Игра на ее поле - Никола Марш

Чарли не могла поверить, что он угадал правду вчера вечером. Никто не смог разглядеть ее настоящую, а ему меньше чем за две недели удалось понять ее и вывести из равновесия.

Чарли вспомнила его слова. Она не была счастлива, она чувствовала себя глубоко несчастной всю последнюю неделю, сдерживаясь только из-за страха еще сильнее привязаться к нему, хотя на самом деле она не могла ничего сказать или сделать, чтобы избежать неизбежного.

Лука из тех мужчин, в которых все влюбляются.

Всего на одну ночь она хотела отбросить свою логику и осторожность. Она хотела запомнить эту ночь.

— Наслаждаешься вечеринкой?

Лука пожал плечами, и Чарли вздохнула, когда это простое движение натянуло рубашку на его груди.

— Я бы предпочел провести оставшееся время в Мельбурне в другом месте.

Она сглотнула, чтобы снять напряжение в горле. Он мог подразумевать что угодно под этими словами. Может, ему нужно собрать вещи. Может, оставить какие-то записи для нового менеджера. Может, он просто хотел уйти от шума и возбуждения после финального концерта Шторма и освежиться, прежде чем отправиться в аэропорт.

Но, взглянув на Луку и заметив напряжение на его лице, Чарли поняла, как именно он хотел провести свои последние часы в этом городе.

Чувствовал ли он то же отчаяние, то же смущение и то же желание? Отчаяние из-за невозможности провести их последние восемь часов вместе, смущение от того, что это сделает их прощание еще тяжелее, и страстное желание последней незабываемой ночи.

Чарли понимала — она должна попрощаться и уйти.

Но она посмотрела ему в глаза и поняла, что не может уйти сейчас. Не так.

Она прерывисто вдохнула и заговорила:

— Где ты хочешь провести свои последние часы в Мельбурне?

Его глаза потемнели, когда он осторожно взял ее за руки и притянул к себе.

— Ты знаешь.

Да, она знала и хотела этого с тех пор, как попросила его отвезти ее домой после «Ариаса», ссылаясь на дела, весь день, когда они готовились к концерту, и последние несколько часов, когда Шторм исполнял один хит за другим для беснующейся толпы в Мельбурне. Она старалась сконцентрироваться на работе, чтобы не признаваться в том, что он сводит ее с ума.

Несмотря ни на что, она должна попрощаться с Лукой Петрелли.

— Это было совершенно неуместно, Чарли, забудь…

Он отпустил ее руку и сделал шаг назад, придав своему лицу спокойное выражение, но она успела увидеть отчаяние в его глазах.

— Давай сделаем твои последние часы в Мельбурне незабываемыми.

— Ты же понимаешь, что это очень плохая идея, да?

Лука прижал Чарли к двери, подняв ее руки над головой, и набросился на нее с поцелуем, от которого у нее подкосились ноги.

— Очень плохая идея, — прошептал он, целуя ее шею, покусывая нежную кожу и проводя языком по ключице, пока она не застонала.

— Мы всю неделю пытались избежать этого. — Она вдохнула, когда он обнял ее за талию и прижал к себе так крепко, что она почувствовала, насколько он возбужден.

— Неделя впустую. — Он прижал ее запястья к стене одной рукой, а второй стал ласкать ее.

— Мы, правда, собираемся сделать это? — спросила Чарли.

Он перестал целовать ее обнаженное плечо и отпустил ее руки.

— Только если ты хочешь.

Он оставлял ей право выбора даже несмотря на то, что их тела переполняло желание. Он давал ей возможность остановиться, давал ей полный контроль, и в этот момент Чарли поняла, что означает иметь власть.

Для девочки, которая жила на улице, для женщины, которая провела всю жизнь, пытаясь все контролировать, это было безрассудством.

Она прижалась к нему:

— Давай зайдем, и я покажу тебе, чего я хочу.

Они с трудом справились с замком и поспешно вошли внутрь.

— Это входит в привычку, — сказала она, неожиданно занервничав, когда он ногой закрыл дверь.

— Это случается, когда двое не могут насытиться друг другом.

Он сделал шаг к ней, и ее охватило желание, заставляя ее хотеть его больше, чем когда-либо.

Чарли перестала лгать самой себе. Она хотела этого, хотела его, и сейчас она не собиралась отступать.

— Ты же знаешь это? Я не могу насытиться тобой.

Еще один шаг, и она кивнула, затаив дыхание, когда его взгляд упал на ее плечи, и он медленно снял с них бретельки ее короткого платья, целуя грудь, пока соски не затвердели, гладя ее по пояснице, лаская ее.

— Лука, пожалуйста…

Он сделал еще один шаг, и разряд электричества, пробежавший между ними, казался таким же реальным, как и в первый раз.

— Я собираюсь доставить тебе удовольствие. — Он сжал руки в кулаки, показывая, какие усилия ему приходится прилагать, чтобы не прикоснуться к ней, и посмотрел ей в глаза. — Всю ночь.

Чарли замерла, когда он наклонил голову и, оставив мягкий поцелуй на ее губах, на ухо прошептал ей, что именно собирается делать.

В тончайших эротических деталях.

Когда он закончил, она качнулась к нему, находясь на грани оргазма.

— Думаешь, ты сможешь с этим справиться? — спросил Лука.

В ответ она набросилась на него, задев лампу и не обратив на это никакого внимания.

Их губы слились в порыве взаимного желания, его руки блуждали по ее телу. Чарли выкрикнула его имя. Она хотела большего. Она хотела всего.

— Неплохая прелюдия. Готова к продолжению?

Она судорожно вздохнула:

— Дай мне минуту.

Она пошла в спальню, надеясь, что ей не потребуется много времени, чтобы подготовить частную вечеринку для двоих. Сейчас она окончательно избавилась от всего, что сдерживало ее: она хотела сделать эту ночь незабываемой, ночь, о которой они всегда будут помнить, ночь, которая поможет ей, когда она будет собирать осколки своего разбитого сердца.

— Я согласен, если ты успеешь за тридцать секунд.

Он поцеловал ее, и она задумалась, сможет ли зажечь свечи и благовония за пятнадцать.

— Часы тикают, — прошептал он, скользя рукой по ее попе, когда она освободилась из его объятий.

— Терпение — благодетель, помнишь?

Он постучал по часам:

— Двадцать секунд, я считаю.

Чарли вбежала в спальню. Оглядев комнату, она на мгновение запаниковала. Неужели она действительно это делает? Приглашает его в спальню, подготавливает декорации для соблазнения, отдается ему в последний раз?

Пламя свечей замерцало, подмигивая ей.

Чарли сделала несколько глубоких вдохов и прижала руку к животу, стараясь унять жжение. Через секунду она откроет дверь и позволит Луке в последний раз войти в свое сердце.