За чертой ненависти - Марина Юдина

волосы, принимать пищу. Она «на автомате» включала воду в ванной, «на автомате» вытирала руки полотенцем. Всё вокруг было таким бессмысленным… А ещё Олесе не хотелось ни с кем разговаривать. Она настолько погрузилось в свою скорбь, что не желала, чтобы кто-то «выдёргивал» её из этого состояния. Хотелось, чтобы все оставили её в покое и дали побыть наедине с этой болью. Чтобы не лезли со своими расспросами и соболезнованиями. Она знала, что никто не способен по-настоящему прочувствовать всё то, что творилось у неё в душе. Олеся вспоминала поездку во Францию – самое яркое воспоминание в её жизни. Олег подарил ей столько приятных мгновений. Он воплотил в жизнь её мечту. «Я больше никогда его не увижу», – эта мысль снова и снова причиняла ей боль.

Её телефон, не переставая, вибрировал на столе. И когда он издал последний вздох перед тем, как окончательно села батарея, стал трезвонить домашний. Автоответчик оповещал о том, что дома никого нет, и просил перезвонить позже.

– Олеся, – в комнате послышался голос Киры, – Я понимаю, что тебе сейчас нелегко. Просто хотела напомнить, что похороны состоятся завтра. Если ты не придёшь, я тебя пойму. Возможно, так будет лучше для тебя. Крепись, моя девочка. Я тебя очень люблю.

Олеся оторвалась от своих мыслей и часто заморгала, сбросив остатки слёз. Она подошла к шкафу и вытащила из него чёрную водолазку. «Я должна с ним проститься».

Такси подъехало к кладбищу к десяти утра. Кира сообщила Олесе по телефону, что после отпевания бо́льшую часть людей отправят на автобусе в ресторан, где должны состояться поминки. А на кладбище должны были поехать только самые близкие люди Олега и его друзья. Олеся вышла из машины и надела чёрные очки. Около больших кованых ворот стояла Кира. Ещё издалека Олеся заметила, что лицо подруги было слегка опухшим. «Она тоже плакала, – промелькнуло в голове Олеси, – Она тоже сожалеет, что Олега больше нет». И Олесе почему-то стало от этого легче. Значит, есть человек, который способен разделить её страдания. Значит, она не одна. Когда Олеся оказалась рядом с подругой, та очень нежно её обняла. Пока они обе шли к месту, где должна была пройти церемония похорон, Кира старалась поддерживать Олесю тёплыми словами. Она понимала, что Олесе сейчас нелегко и пыталась хоть немного смягчить её боль.

Через несколько минут Олеся увидела то, от чего у неё подкосились ноги. Группа людей окружала гроб, в котором лежал Олег. Гроб ещё не накрыли крышкой, и Олеся увидела родное лицо любимого мужчины. Казалось, что он просто спит, и если сейчас подбежать к нему и слегка потрясти, он откроет глаза и улыбнётся своей красивой улыбкой. Рядом с гробом, склонившись, стоял Влад и тихо плакал. Он шептал какие-то слова и держал брата за руку. Олеся остановилась и слегка покачнулась, Кира осторожно взяла её под руку. Олеся поняла, что видит лицо любимого человека в последний раз. Ей захотелось подойти к неподвижному Олегу и почувствовать под своими пальцами мягкость его волос. Тяжело вздохнув, она подошла к гробу. В толпе были слышны всхлипывания и тихий шёпот. Олеся стояла очень близко к тому человеку, без которого мир перестал для неё существовать. Девушка всматривалась в родные черты лица, пытаясь запомнить каждую чёрточку, все морщинки и родинки. Олег дал ей больше, чем кто-либо за всю её жизнь. Он подарил ей крылья, научил летать, не боясь высоты. Научил каждой клеточкой души и тела наслаждаться жизнью. Благодаря нему, она узнала, что такое настоящее счастье. Олег подарил ей сказку, которая, к сожалению, быстро закончилась. Её ладонь невольно потянулась к его волосам. Но кто-то резко перехватил её руку. Почувствовав сильную боль в запястье, Олеся подняла глаза и встретилась с презрительным взглядом Влада.

– Не смей к нему прикасаться! – с угрозой в голосе прошипел мужчина, и его глаза налились кровью, – Пошла отсюда вон! – добавил он, пропитывая каждое слово ненавистью.

Её сердце сковал холод. «Что происходит? – вертелось у неё в голове, – Почему я не могу прикоснуться к человеку, которого люблю и, наверное, буду любить до конца жизни. Почему кто-то запрещает мне это сделать? Ведь раньше я могла прикасаться к нему. Я дотрагивалась до самых сокровенных мест, и он делал то же самое, и моё тело содрогалось под его пальцами…».

– Что? – Олеся с недоумением посмотрела на Влада. Он отпустил её руку, но продолжал буравить её стальным взглядом. Олеся потёрла запястье и вновь взглянула на лицо любимого человека. «Никто не может мне запретить…».

– Ты глухая? Я сказал убрать руки!

Влад обошёл гроб и встал между Олесей и телом брата. Возникла неловкая пауза, Олеся растерянно оглядела толпу. Кира не выдержала этого напряжения и схватила Влада за рукав.

– Влад, перестань! Она просто пришла попрощаться.

Влад ответил, не отрывая взгляд от лица Олеси:

– Кто она такая?! Какое право она имела являться сюда и прикасаться к моему брату?! – Влад встал совсем близко к Олесе, и его дыхание обожгло ей лицо, – Вы же ненавидели друг друга! Ты подбросила в машину эту тухлую индейку! Ты желала ему смерти! Пришла позлорадствовать?.. Хотела посмотреть на его труп?! Да ещё трогаешь его своими грязными руками…

Олеся не могла вымолвить ни слова, в её горле застрял ком. Девушка была настолько потрясена, что не смогла найти слов оправданий.

– Влад! Влад! – испуганно закричала Кира, – Ты ничего не знаешь… Она не делала ничего плохого!

– Убирайся вон! – Влад ничего не хотел слышать. Его буквально трясло от злобы, – А ты, – обратился он к Кире, – Уходи вслед за ней! Ты защищаешь человека, который пришёл осквернить память о моём брате! Вы обе! Уходите сейчас же!

Олеся затряслась от беспомощности. Под тёмными очками засверкали слёзы.

– Я осквернила память?! Да как ты можешь! Как у тебя только язык повернулся! Олег был для меня всем! Если бы он был жив, он никогда бы не допустил…

Влад не дал Олесе договорить. Он схватил её за шиворот и бесцеремонно поволок прочь.

– Мерзкая сука! – его просто распирала ярость. Олеся быстро заковыляла ногами, боясь споткнуться. Она чувствовала себя разбитой и униженной человеком, от которого совсем не ожидала проявления такой ненависти.

Кира догоняла свирепого Влада и пыталась высвободить Олесю из его сильных рук. Она умоляла его опомниться и отпустить девушку. Но, Влад, казалось, совсем обезумел. Подойдя к воротам, он сорвал с Олеси тёмные очки и, бросив на землю, растоптал их ногами. Только тогда он разжал кулак, в котором держал Олесю, но