Дарио - Оливия Торн

— Я знаю о сексе.

И я знала. Моя мама объяснила мне, как делаются дети, когда у меня начались месячные.

Но она умерла, когда мне было 12 лет. После этого отец никогда не говорил о сексе, а у меня не было ни тетушек, ни бабушек, которые могли бы рассказать мне больше.

— Тогда объясни мне, — потребовала Кэт.

— Когда муж и жена очень любят друг друга…

— Мужчина и женщина, — перебила она. — И они не обязательно должны любить друг друга — поверь мне. Боже мой, церковь промыла тебе мозги… Ты хоть знаешь, что такое клитор?

Мне стало стыдно, что я так невежественна, и отрицательно покачала головой.

Кэт тяжело вздохнула.

— Давай я нарисую тебе картинку — нет, подожди, так будет лучше.

Рядом стояла миска со свежеприготовленным тестом. Кэт оторвала огромный кусок, шлепнула его на столешницу и начала придавать ему форму.

— Так, это твои ножки… видишь? А это твоя киска.

Я покраснела, услышав это слово, но смотрела с огромным интересом.

— Киска — это целое, но у нее есть разные части. У тебя есть влагалище — это дырочка, в которую парень вставляет свой член. Когда ты возбудишься и хорошо намокнешь. Вокруг влагалища расположены половые губы. Есть внешние губы, внутренние губы… и если проследить за ними до самого верха, то там можно найти клитор.

Она сделала из теста шарик размером с горошину и положила его на верхнюю часть щели. Затем она обжала еще немного теста и сделала что-то вроде капюшона над маленьким шариком.

— Есть еще капюшон клитора, и это тоже очень приятно, но именно клитор наиболее чувствителен. Для некоторых женщин он слишком чувствителен, и для большинства женщин, прежде чем прикоснуться непосредственно к клитору, ее нужно возбудить. Но как только ты это сделаешь, это будет просто фантастика. — Кэт медленно провела кончиком пальца по кругу вокруг горошины. — Это то, что он делал с тобой?

Я, конечно, не видела этого, но то, что она делала, казалось удивительно похожим на то, что делал Дарио.

Я энергично кивнула, мои щеки пылали.

И моя…

(О, Боже, я даже не могу этого сказать)

… моя киска стала еще более влажной.

Кэт усмехнулась.

— Ну и как ощущения?

— ПОТРЯСАЮЩЕ, — пролепетала я, а потом покраснела еще сильнее.

Она громко рассмеялась.

— Что случилось?!

— Он просто продолжал трогать ее… кружить… гладить…

— Прекрати, ты меня заводишь, — засмеялась Кэт, прикрываясь одной рукой. — Он заставил тебя кончить?

Я уставилась на нее.

— Что это?

Голова Кэт упала вперед, как будто она не могла поверить, что я вообще это сказала.

— Ты не знаешь, что такое оргазм?!

— Я слышала об этом…

— Боже мой, ты что, воспитывалась в женском монастыре? — она не стала дожидаться моего ответа. — Это потрясающее ощущение в киске и во всех частях тела. Это как-бы такое интенсивное удовольствие…

— Как будто ты чихаешь там, внизу, и это очень приятно, и ты делаешь это снова, снова и снова? — спросила я.

Кэт засмеялась.

— О, черт, это звучит так, как будто ты кончила!

Мои щеки снова запылали ярко-красным.

Дарио заставил меня кончить…

— Черт… ты практически монашка, и первый же парень, который к тебе прикоснулся, довел тебя до оргазма? Счастливица, — промурлыкала Кэт. Затем она взволнованно спросила. — Кто это был?

Мафиози.

Человек, который управляет всем этим поместьем и преступной семьей.

— … просто парень… — тихо сказала я.

— Ух ты… ну, если он смог с первого раза заставить кончить тебя пальцами, то представь, что он может сделать своим членом.

Я почувствовала, что горю.

И мое лицо.

И моя киска.

Кэт застонала.

— Вот теперь я завелась! Я больше не буду трахать Валентино в кладовке, так что больше никаких разговоров о сексе!

Это меня вполне устраивало.

Все, о чем я могла думать, это о том, как Дарио прикасался ко мне…

Трогал мой клитор…

И заставлял меня кончать, снова и снова…

— Ладно, — сказала Кэт, прервав мои мечтания, — хочешь загладить свою вину за то, что подставила меня с Никколо?

— Да, конечно, — сказала я, благодарная за то, что мне есть на что переключиться.

— Хорошо. — Она указала на столешницу, где стоял красивый деревянный поднос и тарелки с фруктами, свежим хлебом и маслом. — Как только я сделаю чашку эспрессо, отнеси ее Дону Розолини.

Все мое тело дернулось, когда я уставилась на нее.

— … Дарио?

Кэт оглянулась через плечо с забавным выражением лица.

— Ну и ну, как мы продвинулись! Да, босс. Он хочет позавтракать перед работой. — Она наклонилась вперед и прошептала. — Он меня немного пугает.

Расскажи мне об этом.

Я покраснела еще сильнее.

— Я… я не думаю, что это хорошая идея…

Она нахмурилась, повернула рычаги дорогой кофеварки, и та зажужжала и зашипела.

— Почему?

— Он…

Это он заставил меня кончить.

— … он очень зол на меня.

— Еще бы, после того как ты сбежала, — сказала она, наполнив фарфоровую чашку темным, дымящимся кофе. — Что ж, это твой шанс загладить свою вину перед ним и передо мной.

— Катерина… — сказала я умоляющим голосом.

Поставив чашку на поднос, она недовольно нахмурилась.

— О, значит, ты будешь смотреть в мой телефон и подсматривать, как я занимаюсь сексом, из-за чего у меня будут неприятности и меня чуть не уволят! Но когда я попрошу тебя помочь мне с одной маленькой услугой — нееееет.

Я закрыла глаза.

Чувствовала себя ужасно.

И… если честно…

Часть меня надеялась, что Дарио снова меня «накажет».

— … хорошо, — прошептала я.

— Хорошо! — радостно сказала Кэт и захлопала в ладоши, как ребенок. — Спасибо.

Я тяжело вздохнула, подняв поднос.

— Куда идти?

— В его спальню.

Я вытаращилась на нее.

— В его спальню?!

— Это то место, где он хочет поесть.

Я вздрогнула.

— Катерина…

— Не смей отступать, маленькая извращенка!

Я задохнулась.

— Почему ты меня так назвала?!

Я подумала, что она знала, что может случиться, если я пойду в его спальню…

— Потому что тебе нравится смотреть, как люди трахаются, — сказала она и фыркнула от смеха. — Впредь пользуйся Интернетом — там полно порно.

Я внутренне застонала.

— Где его спальня?

— Второй этаж в восточном крыле, в самом конце.

Теперь я в ужасе уставилась на нее.

— О нет…

— Что теперь?

— Восточное крыло — это то место, куда, по словам Никколо, я никогда не должна ходить!

Она скорчила гримасу.

— Я должна была подняться туда, так что все в порядке.

— Нет, Катерина, правда, я не могу…

Она положила руки на бедра и строго посмотрела на меня.

— Правда? Ты крадешь мой телефон, убегаешь из дома, смотришь, как я