Медведь - Лина Филимонова

Михей

Я вообще не ожидал, что она согласится поехать ко мне. Даже в мыслях не было, что моя наглая выходка прокатит. Ляпнул просто наобум.

Так-то, у меня были другие планы.

Но Кошка покорно села в машину. И просто промолчала, когда я озвучил конечный пункт нашей поездки.

Правда, потом началось странное.

В машине она сидела с таким обреченным видом, как будто я везу ее на казнь.

Когда я устроил ей экскурсию по квартире, и мы вошли в спальню, она уставилась на мою кровать с откровенным ужасом. И потихоньку, сама того не замечая, попятилась к двери.

Когда я усаживал ее к себе на колени, она не сопротивлялась. Но была вся какая-то безвольная и размякшая, похожая на тряпичную куклу.

А теперь дрожит, как заячий хвостик.

— Давай выключим свет, — произносит Юлька, вцепившись в бокал с шампанским.

— Любишь есть в темноте?

— Есть? — растерянно переспрашивает она.

— Я лично жутко голодный. Я же с работы.

— А чего ты тогда…

— Что?

Она ерзает у меня на коленях.

Наверное, хочет спросить, почему мы заняли такую интимную позицию. Но не спрашивает.

— Тебе неудобно?

— Нормально, — быстро отвечает Юлька.

— Давай сначала поедим, — предлагаю я.

— Сначала? — переспрашивает она.

И с облегчением выдыхает. Заметно расслабляется. И почти прекращает дрожать.

Зато залпом выпивает бокал шампанского. Видимо, для храбрости.

Я наливаю ей еще. И начинаю кормить с вилочки.

— Смотри, какой вкусный маленький осьминожек.

— Он страшненький, — улыбается Кошка.

— А тут вот миленькая креветочка…

— Это тебе.

— Нет, тебе.

Юлька тоже берет вилку. Мы наперебой кормим друг друга морскими гадами и поим шампанским.

Но вот последняя креветка исчезает в моей утробе. Юлька допивает очередной бокал шампанского.

И снова начинает дрожать.

Да чего она так трясется?

Чувствую себя чуть ли не насильником. Да не собираюсь я ничего делать против ее воли! Мне вообще не нравится принуждать и подавлять.

Ну, разве что чуть-чуть. Не всерьез.

Но сейчас — точно нет. Не этого трясущегося испуганного котенка.

Она смотрит на меня огромными глазищами, вся сжалась, закусила губу, как будто сейчас расплачется…

Думает, раз я съел ужин, то теперь буду есть ее.

Очень хочу!

Так, что слюни капают. И болт стоит торчком. Юлька наверняка его чувствует. На коленях же сидит. К тому же моя рука, незаметно для меня самого, сползла на ее бедро. Одна. А вторая, наоборот, сжимает ребра где-то на подступах к груди… И все это без моего ведома!

Вот почему Юлька снова начала дрожать…

— Еще шампанского? — предлагаю я.

— Давай!

— Уверена?

— А что? Тебе жалко?

— Нисколько.

Я нехотя поднимаю ее со своих коленей. Она сразу отскакивает от меня метра на три. Я иду к холодильнику, достаю бутылку, открываю. Хлопок. Немного пены. Пузырящаяся жидкость льется в бокалы.

А Кошка потихоньку возвращается ко мне…

Такое ощущение, как будто этого котенка кто-то тащит за шкирку. А он изо всех сил сопротивляется. Но все равно оказывается рядом со мной.

Ну да. Она же решила, что ей надо срочно избавиться от девственности. До ее дня рождения осталось десять дней. А друзья-фрилансеры, видимо, не прошли конкурсный отбор. Что вполне понятно.

Поэтому она выбрала меня.

Но, мля… Мне все это не нравится. Это должно быть не так!

Я хочу, чтобы она меня хотела, а не боялась. И она хотела! Когда прямой опасности не было. Но сейчас, когда мы наедине, и до спальни, на дверь которой Кошка время от времени поглядывает с ужасом, рукой подать… от ее желания не осталось и следа.