Весеннее чудо для мажора - Юлия Гауф

Доброжелательно даже. По-родственному, я бы сказал.

— Полностью уверен! Если на словах не понимаешь, могу кулаками объяснить. Только не при Лизе, вряд ли ей понравится подобное зрелище, — выплюнул Витёк, и закатал рукава куртки.

Показательно так.

И на него абсолютно непохоже. Сводного брата я знаю плохо, виделись мы всего пару раз, но мелкого слюнтяя не переделать и не спрятать, а Витя именно слюнтяй.

Может, самоубиться хочет?

— Мазохист? Ну ок, сделаю тебе одолжение — поломаю, — пожал я плечами — хорошо подраться я всегда любил. — Лизка, вали домой, чуть позже прокатимся.

— Никуда я…

— Пойдешь, — перебил с ухмылкой. — Иначе я прямо сейчас, при всех тебя отшлепаю. Моя ладонь много-много раз встретится с твоей аппетитной попкой прямо сейчас, и этот убогий мне не помешает. Ты меня знаешь — слово я сдержу. Накажу. Впрочем, тебе, итак, капец, кудрявая. Довела! А теперь быстро домой!

— Вик… — растерянно позвала брата Лиза, и тот кивнул.

Лиза потопала к дому, то и дело оглядываясь и бурча себе под нос. Явно, всякие гадости в мой адрес.

— А теперь шутки в сторону, — я стер с губ улыбку, схватил придурка за плечо, и буквально поволок по улице за небольшой ларек, где никто мне не помешает. — Руку сломать, или ногу? Выбирай, сопля. А еще раз здесь увижу — и то, и другое сломаю.

Витёк даже не пытался сопротивляться — ни пока я тащил его по улице, практически волок, ни когда впечатал в стену ларька. Вроде и не очень правильно это — бить того, кто не сопротивляется, но этот чмошник достал трогать то, что принадлежит мне.

— Так что, — замах, и мой кулак впечатывается в скулу Вити, — руку ломать, или ногу? — быстрый удар в щеку, и в живот. — Или мне самому выбрать?

Он громко стонет, пытается свалиться, но я удерживаю, и замахиваюсь снова — сильнее нужно бить, чтобы не бесил, и к Лизе не лез.

— Подожди, мне нужно с тобой поговорить! — выкрикивает Витя, но мне плевать — наговорился уже.

— Дерись, мать твою! — пнул его в живот, пригвождая к стене ларька, и еще раз как следует вмазал по морде.

А затем еще раз, и еще.

— Стой… пожалуйста, — заскулил брат, и я закусил щеки изнутри.

Пересилил себя, отступил на шаг.

Это не драка, а хрень полнейшая. Избиение младенца. Придурок даже не пытался сопротивляться… тьфу.

— Я… я хотел предложить тебе денег, — задыхаясь прошептал брат, сползая по стене. — Просто оставь мне Лизу, а я… деньги? Машину отдать? — он сплюнул, сидя на корточках. Голос сиплый, ему явно больно. — Я могу на тебя свою машину переписать, только от моей девушки отстань.

— Ты в своем уме? — я тоже опустился на корты. — С чего такие жертвы?

— Так ты согласен?

Я скривился. Вся злость на него прошла, а презрение только усилилось — откупиться хочет вместо того, чтобы хоть попытаться себя отстоять. Будто я Лизу вообще продам — хоть за машину, хоть за все бабки этого гребаного мира… она не просто телка для перепиха, Лизу я люблю.

— Давай так, — Витя снова заговорил, задыхаясь, будто марафон пробежал, — я оставлю тебе пару ссадин на лице, ну, или ты сам. Ты отдаешь эти идиотские ключи, извиняешься перед Лизой и говоришь, что отстаешь. Что мы все с тобой решили, ладно? А на днях встретимся, и я свою машину на тебя перепишу. Или насчет денег договоримся. Мы ведь поняли друг друга? Мы же братья, а братья должны помогать друг другу. У тебя с деньгами полный швах, так ведь? Иначе бы ты не поселился в этой заднице Вселенной. Ну что?

— На хер иди со своими предложениями. Любишь ее? — зачем-то спросил я, и всмотрелся в лицо брата — оно уже начало опухать, по скуле змеится дорожка начавшей подсыхать крови.

Мне неприятно. Просто мерзко. Одно дело — играть в любовь, чтобы меня позлить, а другое… черт, не стоит их с Лизой представлять, иначе не сдержусь, и убью его нахер!

— Люблю. Очень, — кивнул Витя.

Вранье. А врать он не умеет, весь вид выдает.

Хочет ее? Да. Любит? Нет.

— Ясно. К Лизкиному бате хочешь подмазаться? — я сжал кулаки — на костяшках кровь брата, и я уперся кулаками в землю, стирая эту мерзость. — Богатая невеста так сильно нужна, что с тачкой готов расстаться? Ну ты и лох, Витюня.

И в этот момент мы оба услышали сердитое сопение, и громкие шаги.

— Вы здесь? Я видела из окна, и плевать мне на угрозы. Сама кого хочешь отшлепаю. Андрей, если ты убил Вика, я сама тебя убью, — непонятно, Лиза обращалась ко мне, или ко Вселенной, но сначала я услышал ее сердитый голос, а затем кудрявая предстала перед нами.

И ахнула, рассмотрев сидящего на земле Витю. Наклонилась к нему, а тот продолжал смотреть на меня. Вопросительно.

— Хрен тебе, а не Лиза, — я поднялся с кортов, и подошел к Лизе, суетящейся над моим братцем.

— Давай, я помогу… прости, Вик, я не думала, что все будет так, я… а ну отпусти! Отпусти немедленно! — ахнула Лиза, за что получила по заднице.

Я попросту взвалил ее на плечо, и понес по улице к дому.

Глава 10

— Андрей! — вскрикнула я возмущенно. — Ты… ты что творишь? Сдурел?

Он молчит. Взвалил меня на плечо, как мешок с картошкой, и по улице несет. Будто так и надо, и вообще вся эта ситуация в порядке вещей.

— Избил Вика чуть ли не до смерти — бедняга даже встать не мог. Я как чувствовала, что не нужно мне было уходить… да отпусти же ты меня! — я двинула Андрею коленом куда придется.

Пришлось в живот, но он продолжил идти, а вот мое колено заболело. Да и вообще, как-то не очень приятно висеть кверху задницей.

— Невестушку свою несешь? Эх, молодежь, — услышала я добродушный смешок, смогла извернуться, и увидеть деду Игоря.

Идет под ручку с пожилой дамой, прогуливается, и оба надо мной посмеиваются!

— Воспитывать несу, — соизволил Андрей ответить.

Еще и