Луч надежды - Александр Ветров

способностям. Саша готовился к поступлению в военное училище, Миша занимался спортом ещё очень долго до этого, а я начал бегать буквально месяц назад. И уже смог пробежать такое расстояние. В конце я замедлился только потому, что физически тело уже не выдерживало нагрузки. Но морально у меня хватало на это сил. Я ещё с лета помнил, что такое настоящая боль, и отдышка, усталость, боль в мышцах – это всё казалось таким ничтожным по сравнению с той болью. Я хорошо знал, что такое боль. Но также я и хорошо знал, что такое счастье. Конечно, во время бега я ни раз думал о Жене. Легче будет посчитать секунды, когда я о ней не думал. Что во время бега, что после него. Я бежал навстречу жизни, бежал навстречу самым светлым чувствам. Предыдущим предложением я также хочу сказать, что я бежал не только по тому маршруту, я бежал везде. Я стал не медленно ковылять по жизни, стараясь получить мнимое удовольствие от сомнительных источников счастья. Я стал бежать, успевая глотнуть каждый грамм воздуха, который предлагала жизнь. До знакомства с Женей я мог лишь ползти, в лучшем случае ходить. Благодаря ней я научился бежать. Долго и быстро. Но я тогда не понимал очень важной вещи – если благодаря Жене я научился бегать, не разучусь ли я без неё ходить?

Глава V

Несколько раз мы договаривались с Женей выйти погулять и несколько раз это событие откладывалось. Но вот, вроде бы, наступил тот самый день. Если я скажу, что не волновался, то это будет полнейшей ложью. Конечно же, я волновался, и ещё как. То учащённое сердцебиение, что я ощущал во время недавнего забега, было малой частью того, что я ощущал перед этой прогулкой. Я навсегда запомню этот день как самый важный в своей жизни. Одиннадцатое апреля две тысячи пятнадцатого года. Я произношу эти слова как молитву практически каждый день. Когда становится совсем плохо, я могу просто, сидя за компьютером, набрать на клавиатуре заветную дату: «11.04.15» Когда я слышу или вижу что-то про одиннадцатое апреля, то сердце сжимается одновременно и от счастья, и от боли. От боли того, что такого больше никогда не будет, и ничего уже не вернуть.

Но тем не менее тогда я ещё не знал, что это были последние дни, когда я мог быть уверенным в жизни, радоваться жизни, любить жизнь. Тогда я думал только обо всём самом хорошем. Договорились мы с Женей встретиться где-то в четыре часа вечера возле школы. Разговаривали мы практически обо всём том же, о чём переписывались Вконтакте. На всю жизнь в памяти впечатались моменты, как я качал её на качелях, как всё время предлагал купить мороженное. Я смотрел на вечернее апрельское солнце и мне его свет казался таким волшебным. Всё вокруг казалось волшебным. Я просто не понимал, как я мог не радоваться всему этому. Мне даже казалось, что должен бы был это увидеть ещё и до знакомства с Женей. Конечно же, это было не так. Источником всей силы, всей доброты, которая тоже является мощнейшей силой, была именно Женя. А тот факт, что она вот здесь, рядом, возвышали душу настолько высоко над землёй, что я и никогда представить не мог. Казалось, что самое сильное счастье, рай, если хотите, уже буквально на расстоянии руки, и оставалось только коснуться. Я готов клясться чем угодно, что не готов был тогда поменяться местами ни с к кем на земле в те моменты. Я чувствовал, как тёплый воздух заходит в лёгкие, достаёт до самой души и греет её. Мы были с Женей рядом, дышали одним воздухом, гуляли под одним тёплым апрельским солнцем. Я готов долго описывать этот столько прекрасный вечер, готов подбирать ему эпитеты, метафоры, рассказывать про каждое чувство из миллиона тех, что посетили меня в тот момент. Но, по правде говоря, сейчас это делать очень больно. Конечно, больно вспоминать какое-то плохое событие из своей жизни. Но себя можно утешить тем, что это всё осталось в прошлом. Но какое можно найти, когда понимаешь, что самое лучше в жизни уже было и уже никогда не повторится? Есть известное выражение: «Не грусти, что всё прошло. Улыбнись тому, что было» Честно говоря, сомнительное утверждение. Да, так можно сказать, например, ностальгируя по детству. Но применить этот совет в контексте безнадёжно потерянных дорогих чувств и эмоций я просто не могу. Возможно, часть истины в том, что лучше умереть, познав, что есть то, ради чего жить, чем умереть так и не поняв смысл? Я не знаю, вопрос очень сложный и философский, а я не философ. Я вижу только факт того, что потерял самое дорогое, что у меня было и вернуть уже никогда не смогу. Но я забежал немного вперёд, пытаясь объяснить, почему мне так больно об этом писать. Тем не менее, тогда о боли и речи быть не могло. Я забыл вообще, что значит это слово, я чувствовал только счастье и безграничный поток сил и тепла на душе. И я так был благодарен за это Жене. Я уже тогда понимал, что никогда не смогу расплатиться с ней за это. Я был благодарен бесконечно. А любое значение по сравнению с бесконечностью – это ноль. Мне хотелось говорить: «Спасибо» каждую секунду. Погуляли мы недолго: где-то часа полтора – два. Я проводил её до дома, мы просто совсем недолго подержали друг друга за руки, и я пошёл домой.

Перед сном в переписке я, конечно, поблагодарил её за этот вечер. Я снова старался не написать излишне сентиментально, хотя, конечно, очень хотелось. Я понимал, что для неё это не значит настолько много, как для меня, поэтому я старался писать кротко, но с максимальным чувством благодарности. Наверное, если бы я знал, что будет потом, я бы не выдержал и рассказал бы Жене весь спектр эмоций, которые меня переполняли. Но тогда я очень боялся показаться чересчур глупым. Просто глупым я наверняка тогда и казался, но очень надеюсь, что в пределах нормы. Так и закончился этот день. Самый лучший день в моей жизни. Никогда прежде ничего подобного не было и уже не будет. Я просто уже и не мог предположить, насколько прекрасной может стать жизнь. Я считал, что лучшего жизнь мне уже просто не подарит. И это один из немногих моментов, в которых я был прав. Но я не хочу