Баба Яга: Начало бессмертия - Katali

Он сделал шаг вперёд и опустился, чувствуя, как немеют ноги. В самом центре пепелища лежала она…

— Ядвига… — вырвалось сдавленное дыхание из мужской груди. Сердце едва не остановилось, когда ему сдалось, что девушка мертва. Он бросился к ней, упал на колени и, дрожа всем телом, обнял, приподнимая с земли отяжелевшее тело. Он едва не закричал от радости, когда его щеки коснулось теплое ровное дыхание.

Николас осторожно опустил девушку на землю и обнял ладонями ее бледное лицо.

— Ядвига, милая, очнись, богами молю. Слышишь ли ты меня? — он склонился над ней и легонько коснулся губами лба. — Прости…

В это же мгновение девушка открыла глаза и сквозь туман увидела знакомое красивое лицо соседского парнишки.

— Николас? — удивлённо прошептала она, приходя в себя.

Николас не нашел в себе сил ответить, а только обнял Ядвигу, прижимая к своей груди, и стал ласково поглаживать длинные волосы, успокаивая её и себя.

— Где же ты был всё это время? Почему так долго не приходил? Я ждала, верила, только тебя всё не было.

— Прости, я не должен был тебя оставлять одну. Я примчался сразу, как только узнал про это место. Сам не пойму, как мог не заметить это сразу. Однако срок ещё не вышел. Я должен был прийти завтра поутру.

Девушка словно отряхнулась от тяжёлого магического сна. Она уперлась ладонями в мужскую грудь и немного надавила, отстраняясь и заглядывая в его искаженное болью лицо.

— Как завтра? Тебя же не было целый год!

— Ядвига, о чем ты толкуешь?! Меня не было чуть больше двух дней, а потом я узнал у корчмаря про это место, — он обвел рукой округу, — и сразу поспешил обратно. Как ты себя чувствуешь?

— Со мной всё хорошо.

Ничего не понимая, девушка выскользнула из объятий друга, поднялась на ноги, немного пошатываясь, и осмотрелась. Глаза её округлились от ужаса, губы приоткрылись, а из груди вырвался протяжный стон. Ядвига схватилась за голову, запуская пальцы в волосы, и обернулась к Николасу.

— Ничего не понимаю… Я жила в этом доме с Любицей целый год. Всё это время она передавала мне свои знания. Клянусь, Ник!

Николас склонил голову и с тяжёлым сердцем сказал:

— Значит, корчмарь был прав. Это место заколдовано. Не исключено, если в округе нечисть обитает всякая.

— Разве такое может быть, чтобы для меня прошёл целый год, а для тебя и трёх дней не минуло?

— Я не знаю, Ядвига, но причин не верить твоим словам у меня нет. Да и я тебе не стал бы лгать. Для нас с тобой время в этом краю протекало по-разному. Иного объяснения я не вижу.

— Что стало с этим местом? — на глаза одаренной навернулись слезы, глядя на выжженную землю вместо целого дома, где жила её наставница.

— Оно в таком состоянии вот уже 20 лет.

— Но как же Любица?…

— Если так звали хозяйку дома, то она погибла при пожаре в тот трагический день.

— Нет, Нико, я не хочу в это верить! — Ядвига бросилась в объятия парня и, зарываясь лицом в его одежды на груди, горько заплакала. Её разум отказывался верить, а сердце, казалось, вот-вот разорвется от тоски. — Я своими глазами видела это место… я жила в этой хате… я говорила с ней…

Николас осторожно поглаживал безутешную Ядвигу по голове, да приговаривал:

— Тише, тише, Ядвига. Полно так убиваться. Главное, что с тобой никакой беды не приключилось. Прошу, давай уйдём отсюда.

— Но как же Любица?

— Она давно померла.

— Не верю. Я видела её. Она была живая.

— Она привиделась тебе. Не знаю, что здесь произошло, но я нашел тебя без чувств, когда пришел. Всё было лишь сном.

— Может…может, ты и прав… — Ядвига отступила на шаг и утерла лицо холодными ладонями. — Уведи меня отсюда, прошу. Нет мочи более тут находиться. Душу мне это бередит.

Опасаясь, что она исчезнет, как марево, Николас взял Ядвигу за руку, переплетая пальцы, и увёл её в сторону деревни, к корчме, где снял угол.

Все завсегдатаи глядели во все глаза на красивую девицу с чудным цветом волос и тихо перешептывались. Но никто и помыслить не осмеливался дурного, словно какие-то высшие силы оберегали девицу от дурного глаза. Корчмарь не стал возражать против того, чтобы девушка осталась в его заведении, и Николас провел Ядвигу в комнату наверху.

— Прости, Ядвига. Это не место для юной девушки. Завтра же мы уйдем отсюда, только сейчас тебе необходимо отдохнуть и набраться сил, — виновато сказал юноша, опуская глаза в пол.

— Тебе не стоит так переживать. Всё хорошо. Уверена, что люди здесь добрые и место хорошее.

— И всё же, я как можно скорее уведу тебя отсюда, а пока отдыхай.

Николас подступил к двери.

— Уходишь? — заливаясь стыдливым румянцем, спросила девушка.

— Да. Хозяин сказал, что я могу занять место на сундуке около кухни. С меня достаточно будет. Жена корчмаря обещала принести тебе немного похлебки и хлеба. Отужинаешь и сразу спать ложись. Утро вечера мудренее.

Парень ушёл, оставив Ядвигу одну. Вскоре, как и обещано было, явилась низенькая старушка с жиденькой выцветшей косой, закрученной в высокий венец на макушке. Она принесла еду и быстро удалилась. Ядвига немного поела и легла на скрипучую лавку, подпирая голову руками, но как бы она ни пыталась, уснуть никак не удавалось.

— Неужели всё это было лишь видением? — она стала судорожно вспоминать всё, что произошло за это время. — Но как же… Я всё помню. Все ритуалы и заклятья… каждое слово Любицы навеки врезалось в мою память.

Вспомнив о том, что многое записывала, Ядвига вскочила на ноги, достала свою книгу, оставленную ей Зорицей, и стала быстро гортать страницы, вчитываясь в новые тексты.

— Всё есть! Ничего не пропало! Не могли же сами собой появиться новые заговоры и заклинания! Всё, что я узнала от Любицы, записано тут моей рукой, — она провела пальцем вдоль аккуратной и ровной строки.

— Всё это было на самом деле…

Она от беспомощности упала на лавку, устало прикрыв глаза и откладывая книгу в сторону.

— Моим разумом завладело какое-то мощное заклинание, но почему? Кому это нужно было? И зачем?

Ответов сейчас не было, но Ядвига была преисполнена решимости докопаться до истины.

— Я это непременно выясню…

Блуждая в потемках собственных мыслей, девушка даже не заметила, как уснула. На сей раз сон её был тревожным и