Зайка во власти босса - Ника Лето

— Итак. Алина Анатольевна, — с усмешкой говорит мой настырный волк. — Как вы смотрите на то, чтобы написать к завтрашнему дню статью, которая теоретически сможет попасть в дайджест новостей нашего журнала?

— В чём подвох? — смотрю в омут чёрных глаз.

— Нужно съездить в одно место, чтобы собрать всю информацию из первых уст.

— Да, я понимаю. А куда конкретнее нужно будет ехать?

Артём Алексеевич расплывается в широкой улыбке, уже не скрывая своего весёлого настроения.

— На побережье.

Глава 16. Странная поездка

До сих пор не понимаю, почему мама меня так радостно сбагрила в руки Артёма Алексеевича. Воскресный день идёт совсем не по плану. Я сижу на переднем сиденье рядом с водителем в мерседесе. И пытаюсь прийти в себя. Да вот только ничего не выходит. Слишком быстро меня заставили собраться, одеться, покушать и вытащили на улицу.

Вроде бы ради важного дела, но сомнения в полезности и необходимости именно моего присутствия сильно преувеличены. Уверена в этом на сто процентов.

Набираюсь мужества, чтобы противостоять обаянию волка-искусителя. Но он пока не проявляет никакого внимания ко мне, словно вообще забыл о моём присутствии. Снова. Как уже когда-то в своём кабинете. Надо полагать, что это будет опять ненадолго, видимо, это у него тактика такая, чтобы я расслабиться могла.

В салоне автомобиля зависает тишина. Мы плавно движемся по трассе в сторону моря. Пока начало сезона и движение довольно свободное, ещё нет огромных километровых пробок, надеюсь, что и с моря мы будем ехать так же быстро. Всё-таки завтра рано утром нужно на работу, а сегодня мне ещё придётся писать статью неизвестно сколько времени. Вот тебе и выходной.

— Алина Анатольевна, — усмехается босс, скользнув по мне взглядом. — Можно расслабиться и не держаться за ручку двери. Ты же не хочешь выскакивать на ходу?

Блин, даже не заметила, как вцепилась в ручку, словно действительно собираюсь выскочить в любой момент. Аккуратно отцепляюсь, чтобы тут же схватиться за свой чёрный вездесущий рюкзак.

— Нет, — отвечаю напряжённо.

— Будешь что-то записывать, краситься, доставать телефон или ещё что-то? — продолжает интересоваться мужчина.

— Нет.

— Тогда отпусти уже свой рюкзак и положи его на заднее сиденье. Никуда он от тебя не убежит.

За окном мелькают какие-то посёлки, но пейзажи меня совершенно не интересуют. Хочется скорее добраться до места назначения, чтобы погрузиться в работу и не отвлекаться на мужчину. Хотя с другой стороны, мечтаю, чтобы поездка никогда не закончилась. Ведь сидеть рядом с мужчиной моей мечты невероятно приятно, когда ещё выдастся такая возможность?

— Хорошо, Артём Алексеевич, — соглашаюсь убрать рюкзак, отстёгиваюсь и поворачиваюсь в сторону задних сидений. Пытаюсь протиснуться по центру между нашими креслами с боссом, чтобы кинуть назад свою вещь.

Однако неловкое движение и я скольжу грудью по железному плечу босса.

Перед тем как сесть в автомобиль, он снял пиджак и повесил его на плечики на заднем сиденье, приспособив для этого верхнюю ручку. И теперь, после моего случайного жеста, вижу краем глаза, как Артём Алексеевич расстёгивает верхние пуговицы белоснежной рубашки, словно ему не хватает воздуха.

В машине не жарко, ведь работает климат-контроль. Однако меня тоже бросает в жар, а потом в холод, да и вообще тяжко ощущается присутствие рядом босса.

Поправляю своё платье и пытаюсь сложить руки свободно, не хватаясь ни за что и не теребя ничего. Я вот вообще не нервничаю, ага, ни капельки. Всё под контролем.

— Алина, — чуть хрипловато говорит Артём Алексеевич. — Помнишь, у меня был личный вопрос. Может всё-таки дашь мне шанс его задать?

— Нет, не стоит. Я правда не люблю обсуждать ничего личного, — открещиваюсь, смотря прямо перед собой.

— Тогда расскажи мне, как попала в журналистскую сферу. Пишешь с детства?

Если Артём Алексеевич хотел отвлечь меня и снять напряжение, то это был самый чёткий вопрос, какой можно было задать. И, сама того не замечая, начинаю рассказывать своему боссу о маленькой девочке, которую оставил отец и которой очень хотелось выразить свою боль хоть кому-то. Но из-за отсутствия рядом друзей, из-за занятости мамы и тяжёлого кризиса взросления брата, мне ничего другого не оставалось, как доверить всю обиду, страх и тревогу листу бумаги. Закрывшись в своём мирке, я писала каждый день, иногда делала зарисовки и мечтала вырасти и написать роман, который покорит всех кругом. Представляла, как заработаю много денег, и мама бросит свою работу, чтобы проводить всё своё время со мной и братом.

— Разве это сейчас был не рассказ о личном? — тепло улыбается босс, переводя взгляд с дороги на меня.

— Да, вышло как-то случайно. Тогда и вы мне расскажите что-то о себе.

— Хорошо, это будет честно, — кивает Артем Алексеевич. — Моя история чем-то похожа на твою. Я рос без отца, потому что он оставил маму, когда мне было четыре года. Пришлось отдавать меня в сад, а маме устраиваться срочно на работу. Жили мы очень скромно, родительского внимания не хватало. Так же как и ты, мечтал о том, чтобы хорошо устроиться в жизни. Поэтому после школы, поступил на заочку в колледж. И пока учился на менеджера, пошёл работать. А дальше ты уже знаешь. Я себя пробовал в разных сферах, искал, пробовал, откладывал деньги, чтобы вложиться во что-то стоящее. И когда накопил достаточно средств, купил бильярдный клуб. С этого началась уже немного другая ступень моего развития. Шаг за шагом двигался к цели и вот теперь я тот, кем хотел быть.

— А что насчёт творчества? Вы же пишете?

— Да, пишу в своё удовольствие. Это моя отдушина. Здесь мы с тобой в чём-то схожи, мне нравится излагать на бумаге свои чувства и мысли. Помогает прояснить голову и разобраться в себе. Заодно и нафантазировать всё, что угодно. Вселенная без границ, привлекает, да?

— Даааа, можно творить всё, что захочешь со своими героями, — тяну задумчиво, вспоминая о чём недавно писала в своей заветной тетрадочке.

— А сейчас что-то пишешь? — вдруг интересуется Артём Алексеевич, прерывая мои мысли.

— Да, то есть… ну да, — совсем запутавшись, хватаю полы своего зелёного платья и начинаю теребить ткань.

Надеюсь, что босс не станет спрашивать о чём я пишу, потому что придумывать не хочется, а честно признаваться тем более.

Но вместо вопроса случается неожиданное. Рука Артёма Алексеевича ложиться поверх моей руки и я вздрагиваю.

— Ты снова это делаешь, — тихонько говорит он, не отводя взгляда от дороги.

Я смотрю на