Весеннее чудо для мажора - Юлия Гауф

— Божечки, хоть бы не задавить никого! А то в деревне всякие гуси-лебеди, собачки-козочки, — нервно приговаривала я, ведя машину прямо на Андрея.

Не чтобы задавить, а чтобы… не знаю. Пусть увидит! Вот только на меня он не смотрел — шел себе, камни пинал с дорожки.

Нет, так дело не пойдет!

Я поравнялась с ним, и остановилась, а затем опустила окно:

— Эй, красавчик, а куда костюмчик дедовский дел? — я положила локоток на окно.

Андрей остановился, и неверяще взглянул на меня.

— Интересно, кто тебе права дал?

Ну все, началось в деревне утро, как говорится.

— Я идеально вожу. А вот ты для служителя закона выглядишь как-то не очень, — я смерила взглядом драные джинсы и футболку, несколько мятую и с не очень приличными надписями на английском.

— Я всегда выгляжу не очень. А вот ты… что с волосами сделала? — нахмурился Андрей.

Тьфу, зануда.

— Давай, рядом сяду и проконтролирую. Подучу тебя. Открывай, — Андрей уже хотел было обойти машину, но я покачала головой.

— Я и сама прекрасно вожу, не надо меня учить.

— Помнишь, что теперь почти мент? — Андрей наклонился, взял прядку моих волос, и пропустил через пальцы. — Жесть, Лиз. Надеюсь, волосы такие не навсегда?

— Ой все, — я разочарованно вздохнула, и поехала дальше.

— Стой, блин! — услышала я окрик Андрея, и взглянула на тихую до этого момента дорогу, где… вот черт!

У меня чуть сердце из груди не выскочило. И от крика, и от того, что я чуть на человека не наехала. Буквально в полуметре от бампера стоит деда Игорь, в одной руке у него авоська с коричневыми пластиковыми бутылками — то ли пиво, то ли квас несет.

— От же ж шальная баба! — сплюнул дедок. — Чуть не убила. Понаедут со своих столиц, и честных пенсионеров давят.

— Да не убила бы она вас. Так, придавила бы маленько, — Андрей обошел машину, и я позволила ему открыть дверь.

А у самой руки маленько трусятся.

Кошмар какой!

— Это молодого, глядишь, и придавила бы. А меня сразу на смерть. Кости уже не те. Вот молодежь, — деда Игорь погрозил пальцем, — никакого понимания, никакого уважения.

— Простите, деда Игорь. Я не хотела, — высунулась я из машины, и всхлипнула.

Голос дрожит… да я вообще вся дрожу, того и гляди разревусь. А у меня макияж ведь. Буду как панда.

— А? Лиза? — прищурился старичок. — Тьфу, думал, какая-то новая цаца приехала, больно уж вид… кхм…

— Нормальный вид, — перебил Андрей. — Простите, Лиза не хотела. Первый день за рулем.

— Ну так научи девку рулить, а то у нас в деревне пенсионеров много. Глядишь, с таким вождением, проредит наши ряды.

Деда Игорь не стал ругаться, хохотнул, высказался, и обошел машину, чтобы двинуться дальше. А Андрей опустился рядом со мной, и захлопнул дверь.

— Откуда машина?

— П-папа п-подарил, — шмыгнула я носом.

— А права? Тоже папа подарил?

Я на пару секунд задержала дыхание, чтобы больше не заикаться, и хотела ответить, что сама получила, но Андрей ткнул меня пальцем в щеку.

— Не обижайся. Ладно, научу тебя водить, чтобы арестовывать не пришлось. Хотя… может, дать тебе суток пятнадцать, а? У нас в участке все условия есть, да и под присмотром будешь, — принялся зубоскалить Булатов, и добавил: — Кстати, больше таких дорогих подарков не принимай. Даже от родителей. А теперь трогайся, только плавно…

Андрей продолжил «обучение», а меня такая обида взяла. Ну умею же я водить! Умею! И в автошколе училась, и с папой каталась долго — сначала смотрела, слушала объяснения, а потом папа сам меня за руль пускал, сидел рядом, и контролировал. Да я… да я бы в жизни так не накосячила, как сегодня, если бы не Андрей! Наговорил гадостей про мою внешность, про права — тут кто угодно бы ошибся…

… наверное.

Ну я ему сейчас выскажу!

— Хватит мечтать, Лиза, трогайся уже. У тебя же автоматика, это не сложно. Не бойся, и не дрожи как заяц. Я ведь рядом, — Андрей накрыл мою ладонь, лежащую на руле, своей ладонью.

И ругаться я передумала. Вот просто язык не повернулся, после его милого «Я ведь рядом».

— Так, хорошо, только не нужно так вцепляться в руль, это же не спасательный круг. Придерживай, направляй движение, но не так дергано… вот, хорошо, молодец. А теперь плавно притормози… Лиза, плавно, а не так! — Андрей потянулся за ремнем безопасности. — А если бы скорость была не черепашья? Так нельзя тормозить.

— Да знаю я, — проворчала.

— Раз знаешь, то какого черта?

— Шпильки, — призналась я, и зажмурилась — сейчас он меня словами в землю закопает.

— Какие шпильки?

— Обувь. Туфли у меня на шпильках. Неудобно.

Я выдохнула, готовясь принять кару небесную… ну, или поток ругани и шуточек от Андрея, но услышала лишь невнятные ругательства, произнесенные сквозь зубы.

— Так, — выдохнул он, — ладно. Шпильки. Хм, больше за рулем никаких шпилек и каблуков. По крайней мере, первое время, ладно? Кроссы, балетки, кеды… да хоть босая катайся, но не на копытах. Поняла? Я не слышу, ты поняла?

— Поняла, не ори.

— А ты не строй из себя обиженную принцесску. Трогай, и поворачивай, проедем круг, и к дому, — скомандовал Андрей.

Так самодовольно скомандовал, что у меня аж скулы свело.

— Спасибо, о учитель! — я повернула, причем, сделала это идеально, чтобы кое-кому нос утереть. — Напомни-ка, а почему сапожник без сапог? Где же твоя машина?

— Продал. Бабки нужны были, в дело вложил. Скоро буду свою долю выводить полностью. Еще вопросы?

Я прибавила скорость, и просигналила разлегшимся посреди улицы кошкам, греющим пузо от жаркого деревенского солнышка.

— Почему ты сказал, чтобы я не принимала подарков от родителей?

— Я не говорил про все подарки. Только про дорогостоящие. Их не принимай, лучше сразу обозначь это. Помадки, туши, всякие сертификаты — пожалуйста, пусть дарят.

Обалдел, точно. Или как те кошаки, которых мы проехали, перегрелся.

— И с чего бы это? Мне папа квартиру обещал, как в город вернусь и диплом получу. Осенью покупать будем.

— Не будете, — Андрей снова потянулся