Истинная для суженого - Лана Воронецкая

оттолкнуть. Он нежно поцеловал уголок моих губ, потом другой, потом медленно оттянул нижнюю губу. Я неосознанно потеряла хватку и расслабилась. Тарен завладел моей верхней губой, а затем резко проник языком в рот. Его проникновение вызвало волну возбуждения, которая напугала меня. С легким стоном я еще сильнее попыталась оттолкнуть его. Со стороны кухни послышались шаги, и его хватка ослабла. Я отпрянула от мужчины, тяжело дыша, с недоумением глядя на него.

Прозвучало саркастическое замечание Миры:

— Уху, омела — старушка— развратница, — и она заразительно засмеялась, прогоняя возникшее напряжение.

Обожаю Миру!

Подруга прошла в зал и начала раскладывать на столе недостающие приборы. Следом вошли остальные гости и принесли последние тарелки с салатами и закусками.

Борис виртуозно хлопнул шампанским.

— Все усаживаемся, берем в руки бокалы, — командовал он, разливая игристый напиток, — Дара, дорогая, хочу произнести тост за новую хозяйку дома. Я безумно рад, что теперь в моей скромной обители появилась ты. Я ждал тебя всю мою жизнь, — Борис поднял фужер.

Наши гости поддержали его и на фоне звона бокалов послышались поздравления и пожелания со всех сторон. Мне показалось, что на лице Миры играла натянутая улыбка, и она всеми силами пыталась удержать ее. Я подумала, что у нее что-то случилось, возможно с Тареном, и сделала заметку в голове, что позже надо расспросить. Я украдкой посмотрела на него и нечаянно перескочила на внутреннее зрение.

Снаружи Тарен оставался невозмутим и вежливо чокался со всеми бокалом, но я увидела рваные темные клочки, вьющиеся вокруг него. «Так вот как выглядит его магия», — пронеслось в голове. Клочки силы темнели на глазах. Мне показалось, мужчина вел внутреннюю борьбу, пытаясь взять их под контроль. Они местами становились светлее и меньше, но некоторые вырывались и увеличивались в размерах. Он поймал мой взгляд и глубоко втянул воздух.

— Мои поздравления, — сдержанно пожелал Тарен и махнул мне бокалом.

Все отпили шампанского, кроме Гора. Он попытался незаметно поставить полный бокал на стол. Эти маневры заметила Ивонна и выдала его всей компании:

— Гор, почему ты не хочешь выпить за Дару с Борисом?

Гор смутился, но поделился с нами объяснениями:

— В нашей части введен режим чрезвычайной ситуации. Это значит, что меня могут вызвать в любой момент, в том числе ночью или в выходной день. Плюс назначены дополнительные тренировки и внеплановые учения на конец недели.

— Что происходит? — первой спросила Лина.

— Нам много не объясняют. Возможно, такая необычная предновогодняя активность связана с выплывшей информацией об энергетических источниках. Ожидаются волнения, и мы должны быть готовы.

— Все новостные каналы только и обсуждают эту тему, — подключился Димьян.

— Да, и в сети тоже полный переполох, — поддержала Лина.

Зато Мира всполошилась по другому поводу:

— Гор, ты же придешь к нам на новый год?

— Я очень хочу, — искренне ответил он, — надеюсь, не произойдет ничего экстренного.

Мира успокоилась и переключилась на сегодняшнее происшествие с моим парнем:

— Борис, мы с девочками случайно явились свидетелями вашего разговора с Дарой по телефону, — она набралась смелости и выпалила: — Ты что, уснул за рулем? — подруга вопросительно выпучила глаза.

Борис поморщился и нехотя произнес:

— Это все усталость. Ничего страшного.

— Ты же мог погибнуть, — не унималась подружка.

— Это не шутки, Борис, — поддержала Лина, — Нельзя в таком состоянии садиться за руль. Нужно было вызвать такси.

— Последнее время я не в лучшей форме. Это не значит, что я должен отказаться от вождения машины, — возразил он.

В разговор вмешался Тарен:

— Борис, твоя аура нестабильна. В ней есть прорывы.

Все уставились на Тарена.

— Я уже говорил, что обладаю информацией, касательно энергетических структур. Я занимаюсь их изучением, — он пожал плечами, — Теперь, когда информация выплыла в массы, я тоже могу поделиться своими знаниями.

— Что с моей аурой, Тарен? — Борис посмотрел на него в упор.

— Я вижу сильные повреждения в ядерной структуре. Не думаю, что это генетическое — вряд ли бы ты прожил так долго с такими нарушениями. Предположу, что было некое вмешательство, повлекшее необратимые последствия. Трудно сказать, когда именно. Надо отследить скорость происходящих изменений.

— Что за вмешательство и как это исправить?

Все заинтересованно следили за разговором.

— топорная работа. Как будто мясник проводил хирургическую операцию. Надорваны основные энергетические узлы, которые отвечают за циркуляцию энергии в теле. Со временем разрывы увеличиваются, затрудняя нормальное течение потоков. Не вижу вариантов, как это можно исправить. Остается просто с этим жить.

У меня все похолодело внутри.

— Хочешь сказать доживать? — зло выплюнул Борис.

— В свете открытых у вас источников, думаю, можно говорить о постоянной подпитке. Нужно попытаться рассчитать количество необходимой энергии и поэкспериментировать. Ты говорил, у вас есть варианты ее аккумулирования и хранения.

— Это неофициальная информация. Даже если найти выход на людей, которые будут снабжать накопителями, это будет стоить баснословных денег, — подключился к разговору Димьян.

Я чувствовала, что Борис не договаривает и не смогла удержаться от требовательного вопроса:

— Борис, что произошло?

Повисло тягостное молчание.

Тарен поддержал меня:

— Я постараюсь помочь, но ты должен рассказать о том, что знаешь.

Димьян ободряюще кивнул ему головой, и Борис решился:

— Я принял участие в эксперименте.

Мы с девочками охнули.

— Я вам говорил об экспериментах по омоложению и общему оздоровлению организма. Вот, оздоровился, — горько признался мой парень.

Тарен дал свою оценку происходящему:

— Ваши ученые пошли не тем путем. Они выбрали слишком радикальные методы. Надо было экспериментировать с подпиткой и не трогать ядерные структуры. Возможно, они хотели изменить ДНК или вливать потоки напрямую, ускоряя энергетический обмен. По идее, это должно давать видимые результаты, но лишь первое время и опять же при необходимости постоянной подпитки.

Я тихо выдавила из себя:

— Зачем, Борис?

Он услышал и посмотрел на меня тоскливым взглядом:

— Ради тебя, Дара. У тебя должно быть все самое лучшее: свадьба, платье, новая квартира. Ты, наши дети — вы достойны.

Я наклонила голову ниже, испытывая жгучее чувство вины, и все-таки прошептала:

— Я не просила…

Мира набросилась на меня:

— Как ты можешь такое говорить, Дара! Ты не умеешь ничего ценить.

Если бы только Борис пошел на такое ради нее, Миры. Она бы точно оценила его поступок.

Я еще больше наклонила голову, сжалась и уткнулась взглядом в стол.

Борис резко отодвинул стул и встал.

— Мне надо покурить.

— Ты же не куришь, — жалко пролепетала я.

Он налил и залпом выпил рюмку виски, пожал плечами:

— Я бросил пару лет назад. А какое это теперь имеет значение? Неизвестно сколько мне осталось жить, и курение точно не будет причиной моей смерти.

— Борис,