Уроки вежливости для адвоката - Вера Эпингер

— Всё, что нас раздражает в других, говорит о собственных недостатках, — он усмехнулся и тут же сменил тему. — Не вижу смысла ехать на двух машинах: лишние траты и неудобства для нас обоих. Садись ко мне.

— Не люблю от кого-то зависеть, — я проглотила язвительную фразочку Державина, прекрасно понимая, что он прав. Почему он меня так раздражает? Наверное, потому что такой же упёртый и наглый, как я сама. — Кроме того, у меня ещё дела в Сочи. Тебя же там кроме встречи с Бахтеевым ничего не держит?

— Ошибаешься. Или ты забыла про реванш? Сочи Автодром идеально подойдет, чтобы приструнить тебя.

Я прищурилась и, лишь на мгновение задумавшись, заглушила мотор. Хочет реванш? Он его получит. Только не на автодроме. Вся поездка будет реваншем.

— Идёт. Хочешь ехать на одной машине — окей. Хочешь погоняться — отлично. Только держи себя в руках, Державин. Попробуешь меня пальцем тронуть — пожалеешь.

— Не больно-то и хотелось, — хмыкнул Максим. — Садись.

Перенесла вещи в его машину и уселась на пассажирском сидении, не забыв сморщить недовольную мордашку: так, для проформы, чтобы кое-кто не расслаблялся.

Мы молчали. Негромко играла заводная игривая музычка, хоть как-то она разбавляла густое кисельное напряжение, висящее в воздухе. Сперва Державин пытался разговорить меня, но получать в ответ едкие комментарии ему быстро разонравилось. Послав меня к черту, он уставился на дорогу, а я мысленно пририсовала себе ещё одно очко победы.

Скинула сандалии и с ногами забралась на роскошное и невероятно удобное сиденье паркетника (даже не верится, что я это признала!). Я так давно не ездила на пассажирском на дальние маршруты, что сейчас, словно ребенок, с упоением глядела по сторонам.

Когда в колонках заиграли «Кукрыниксы — Ты для меня», недоверчиво покосилась на Максима — да ладно? Кто бы мог подумать, что у нас схожий музыкальный вкус.

— Расстаться легко… забыть очень сложно… и кое-когда, и кое-кого почти невозможно, — не удержалась и едва слышно подпела я.

— И в пору решить своей жизнью жить и больше не думать, — услышала голос Максима.

Повернулась к нему.

— Ты меня удивил.

— Взаимно, Женя, взаимно, — хмыкнул он и добавил громкость.

Я не возражала.

Мы больше не разговаривали. Перед глазами, под знакомые и любимые мной мотивы песен, проносились бескрайние поля и деревушки. Еще чуть-чуть и придётся тащиться по бесконечным станицам и поселкам, простаивать в пробках под палящим солнцем; только потом — мои любимые горные серпантины, на которых захватывает дух и так сладко тянет в животе.

Часа через полтора мне стало скучно. Уткнулась в телефон — как раз пришло техзадание от Артёма. Посему выходило, что моя задача отснять репортажные фотографии инфраструктуры автодрома и уделить побольше внимания спонсорской символике. Понятно. Заказная статейка. Что ж, на безрыбье и рак рыба — всё лучше, чем ничего.

Навигатор на бортовом компьютере показывал еще четыре часа до прибытия. Ужасно… Мы умудрились попасть в самый час пик, за что предстояло поплатиться бензином и нервами. Хотя бы не жарко — вот уж действительно, чудеса современной техники. Раздельный климат-контроль позволил мне не чувствовать себя общипанной курицей, покрывшейся мурашками, — Максим и тут показал свою горячую натуру. В его сторону «дуло» чуть ли не ледяным арктическим ветром.

Боковым зрением наблюдала за сидящим рядом мужчиной. Сейчас он не выглядел деловым человеком: обычная белая футболка, не скрывающая рельефное тело, и длинные шорты. Весь расслабленный, будто не на деловую встречу едем, а так, на море искупнуться. Единственное, что выдавало в нём того самого Державина, которого я впервые увидела на трассе, — сосредоточенное лицо.

— И долго ты за мной подглядывать будешь, Женька? — усмехнулся Максим.

— Я тебя смущаю? — не растерялась я.

— Да, — вдруг признался он, немало меня удивив, — не понимаю причину твоего интереса.

— Изучаю, — честность на честность. — Противника нужно знать, как свои пять пальцев.

— Противника, — хмыкнул Максим. — Дочь моего клиента — не может быть моим врагом. Хотя бы по этическим соображениям.

— Ах вот как! А пытаться целовать дочь своего клиента этично? Сдёргивать её с дерева — этично?!

— Всего лишь жизненные уроки, — Максим задержал на мне взгляд чуть дольше, чем нужно.

— На дорогу смотри! — шикнула я. — Учитель мне тоже нашёлся!

— К тому же, Женя, я имел весьма серьёзный разговор с твоим отцом. И поверь, если бы не его просьба приглядеть за тобой — забыл бы о тебе, как о страшном сне.

Я потеряла дар речи. Отец не мог! Кто такой Державин, чтобы отец просил приглядеть за мной? Да мы же едва знакомы!

— Уверена, ты не так понял моего отца… или сейчас ты лжёшь, — медленно процедила я.

Державин расхохотался.

— Не смотри на меня так, будто хочешь меня сожрать с потрохами. Маленькая кровожадная девочка.

— Я же твой страшный сон, — пожала плечами. Где-то в глубине души заворочалось противное чувство обидки. С чего бы это? Какая разница, что думает обо мне эта акула юриспруденции?

— Знаешь, ты сейчас копия моей сестры. Я уже говорил, что вы бы с ней поладили?

Закатила глаза. Мастер перескакивать с темы на тему.

В очередной станице мы потеряли полчаса — из-за небольшой аварии собралась пробка. Предвидя, что наша вынужденная стоянка затянется, решила прогуляться вдоль трассы. Мне жизненно необходима передышка от присутствия Максима. Мы и так слишком много времени провели вместе.

— Ты куда собралась? — вскинулся Державин, когда я отстегнула ремень безопасности и потянулась к дверной ручке.

— Прогуляюсь. На выезде из станицы подберёшь, — не дожидаясь его реакции, выскочила из машины на палящее солнце.

После уютной атмосферы тонированного «Мерседеса» улица казалась ослепительно-яркой. Потянувшись и размяв спину, направилась вдоль вереницы автомобилей по обочине. С правой стороны заметила один из сетевых продуктовых магазинчиков. Отлично! Если не можешь сдерживать негодование и брызги яда, займи рот едой.

Быстро затарившись бутылкой минералки и мороженым в вафельных стаканчиках, продолжила свой маршрут. Как раз движение возобновилось — как и договаривались, я дождалась «Мерседес» на выезде из населённого пункта.

Чёрный паркетник, моргнув аварийкой, замер на обочине, и я не без удовольствия вновь погрузилась в его прохладное нутро.

— На, — сунула Максиму шоколадное мороженое. — Охладись.

— Спасибо, Женя, — он мастерски скрывал свои эмоции. Впрочем, по тому, как «Мерседес» стремительно вырулил на трассу, взвизгнув шинами, эти самые эмоции рвались на свет. — Не ожидал от тебя такой щедрости.