Я тебя заберу - Мария Сергеевна Коваленко

— Босс... — Кадык на горле Кирилла дергается.

— Уволю на хрен!

— Они посчитали, что это кто-то из наших. — Злотников опускает голову. — В последнее время мои парни были там столько раз, что охрана клиники приняла чужаков за своих и выдала личное дело.

— Проходной двор, блядь! — Я срываю с Кирилла изрядно помятую маску и, не думая ни о какой гигиене, надеваю этот намордник на свое лицо.

— Босс, вам нельзя никуда выходить. Для всех вы должны находиться в коме!

— Просрали мы мою кому! Когда готовили весь этот гениальный план, у меня не было никакого сына. Вообще ничего кроме компании не было. А теперь есть.

— Марк Юрьевич... — Кирилл, похоже, все еще надеется меня остановить. Загораживает проход.

Смелый. Только поздно.

— Если с головы Глеба или с головы его матери упадет хоть один волос...

Не хочу об этом думать. Отключаю в воображении все картинки. Но ярость пробирается даже сквозь эту безликую защиту и горячим ядом растекается по венам.

— Если с ними хоть что-то случится, я этого Борухова и всех, кто за ним стоит, порву собственными руками. А начну с себя и с тебя.

Глава 27. Отец и сын

Даже самого сильного можно поставить на колени.

Персонал больницы даже не смотрит в нашу сторону, когда мы выходим через приемный покой и забираемся в одну из скорых.

Внутри машины все условия для нормального проживания. Рабочий стол с тремя большими мониторами, откидная койка с комплектом постельного белья, два удобных кресла — для водителя и пассажира.

Полноценный наблюдательный пункт, но сейчас меня больше волнует скорость.

— С мигалкой по вечерним пробкам быстрее. Вертолет не везде сядет, — поймав мой взгляд, оправдывается Злотников.

— Тогда почему не полицейская? — спрашиваю я у двух охранников, которые устраиваются на койке и начинают надевать бронежилеты.

— Скорой всегда уступят дорогу. А полицейской... обязательно какая-нибудь скотина влезет впереди и включит режим черепахи.

— Ясно... — Убедившись, что все на местах, подхожу к водительской двери и киваю Кириллу: — Тогда двигайся в сторону! И врубай светомузыку!

В любой другой ситуации я бы спокойно пустил начбеза за руль. Вряд ли его опыт вождения меньше моего. Однако сейчас не могу. Знаю, что убью за любое промедление. Не сдержусь, а охрана еще пригодится. И не только мне.

— Хорошо, босс.

После того, как я собственной грудью вынес его из больничной палаты, Злотников больше не спорит. Он быстро пересаживается на пассажирское сиденье и, пристегнувшись, включает мигалку и сигнал.

В первое мгновение меня оглушает. Водители соседних машин удивленно оглядываются в нашу сторону. Но я тут же нажимаю на газ, и машина срывается с места.

— У тебя есть свободные люди в том районе? — Несмотря на тревогу, голова работает ясно.

Лиза живет слишком далеко, да и нас четверых может оказаться мало.

— Была одна машина в трех километрах. Я уже отправил ее к дому Елизаветы Ивановны. — Кирилл бросает свой телефон на торпеду и достает из бардачка небольшой ноутбук. — Должна быть на месте.

Его пальцы порхают над клавиатурой, и спустя минуту на экране появляется видео. Знакомый двор. Знакомые окна. Узкая парковка, на которой и в лучшие дни было не развернуться, сейчас битком.

— Связь работает. Можем наблюдать! — отчитывается Злотников.

— Сверь номера машин с теми, что я выслал тебе на прошлой неделе. — Никогда еще я так не радовался паранойе.

Идея переписать номера всех автомобилей, что стояли возле подъезда Лизы, теперь приобретает практический смысл. Не зря я катался к ней целую неделю. Не зря ревниво подозревал каждого соседа в связи с моей женщиной.

— Есть, — с небольшой заминкой произносит Кирилл. — Три новых тачки. Как раз под окнами квартиры. И... — Он что-то внимательно высматривает на мониторе. — И минивэн курьерской службы.

— Не поздновато для доставки? — Зыркнув на часы, топлю в пол педаль газа.

— Скинул своим в УГРО, сейчас пробьют по базе.

Кирилл снова утыкается в ноутбук, что-то печатает. Созванивается с охраной возле дома. Через десять минут сообщает:

— Есть! Минивэн действительно числится за почтовой службой, но после аварии он уже полгода на ремонте.

— Значит, четыре машины.

Арифметика невеселая. Понятно, что никто не будет устраивать перестрелку в жилом дворе. Скорее всего, ждут, когда Лиза сама выйдет. Из-за машины или звонка в домофон. Однако размах впечатляет. Чтобы устранить меня, понадобился один водитель. За Глебом же и его мамой послали целую команду.

— Наших людей хватит. — Кирилл оглядывается на своих парней. — Двое в машине. Еще двое с нами, и я. Будем брать не количеством, а качеством.

— Шестеро. — Чувствую себя долбаным учителем математики.

— Марк Юрьевич, вам нельзя. — У Злотникова даже белобрысый чуб встает дыбом. — Если с вами что-то случится...

— Не обсуждается!

— У меня даже бронежилета запасного нет. — Подумав немного, Кирилл принимается быстро расстегивать свой.

— Не дергайся. У меня есть кое-что получше. — Натягиваю на лицо маску, которая свалилась сразу после выезда с территории больницы. Поправляю дебильную шапку.

В жизни не играл в ролевые игры, но, кажется, пришло время восполнить этот пробел.

— Босс, мы, конечно, прикроем, но...

— Давай без «но». Ты делаешь свою работу. Я свою. И еще... Минимум троих после окончания ко мне на склад. Хочу пообщаться лично.

Улица, на которую сворачиваю, уже знакома. До дома Лизы пару минут.

Это вроде бы должно успокоить. А ни хрена! Стоит на секунду представить, как она там... как они вдвоем ждут и боятся, внутренности скручивает в узел. Стоит допустить, что опоздаю — ладони начинают зудеть так сильно, что готов вырвать руль.

— Сделаем. — Злотников убирает ноутбук и проверяет оружие. — Какие будут указания по охране квартиры?

— Пока я не разберусь, никого не впускать. Даже соседей.

— А после? — Кирилл явно хочет что-то сказать, но осторожничает.

— Давай без прелюдии.

— Мы не сможем обеспечить безопасность Елизаветы Ивановны и сына в той квартире. Слишком старый дом, нет подсобных помещений. И много жильцов.

— Варианты?

— Можно устроить капитальный ремонт. Часть жильцов свалит. Появится возможность расставить камеры и установить сигнализацию.

— Часть — мало.

— Согласен. Поэтому я бы предложил