сама себя. Андрей прав — мне нужно доучиться, но восстанавливаться я буду весной, а пока… Пока я набираюсь сил. Мне с каждым днем становится все легче. Жизнь больше не напоминает мне бесконечное мучение. Мое тело становится здоровее, даже появились первые мышцы. Я похорошела, заметно похорошела.

А еще я научилась готовить борщ. Правда мы с Андреем делаем его вместе, так веселее. В нашей маленькой квартире так уютно, так хорошо, что прошлое и вспоминать не хочется. Мне уже кажется что не было Тиграна, не было долгих трех лет неудавшегося брака, не было ничего… Моя жизнь началась только сейчас.

В один из вечеров, ужиная после работы, я, смеясь, что-то рассказываю Андрею, какую-то ерунду, замечая что он отчего-то задумчив. Будто у него какие-то неприятности.

— Посмотри-ка, снег пошел… — вдруг произносит Андрей, поднимаясь и подходя к окну. Я встаю следом, и, обвив его руками, утыкаюсь в плечо. И действительно, в свете уличного фонаря летят огромные белые хлопья.

— Как мне хорошо с тобой, — я говорю это на выдохе, как что-то само собой разумеющееся, — кстати, ты не говорил мне… Никто в ту квартиру больше не приходил? Я имею ввиду подружек Ани.

— Приходили, — поворачивается, касаясь ладонью моих волос, — Дня через три как въехали жильцы опять эта стерва являлась. Они мне и рассказали.

— Боже, — меня почему-то это пугает, но Андрей меня целует, успокаивая, — один раз приходила только… Когда поняла что ты куда-то делась, все. Как бабка отшептала.

Киваю. Значит уже месяц меня никто не ищет, уже хорошо. Вымученно улыбаюсь и снова прижимаюсь к Андрею. Только в его объятиях я чувствую себя спокойно. Он теплый, свой. И с ним ничего не страшно, он меня защитит и от Ани, и от Тиграна…

— Лиля…

Поднимаю голову.

— У меня к тебе вопрос… Немного некрасивый, личный, но ты должна меня правильно понять…

— Спрашивай, — уверенно киваю.

— У тебя из-за твоей болезни этих дней совсем не бывает что ли?

— Каких дней? — в горле становится сухо, а в голове возникает паника. Я тщетно пытаюсь вспомнить когда у меня должны начаться месячные… Боже…

— Тех самых, ну которые у всех девушек… Ну, тех.

— Нет, я поняла… А что?

— Мы живем вместе уже больше месяца… А встречаемся еще дольше. И их ни разу не было.

— Это… — я сажусь за стол и делаю несколько глотков кофе, — Это нормально. У меня бывают задержки, цикл неровный. Ты не обращай внимания. Плюс возобновление сексуальной жизни, это влияет, понимаешь?

— Лиля, я за тебя переживаю. Давай ты к доктору сходишь?

— Мне не надо ни к какому доктору! У меня все хорошо, — поставив чашку, пулей вылетаю из кухни и запираюсь в ванной. Мои руки дрожат. Нет! Я не могу быть беременна. Этого не может быть. Но… Задержка. Она не полтора месяца, а три! Как мы начали встречаться… Тогда у меня цикл и прервался. А я… Я забыла. Я вообще перестала замечать что у меня нет месячных. Дура! Боже, какая я дура! Не зря меня Тигран выгнал. Еще и Андрей выгонит.

Касаюсь ладонью лба. Нет, это не может быть беременностью. Скорее всего задержка из-за болезни. Надо успокоиться.

Возвращаюсь обратно на кухню. Андрей сидит ни жив, ни мертв.

— Лиля, у тебя какая-то серьезная болезнь? Кроме бесплодия?

Похоже он тоже не верит в беременность, боится что я чем-то болею. Еще и помру чего доброго.

— Нет, я просто испугалась что могу быть беременна…

— Почему?

— Я все равно не смогу выносить. А выкидыш — это ужасно. — кусаю губы, — у меня что-то не то с маткой, плод не крепится. Последний раз я несколько недель лежала на сохранении, но плод спасти так и не удалось.

— Лиля, девочка моя, — вздыхает, — задержка может