Тихоня для Туза - Ольга Николаева

Глава 14

Темно. Жарко. Очень тихо. Потерла уши, проверила – все ли с ними нормально? Может быть, вставила беруши, да забыла вытащить?

Нет. Все хорошо с ними. И свое дыхание слышу прекрасно…

Паника, накатившая после пробуждения, постепенно отпускала: я начала вспоминать, где нахожусь, и что происходит.

Кажется, немного перебрала с таблетками валерианы, чтобы успокоиться: съела сначала несколько штук, не помогло. Докинула еще несколько, и потом еще немного. Похоже, надо было остановиться на первом этапе.

Телефон разрядился, и теперь нельзя было ни посмотреть время, ни хотя бы подсветить себе дорогу.

Тихон уезжал еще в середине дня. А сейчас, похоже, глубокая ночь!

Куда он пропал?! И что мне делать, если он не вернется?!

На смену первой волне паники пришла новая. Еще более тяжелая и страшная.

Чуть не грохнулась, споткнувшись обо что-то на полу. Потом – еще раз.

Плюнула на все. Встала на четвереньки и поползла в поисках выхода. Ну, а что? Все равно же меня никто не видит. А так намного спокойнее и удобнее.

Разглядела тонкую полоску света, легкий намек на него – двинулась в эту сторону.

Ничто не предвещало беды – ползла себе и ползла, в надежде, что за дверью смогу подняться на ноги и двигаться по-человечески… И чуть не вывалилась наружу, потянувшись к ней.

– О! Ты тоже тренируешься?!

Кирюха сидел верхом на Тихоне. Всадник Апокалипсиса, блин…

– В этом доме, вообще, нормальные есть?

Зря я, конечно, убедила сестру, что Тихону можно доверять. Думать об этом, глядя на него сверху вниз, было намного проще.

– Так, малой, держись крепче.

– А зря ты встаешь. Лучше останься в этом положении. Мне нравится, когда ты у меня в ногах!

Тихону, само собой, мое мнение было неинтересно. Одним легким движением он тоже поднялся. Мама дорогая, сколько ж силы в этом человеке, если он может делать так?! Да еще и с утяжелением? Зато и меня вчера таскал на руках, ни секунды не напрягаясь…

– Стефа, ты видела, какой он сильный, да?! – Ликованию Кирыча не было предела. Подпрыгивал на спине Тихона и размахивал руками от счастья. Еще бы: он-то в своей жизни видел только немощных, ленивых и толстых соседей. Или не толстых, а просто хлюпиков и ботанов…

– Кир, ты ему шею сейчас свернешь! Будь поосторожнее…

– Он сильный! И крутой! И самый-самый! Я вырасту, тоже стану таким! – Племянник меня не слышал, конечно же. Не успокоился, а еще активнее загарцевал на той самой многострадальной шее.

– Отлично. Хорошая цель. А пока – слезай. – Протянула руки, чтобы его снять, но парень увернулся.

А я не знала, куда спрятать глаза от Тихона. Готова была еще часами болтать с Кирюшкой, снимать его, сама на плечах носить… Только бы не видеть мужчину…

Такого себе успела надумать… всякого… после тех поцелуев. А еще Милка, дурында романтичная, подкинула идей. Как будто ее опыта недостаточно, чтобы всю романтику из головы начисто выбить!

А он стоит, понимаешь, в паре сантиметров… Полуголый… Мышцами играет… Влажными от пота… И бровями шевелит загадочно. И как будто не замечает, что на его шее прыгают и визжат лишние килограмм пятнадцать-двадцать…

– Отстань от парня. Я ему показывал, к чему приводят постоянные тренировки.

– Ой. Надо же! Ты еще можешь разговаривать?!

Чуть не подпрыгнула от шока. Хрипловатый голос – это, конечно же, у него от усталости. И раздевает он меня глазами просто так. Это все кажется, а не по-настоящему.

– Ты лучше скажи, где у этого упыря выключатель? Он замолкает, хотя бы иногда?

– Ого. Чудеса. Я думала, вы с ним идеально подошли друг к другу…

– Он идеально на мне катается. Это да. – Тихон все же решил избавиться от лишней ноши – стянул с себя Кирыча одним легким движением руки. – Иди, посмотри, какой вес ты сам сможешь поднять. С него и начнем тренировки.

Племянник удрал со счастливым гиканьем и улюлюканьем.

– Зачем ты позволяешь ему на себе кататься? Это же непедагогично…

– Сказала женщина, которая лазит через чужие заборы, ну-ну…

Почему-то он стоял все так же – почти вплотную ко мне.

– А Мила где? Почему Кирилл на тебе катается? – Попыталась перевести тему и немного отвлечься от горы тестостерона, которая так и давила на психику. Шумно дышала, вкусно пахла и почему-то притягивала, будто магнитом…

– Она поехала на работу. Сюда отказалась перебираться.

– Вот дура-то!

Нашла в себе силы шагнуть в сторону и обогнуть Тихона. Стоять вот так – впритык, на расстоянии дыхания, и не представлять себе новые поцелуи вообще никак не получалось. Нужно было с этим что-то делать, и очень срочно!

– Все нормально. За ней присмотрят.

Он тоже шагнул. Тоже в сторону. В ту же самую, что и я.

В итоге столкнулись. Чуть носами не стукнулись…

Как так получилось, что я его обнимаю? Наверное, пыталась равновесие удержать. Его рот за мой уцепился с точно такой же целью – чтобы удержаться, ага. Жаркий поцелуй – тоже случайность. Языки сплелись на секунду, тут же разбежались, чтобы снова начать облизывать друг друга… Кто из нас первый простонал – черт знает. Было темно, жарко и холодно, до мурашек в районе коленей…

Щекотка становилась все сильнее, пришлось приподняться на цыпочки, и тянуться к нему, тянуться…

– Эй, вы долго там еще будете облизывать друг друга? Вы же не котики, чтобы так здороваться!

Мурашки и щекотка – это не успехи Тихона. Это Кирилл постарался.

– Брысь отсюда! Что за поведение, Кирилл?

Малыш надулся, брови насупил. Немного подумал, а затем огорошил:

– Это тебе сказать нечего, поэтому на меня нападаешь!

– Хм… А ты у нас крендель продвинутый, как я посмотрю… – В легком сумраке лицо Тихона плохо просматривалось. Но мне отчего-то показалось, что даже он покраснел. Про мои щеки лучше и не вспоминать – они просто горели.

– Да. Я умный. – Парень притопнул ногой, демонстрируя нордический характер. – Наталья Владимировна так сказала.

– А о том, что ты вредный, забыл добавить? – Потихоньку развернула его спиной к себе и начала выталкивать подальше. Нужно было как-то незаметно поправить одежду. И когда только Тихон успел задрать мне кофту до самых ушей?

– Я настойчивый и требовательный! Это полезно!

– Это у вас семейное, я заметил. Ты гантели себе присмотрел, настойчивый? – О, чудо! Этот мужчина оказался не таким уж и полным козлом: потащил Кирюху дальше, давая мне время , чтобы привести себя в порядок.

– Я их чуть-чуть… Они упали, в общем. – Не признаваться в своих грехах Кир научился от своей ненаглядной мамы.