Грань. Выбор, которого нет - Майя Молчанова

— У меня была такая же реакция, когда мне доложили, но это факт. Сегодня утром Приот получил экстренный вызов по одному из амулетов, оставленных старостам местных деревень. Он собрал малую группу и перенесся порталом в точку вызова, но что любопытно, находилась она не в деревне, а посреди лесной дороги. — Витор многозначительно промолчал и добавил. — А вдоль этой дороги рядком лежали тела. Приот сперва подумал — трупы, выяснилось — просто спят. Двенадцать крупных мужиков, увешанных оружием, просто спят на обочине, а на лбу у каждого написано одно слово "Убийца".

— Хм… — Рид потянулся к кружке пива и сделал нервный глоток — оригинально. А, что семья?

— А то. Исчезли. Просто растворились в воздухе вместе с телегой. Разбойники толком ничего сказать не могут, не помнят. И что интересно, точно так же исчезли их деньги, которые они не успели перенести в схрон после прошлого дела, и носили с собой. На дороге не осталось ни медяшки. Зато рядом с маячком аккуратно лежал кошель, словно специально оставленный для нас.

— Хочешь сказать, что кто-то обездвижил разбойников, вызвал боевую группу магов, да ещё и оставил им оплату за работу? — наследник недоверчиво покосился на друга — Если ты не шутишь, то я даже не знаю, что думать. Да и разбойники, не могли же они совсем ничего не видеть.

— Почему же. Те, кто оставался в сознании дольше всех утверждают, что видели, как их подельники на ходу замирали и падали на землю. Я подозреваю, что это какой-то парализующий яд или амулет. Но вопрос с исчезновением остаётся открытым.

— А если просто невидимость?

— В том то и дело. Дорогу проверили в обе стороны почти на десять километров и никаких следов. Кроме подготовленной засады с поваленным деревом. Поэтому остается только один вариант.

— Маг-портальщик?

— Уточняю, сильный маг, который очень не хочет быть обнаруженным, но при этом подкидывает нам кучку убийц в подарочной упаковке.

— Это не может быть просто попыткой отвлечь наше внимание? Слишком гладко все как-то выходит. Ни следов драки, ни раненых. Даже не понятно, кто на кого засаду устраивал.

— Как одна из версий.

— А вторая?

— А вторая мне нравится больше. — Витор задумчиво постучал по поверхности стола, с улыбкой поднимая взгляд на наследника — Наши враги опростоволосились и упустили сильного мага, у которого явное отвращение к убийствам и насилию. Судя по его действиям, он всё ещё не завербован, и я очень хотел бы переманить его на нашу сторону!

— Как, интересно? Мы даже не уверены в его существовании, не говоря о чем-то большем.

— Пока не знаю, но у меня предчувствие, что мы встретимся, и лучше бы, чтобы к этому моменту он был с нами, а не против нас.

[5] Песня из советского мультфильма «Пес в сапогах» (1981 года).

Глава 9

Вам знакомо выражение «выше головы не прыгнешь»?

Это заблуждение. Человек может все.

Никола Тесла

Как и ожидалось, Гарда с Каей я нагнала почти сразу. Кая поверила моим отговоркам легко, Гард оставшийся путь косился с подозрением, но спрашивать ничего не стал, за что я ему была благодарна. Атмосфера была все же немного напряженная, так что даже девочка-болтушка вскоре затихла, и до самого вечера дорогу мы провели в молчании. А наутро выехали на широкий тракт и многое изменилось.

Лес, который до этого постепенно редел и вскоре закончился, уступая место выгоревшим холмам с редким кустарником. Сочные зелёные травы все чаще сменялись серо-желтым сухостоем, а порывистый ветер подымал над дорогой пыльные рыжие тучи. Теперь люди на нашем пути встречались намного чаще. Такие же одинокие телеги, как у нас, и длинные караваны из-за которых периодически образовывались заторы усложнили и замедлили и без того нелегкий путь.

А потом я увидела его! Море. Тонкой голубой полосой на горизонте оно разрезало небо и землю, навевая воспоминания о родном мире. Когда-то давно мы также отправлялись в путешествие, но совсем к другим берегам крымского полуострова. Папа садился за руль, и мы сутки проводили в дороге ради того чтобы увидеть эту заветную дымку на горизонте…

Месяц назад, мы с мамой, впервые после его гибели, решились на подобную поездку, купили билеты, собрали чемоданы. А теперь я здесь… Море вовсе не Чёрное, а Алиусское и даже название его звучит замысловато и по чужому.

Дорога постепенно завернула к берегу, вдоль которого тянулась полоса рыбацких домиков. На солнечных склонах виднелись виноградники, а в отдалении среди бугров прятались небольшие деревушки, которые, судя по разговорам, занимались обеспечением города продовольствием.

Город был заметен издалека. Широкая каменная крепостная стена обвивала его как змея, изредка возвышаясь смотровыми башнями и словно наблюдая за округой узкими бойницами. Дорога упиралась в огромные, на мой взгляд, ворота, украшенные каменными барельефами (издали сюжет было не рассмотреть). Зато по правую сторону берег уходил в море. То обрывистыми склонами, то пологими низинами он манил шумом прибоя и белыми парусниками кораблей, которые раньше я могла увидеть только на картинках или в фильмах.

В преддверии ярмарки в Шалтар стягивались торговцы со всей округи, и город был переполнен. Многие приезжие разбивали небольшие лагеря в чистом поле за его чертой, здесь же планировалось устроить гуляния в конце недели и здесь же наши пути с Гартом и Каей расходились. Пора мне и честь знать. Да и нечего навлекать беду на хороших людей с моим-то везением в последнее время.

Пока Горд отвлекся, подозвала Каю передав ей мешочек монет с наказом отдать отцу, когда я уйду. Деньги у меня теперь были, не оставлять же их грабителям, а с хорошими людьми можно и поделиться…

Тепло попрощавшись с Каей, я задержалась около Горда.

— Спасибо вам большое, за вашу помощь, доброту. Я это очень ценю. — говорю совершенно серьезно и искренне. Эта передышка была мне жизненно необходима.

— И тебе спасибо, кем бы ты ни была… — услышала я в ответ и похолодела. — Спрашивать ничего не буду, не волнуйся, просто береги себя. Пусть судьба твоя будет счастливой.

Он приложил ладонь к своей груди, а потом направил ее ладонью в мою сторону, прощаясь по одной из местных традиций. А я стояла, понимая, что недооценила его. Ему хватило тех нескольких секунд перед поваленным деревом, чтобы догадаться о засаде и сопоставить свой странный сон и сократившийся вдвое путь со мной. И все же у меня была твердая уверенность, что он меня не выдаст и на душе от этой мысли стало легче.

На воротах меня