Дюжина лазеек - Анна Орлова

У меня заныли зубы. Вот он, пресловутый «туз в рукаве».

- Бред! - выкрикнула Шелина, невзирая на мои попытки ее угомонить. - Шэриэль здоров!

Надо записать себе где-нибудь не видном месте памятку больше не соглашаться вести дела драконов.

Коллега одарил ее зубастой улыбкой драконам на зависть.

- Мы приобщили к делу все доказательства, что это не так. У мальчика астма, порок сердца и еще несколько серьезных заболеваний. Мать либо намеренно не обращала на это внимание, либо попросту так мало занималась ребенком, что не заметила ухудшения его здоровья! И на основании этого мы просим суд лишить мать родительских прав.

По скулам Шелины пробежали алые чешуйки, черты заострились, на руках мгновенно отросли когти.

- Ваша честь! - выкрикнула я, каюсь,чересчур громко. Пыталась хоть как-то отвлечь клиентку от идеи перегрызть горло противоположной стороне. - Мы просим перенести слушание дела для ознакомления со встречными исковыми требованиями.

- Поддерживаю! - быстро заявил представитель органа опеки, который до сих пор молчал, словно пришибленный. - Мы как раз успеем изучить условия проживания ребенка, поговорить с ним и определиться со своей позицией.

Строго говоря, особого смысла в этом не было. Действительно, по таким делам всегда собирается кипа бумаг о родителях и условиях, которые они могут обеспечить ребенку. Это и характеристики, и справки с места работы о среднемесячном заработке, и сведения о наличии жилья, а также информация о состоянии здоровья родителей и множество прочих косвенных доказательств.

В данном же случае трудно предположить, что драконица или эльф не смогут сына накормить, выделить ему комнату и обеспечить прочие материальные нужды.

Что же до мнения ребенка, то будем честны, дети редко судят здраво. Ребенок и есть ребенок, зачастую он мыслит на уровне «мама строгая, она мне школу прогуливать запрещает, а папа добрый, он мне подарки дарит». Неудивительно, что детей - до определенного возраста - вообще не спрашивают.

- В этом нет необходимости! - энергично возразил коллега Мерзляков и мерзенько ухмыльнулся. - В деле есть все доказательства, что драконица Шелина - плохая мать и должна быть отстранена от воспитания ребенка.

- Тихо! - шикнула я на клиентку, которая вновь начала привставать. - Он вас провоцирует. Возьмите себя в руки, ну!

Шелина все-таки смогла. Сдержалась. Но окинула моего коллегу таким взглядом, что на его месте я бы остереглась ходить по темным подворотням. Впрочем, оживленные перекрестки , если вдуматься, не менее опасны... Кхм!

- Моему сыну, - Соэрель иначе мальчика не называл, - вредят разреженный воздух, горы, сырость пещер и все эти драконьи, - он чуть сморщил нос, - штучки. А его так называемая мать этого даже не заметила!

Надеюсь, в суде все хорошо с пожарной безопасностью?..

Судья почувствовал, что становится жарко. В буквальном смысле: охлаждающий амулет у него на столе с тихим звоном рассыпался.

- Суд удовлетворяет законную, - судья Ярешин выделил голосом последнее слово, - просьбу ответчика по встречному иску. Заседание переносится на две недели.

***

- В следующий раз, - сказала я в сердцах клиентке, когда мы вышли из суда, - напою вас валерьянкой!

- Не поможет, - буркнула она, нехотя разжимая стиснутые кулаки. - Я люблю сына и...

- И делаете все, что бы его потерять! - отрезала я. - Шелина, вы ведь не ребенок. Зачем ведетесь на подначки?

- Я - драконица! - вскинулась она.

Оставалось только вздохнуть.

- А ваш муж - эльф, - напомнила я ровно. - И тонко рассчитал провокацию.

Плечи Шелины опустились.

- Но Шэриэль действительно здоров! - возразила она упрямо. - Ну да, у меня куча дел и я не стала домохозяйкой, как хотел Соэрель, но я уделяла время сыну! Я просто не могла не заметить, что он так болен.

В голосе ее, однако, звучал тот самый страх, который наше общество так охотно внушает женщинам. Быть «плохой матерью», что бы это ни значило.

Я снова вздохнула. Судя по внушительной пачке медицинских бумаг с устрашающими диагнозами, или Шелина все-таки была поразительно невнимательна к сыну, или эти бумажки обошлись эльфу во внушительную сумму. Встречаются среди докторов и такие, которые за хорошие деньги не побрезгуют «нарисовать» что надо.

- Погодите, но ведь Шэриэль занимался спортом, - встрепенулась клиентка. - Разве в школе могли не заметить, что у него плохо с сердцем?

- Или что у него астма, - задумчиво кивнула я. - Пожалуй, это надо бы проверить.

- Но как?! - Шелина вновь принялась расхаживать туда-сюда. - Меня к Шэриэлю даже не пускают!

- Положитесь на меня. - Я похлопала ее по плечу. - На заседании органа опеки меня не будет, там присутствуют только родители и ребенок. Но я вас умоляю, держите себя в руках!

- Я прослежу, - пообещал незаметно подошедший Шемитт.

хотелось бы верить!

***

- Артем, привет! - сказала я в трубку. - Можно к тебе заехать? На консультацию.

- С Николаем Сергеевичем все в порядке? - встревожился он. - Привет.

Папу давно беспокоило сердце, но стараниями Артема (и маминым контролем за папиным режимом) болезнь удалось обуздать.

- В полном, - заверила я, чуть улыбаясь. - Родители на даче.

Они проводили там все лето. Мама ковырялась на грядках, папа ездил на рыбалку. Иногда приезжали мы с братом и тогда всей семьей жарили шашлыки.

- Тогда что стряслось? - уточнил Артем спокойно. В отдалении зашумел чайник. - Что-то срочное или потерпишь до выходных?

- Лучше сейчас, - попросила я. - Мне нужно, что бы ты глянул на кое-какие бумаги. Это по работе.

- А-а-а, по работе! - совсем успокоился он. - Тогда давай через полчасика? Прогуляемся в больничном сквере, подышим воздухом.

- Ладно, - согласилась я. - До встречи.

Как там говорит закон? Вопрос, требующий специальных знаний? А кто лучше разбирается в медицине, чем оперирующий хирург?..

***

К Пятой городской больнице примыкал парк с тихими аллеями, речушкой и скамейками. Идеальное место для неторопливой прогулки... Жаль, что Артем сразу предупредил:

- У меня полчаса. Так что давай сразу, что там у тебя?

Мы устроились в беседке на излучине реки. В разгар буднего дня народу вокруг было немного и можно было разговаривать без опаски.

- Взгляни, - попросила я, передавая ему пачку бумаг. - Меня интересует, во-первых, насколько это все реально и серьезно? Во- вторых,